Пора рожать

Нынешнему поколению тридцатилетних придется стареть без пенсий. Это арифметика демографии – мы станем первыми, кто увидит обрушение привычной пенсионной системы. Пока не поздно, надо «плодиться и размножаться».


© Фото Надежды Красновой

Нынешнему поколению тридцатилетних придется стареть без пенсий. Это арифметика демографии – мы станем первыми, кто увидит обрушение привычной пенсионной системы. Пока не поздно, надо «плодиться и размножаться».

Мы не будем получать пенсии. Никто из нашего поколения не будет ждать заветных 60-ти или 65-ти, чтобы перейти на государственное довольствие. Нам не позволит этого сделать простая статистика: наши страны стареют. В той же Украине один работающий приходится на одного пенсионера – соотношение тех, кто платит в Пенсионный фонд с теми, кто из него получает деньги, превысило 95%. Для сравнения - в Австрии этот показатель равен 39,5%, в Бельгии - 34,7%, в Испании - 32%, в Казахстане - 19,8%, в Нидерландах - 27,3%, в Германии - 39%. Пора признать – при сохранении тенденции через тридцать лет в наших странах пенсионных фондов не будет. И пенсионеров не останется.

Нет, наверняка сохранятся частные пенсионные фонды. Или корпоративные – поддерживающие на плаву вышедших в отставку ветеранов конкретной отрасли. Но государственная система пенсионного обеспечения в нынешнем виде обречена на коллапс.

И не стоит сейчас кричать о преступном отношении государства к своим жителям. Это не этика – это арифметика. По большому счету, единственное, что сейчас остается молодому поколению – это рожать. Если бы предыдущие поколения не халтурили, то может и не писал бы я сейчас эту статью – но они реально недорабатывали. Так что придется отдуваться теперь нам.

Нет худа без добра – теперь каждый сможет примерить на себя логику китайского крестьянина, безразличного к рекламе контрацептивов. Потому что в стране, где государство не может обеспечить пенсии, единственная гарантия более-менее обеспеченной старости – это дети. А потому опыт Поднебесной очень скоро окажется востребован и у нас.

Говорят, когда Бисмарк ввел пенсии в Германии – все вежливо поблагодарили правительство, поулыбались и забыли. Потому что дожить до планки, установленной канцлером в качестве рубежа для обеспеченного отдыха было практически нереально.

Уже сегодня можно предлагать пенсионному фонду новый слоган – что-то вроде «Живи быстро, умри молодым». Потому что реально наши страны не готовы посмотреть фактам в лицо и предупредить собственное население о неизбежном. А также почти никто не готов попытаться сделать пенсии – бизнесом. Потому что в нынешнем виде все это напоминает некое надувательство.

Ты можешь всю жизнь отчислять государству часть зарплаты «на старость». Но если в силу обстоятельств, в статус пенсионера ты перейти не успеешь – то все твои средства останутся в распоряжении административной системы. Ты можешь пробыть пенсионером лишь пару лет – но остаток накопленного не вернут твоей семье. Это странная логика государственного накопления заставляет меня все с большим скепсисом относиться к вопросу о том, где именно лежит моя трудовая книжка.

Тут можно сейчас впасть в экстаз и самоуверенно написать что-то вроде «мы обречены стать самостоятельнее и ответственнее». Только это все будет наивным идеализмом. Скорее всего, общество, не растерявшее веру в патернализм, будет до последнего отмахиваться от мысли, что пенсий не будет. Танцы с бубном вокруг пенсионного фонда станут главным козырем политиков в ближайшие годы. Тех, кто будет говорить об обреченности  нынешнего порядка вещей, назовут социал-дарвинистами, и хорошо, если только так. А затем в какой-то момент пенсионный фонд окажется банкротом – и наступит новое время.

Когда-то считалось, что иметь много детей могут себе позволить только богатые люди. Пора привыкать к тому, что вскоре все будет наоборот.

Павел Казарин

Перейти на страницу автора