Отставки и конфискации

События минувшей недели заставили представителей правящего класса вспомнить слухи о скорой отставке правительства и еще раз обсудить, кто может занять место Дмитрия Медведева, кого еще уволят, а кого, может, даже посадят.

Искусственно стимулируемое Кремлем ощущение политической нестабильности у российских политических элит дало себя знать и на минувшей неделе. Наконец, после того как агентство Reuters назвало будущим главой Центробанка РФ Сергея Глазьева, а Кремль эту версию опроверг, стало понятно против какого кандидата «без опыта работы в частном секторе» боролся российский крупный бизнес.

Уход Александра Будберга из ВТБ вновь активизировал обсуждение позиций Дмитрия Медведева и его окружения в политической жизни России. Зато, что интересно, переход в контратаку по «плагиатной» теме чиновников и госпропагандистов, вместе с поручениями Владимира Путина для сотрудников ФСБ усилить борьбу с инакомыслием, не вызвал серьезного всплеска слухов о новой волне «репрессий» в оппозиционной среде.

Назначение Сергея Глазьева председателем Банка России (ЦБ), о неизбежности которого сообщило информагентство Reuters, стало главной новостью в конце недели. Кремль, разумеется, его осторожно опроверг. Однако вероятность того, что Владимир Путин выбрал именно эту кандидатуру, достаточно высока. Помимо того, что она отражает «идеологический» дрейф от традиционного для российской власти экономического либерализма в сторону резкого повышения роли госрегулирования в экономике и денежно-кредитной политике, она также выражает и персональное недоверие президента к условным «либералам», остающимся во власти.

Кроме того, ранее была не вполне ясна причина ожесточенного и публичного сопротивления приходу некоего таинственного назначенца в ЦБ со стороны крупнейших российских бизнесменов вроде Олега Дерипаски. Теперь же, после появления слухов о приходе в Центробанк Глазьева, становится понятна природа заявлений о том, что возглавлять этот регулятор не должен человек «без опыта работы в частном банковском бизнесе». Равно как и природа сравнительно недавнего «доклада», представленного Путину, в котором предсказывается неизбежность «валютных войн» в мире и заявляется о необходимости для России подготовиться к ним.

Второй сюжет стал существенным для правящего класса, но в прессе обсуждался мало. Это отставка Александра Будберга с поста советника президента ВТБ. Однако хотя увольнение мужа Натальи Тимаковой, занимающей пост пресс-секретаря Дмитрия Медведева, и не стало одной из главных новостей недели, слухов оно породило массу. Как отметила, например «Комсомльская правда», уход Будберга всполошил бизнес-элиту.

При этом и сама «Комсомолка», и «Известия», недавно вступившие в открытый конфликт с Тимаковой, предпочли превратить увольнение советника президента ВТБ в продолжение начатой ранее информационной атаки против него.

Якобы Бутберг вовсе не сам уволился, досрочно создав эффективную PR-службу для банка, а был уволен то ли в связи с профнепригодностью и конфликтностью, то ли из-за компромата, ранее появившегося против него в Интернете. Тогда, напомним, была опубликованы некоторые электронные письма, из якобы взломанной почты, в которых Будберг обсуждает уровень оплаты публикаций в блогах многих известных оппозиционеров, а также ход информационных кампаний против некоторых близких к Владимиру Путину деятелей, вроде Игоря Сечина.

Будберг подлинность этой переписки опроверг, как и некоторые упомянутые в ней блогеры, например, Антон Носик. Так что возникновение именно этой версии как основной и в СМИ, и в блогосфере позволяет предположить, что информационная атака на мужа Тимаковой просто еще не закончилась и получает свое продолжение в связи с отставкой.

Что, в свою очередь, в очередной раз простимулировало представителей правящего класса вспомнить слухи о скорой отставке правительства и еще раз обсудить, кто может занять место Дмитрия Медведева, кого же именно уволят, а кого, может быть, и посадят.

Тем более, что увольнение Будберга, уже самими провокациями против него четко записанного в ряды либеральной оппозиции, несмотря на то, что он состоит в браке с пресс-секретарем премьер-министра России, позволило связать давление на окружение Медведева с недвусмысленными сигналами спецслужбам со стороны верховной российской власти о необходимости ужесточения борьбы с «инакомыслием», а заодно и недостаточно лояльными чиновниками.

Речь, в первую очередь, о результатах коллегий ФСБ и Следственного комитета, формально посвященных итогам года прошедшего и планам на настоящий. На первой присутствовал и выступал Владимир Путин. Значительная часть его публичного обращения к сотрудникам ФСБ оказалась посвящена борьбе с врагами внешними и внутренними. От собственно борьбы с терроризмом он плавно перешел к экстремизму, а затем и НКО, которых финансируют из-за рубежа.

«Хочу подчеркнуть, ни у кого нет монополии на право говорить от имени всего российского общества, тем более у структур, управляемых и финансируемых из-за рубежа, а значит, неизбежно обслуживающих чужие интересы. Сегодня установлен порядок деятельности НКО в России, в том числе это касается и финансирования из-за границы. Эти законы должны быть, безусловно, исполнены», - недвусмысленно намекнул глава государства сотрудникам спецслужб на то, каким должно быть одно из главных направлений их работы, особенно в условиях, когда Минюст говорит, что у он не видит правовых инструментов, для внедрения «новшеств» из закона об НКО.

После этого президент перешел к подсчету количества пойманных в 2012 году иностранных шпионов, а во время закрытой части, по слухам, еще раз уточнил свое отношение к инакомыслящим, мешающим, по его мнению, развитию страны.

Что касается коллегии Следственного комитета, то главной новостью, на которую по ее итогам обратили внимание слухмейкеры, стало заявление главы ведомства Александра Бастрыкина о возвращении «настоящей» конфискации имущества.

Заявление свое он расшифровывать, естественно, не стал, чем породил массу слухов. Самым популярным, разумеется, стало предположение о возвращении «советской» нормы о конфискации имущества, что может угрожать не только коррупционерам, но и, в первую очередь, бизнесменам. Не говоря уже о том, что многие предположили, будто «настоящая» конфискация может коснуться также родственников осужденного, а отобрано может быть любое имущество, приобретение которого за средства, полученные законным путем, не получится доказать.

В общем, как написала «Независимая газета», «Эксперты предполагают, что Бастрыкин выступает либо за конфискацию советских времен, по преступлениям против госсобственности, либо за еще более широкое применение этой нормы».

Такие «намеки» вряд ли успокоят российский бизнес и правящий класс, который плодит в последнее время слухи один другого страшнее о возвращении к «нормам» советской юстиции, не надеется на защиту в случае чего со стороны «независимого» российского суда и с опаской следит за тем, как набирают все большую силу правоохранительные органы и спецслужбы.

Иван Преображенский

Перейти на страницу автора