Шевченко об «Охта центре»: Не верю

Фото: Максим Шевченко Версия для печати В закладки Постоянный адрес Оставить комментарий (2)

Первый канал уже неоднократно обращался к теме проекта строительства «Охта центр», в обсуждение которой втянулась российская и мировая общественность. Накануне небоскреб «Газпрома» в Петербурге обсудили участники программы «Судите сами». Ее ведущий Максим Шевченко поделился с «Росбалтом» своими впечатлениями.

- Максим, каково ваше общее впечатление от обсуждения?

- Дискуссия вокруг проекта «Охта центр» вызвала у меня глубокое недоверие к словам застройщика и архитектора небоскреба. Они ссылаются на детали, отвергая то, что принадлежит не району (который они якобы намерены вывести из депрессии) и даже не городу. Небесная линия Петербурга — это достояние России и всего мира. Давайте будем честными, это последний исторический город нашей страны. Его пощадила даже война и советское время. Никто не вправе распоряжаться таким достоянием по собственному произволу. И совершенно неважно, выкупил кто-то землю или нет, вознамерился ли построить, с его точки зрения, шедевр.

- В доводах застройщика есть рациональное зерно?

- Пускай в этом районе сейчас есть нереспектабельные трубы, но это — наше общее лицо. Оно нам очень дорого, мы не хотим его лишаться только потому, что очень богатые люди считают его  несовершенным. Может быть, кому-то не нравится лицо Никандрова (архитектора проекта — прим. ред.) или Гронского (представитель застройщика — прим. ред.). Допустим, нашлись бы состоятельные люди, которые были готовы оплатить пластическую операцию и превратить их в античных богов. Думаю, они были бы против.

- Противники небоскреба ставят вопрос шире, чем просто градошибка. Вы согласны с этим?

- Вопрос строительства небоскреба в Петербурге — вопрос не только исторический, градостроительный. Это вопрос степени свободы — равенства людей вне зависимости от доходов, учета их мнения, как граждан. Думаю, к борьбе петербуржцев подключится мировая общественность. По большому счету, нет другой власти на Земле, кроме как от Бога.

- Как все-таки можно учесть все мнения?

- Дело даже не в моем личном отношении к проекту. Считаю, что никто не вправе ставить эксперименты над тем, что дорого миллионам людей. Для инвестора «Охта центра» Петербург — город с провинциальной судьбой, а для меня — город, в котором мы похоронили Солнце. Это город, который вопреки драматическим моментам в его судьбе и судьбе нашей страны, сохранил себя. Те, кто сопротивляется волюнтаристским решениям, дорожат исторической памятью — последним, что нам осталось от той России, которую мы знаем с детства по памятникам  культуры. Именно эта культура сформировала нас как личностей.

- Инвестор ставит вопрос ребром: или здесь 400-метров, или нигде. Оппоненты обвиняются в том, что они разбрасываются деньгами...

- Нельзя ограничиваться вопросом — придет «Газпром» в Петербург или нет. Конечно, городу нужны крупные налогоплательщики. И губернатор молодец, что большую работу проводит в этом направлении. Но почему — такой ценой? Считаю, нужно всячески поддерживать губернатора в ее стремлении привлечь денежные потоки в город, обсуждать все проекты, которые бы удовлетворили корпорации, но и вписались в исторический пейзаж Петербурга. Никакие компании не должны диктовать городу, стране, что является шедевром, а что — нет. Пусть мы «совки», но, по нашему мнению, творение Росси, Растрелли — является шедевром, а творение Никандрова — нет. Нельзя посягать на градостроительный код города, заложенный Петром Великим. Кроме того, у меня сложилось мнение, что заказчики проекта чего-то недоговаривают, скрывают свои подлинные намерения.

Беседовала Ирина Кравцова

В программе «Судите сами» слово было предоставлено как представителю застройщика «Охта центра», его сторонникам, так и оппонентам.

Так, главный архитектор общественно-делового центра «Охта» Филипп Никандров назвал свое творение «шедевром». «За последние 80 лет в Петербурге не построено ни одного архитектурного шедевра. Город, построенный на монаршьих амбициях, оказался на задворках архитектурной истории, — отметил он. – И впервые после династии Романовых в город пришел заказчик, который ставит целью создание нового символа города». Архитектор считает, что высота нового здания – 400 метров – не должна смущать экспертов и жителей северной столицы. «В Санкт-Петербурге более 30 объектов высотой от 100 до 300 м, и только два из них – соборы, а остальные имеют утилитарное значение – трубы, мачты», — рассказал он.

Режиссер Владимир Бортко, отстаивая выбор места для строительства башни, заявил: «Это очень дорогое строительство. Здание строится для людей, которые могут себе это позволить. И эти люди хотят сидеть именно в этом месте, им здесь удобно».

Президент Союза архитекторов России Андрей Боков считает: то, что предлагают авторы проекта «Охта центра», — «наивно, агрессивно, неостроумно, архаично». «Китайские города застраиваются зданиями на порядок интереснее и лучше того, что вы предлагаете, — заметил он. – А вы совсем не напрягаете мозги». По словам Бокова, он «поражен тем, что архитектор, которого он видит впервые в жизни, берет на себя ответственность за решение столь непростой задачи».

У Росохранкультуры «есть вопросы» по поводу «чистоты принятия юридического решения» о строительстве «Охта центра». Об этом сообщил руководитель этого ведомства Александр Кибовский. Он пояснил, что «согласно законодательству, устанавливается зона охраны памятников», и по этому проекту с Росохранкультуры «было достигнуто понимание: высота по фронту 28 м, по коньку 33 м, и внутриквартально 40 м». Затем, по его словам, «неизвестно откуда появились цифры 48 м по фронту и 100 м внутриквартально». «Эти цифры с нами не согласованы, мы не считаем их легитимными, — заявил Кибовский. – И у нас вопрос к властям Санкт-Петербурга: как появились такие параметры, от которых впоследствии сделаны отклонения в сторону 400 метров».

Заместитель генерального директора общественно-делового центра «Охта» Владимир Гронский в свою очередь подчеркнул, что проект здания разработан «в соответствии с законом Санкт-Петербурга, где и обозначена эта высотность». «В этом же законе записано, что в исключительных случаях после общественных слушаний и работы комиссий предусмотрена возможность отклонения от разрешенной высоты», — пояснил представитель заказчика «Охта центра», добавив, что «это сооружение находится не в охранной зоне, а в депрессивном Красногвардейском районе, где стояли промышленные предприятия».

По словам главного редактора журнала «Эксперт», члена Общественной палаты Валерия Фадеева, башня «Охта центра» — это «символ амбиций российского государственного капитала». «Я разделяю мнение жителей Петербурга, которые хотят оживить город, чтобы там появились деньги, налоги. Но зачем строить эту башню в ситуации, когда сопротивление столь велико, когда это нарушает общественную стабильность? В такой ситуации надо искать компромисс», — считает он.

Член федерального политсовета партии «Правое дело» Борис Надеждин призвал обращать внимание не только на архитектурный аспект небоскреба, но и, прежде всего, на деловой. «Туда ведь «Газпром» придет со своими налогами. Управление будет осуществляться не из 10-миллионной зажравшейся Москвы, а оттуда», — заметил он. По его мнению, башня станет «символом поднимающейся с колен России, и ее в ясную погоду должно быть видно из штаб-квартиры НАТО в Брюсселе».