Предвестник общества будущего

Предвестник общества будущего

За последние полвека нормы в сексуальной жизни и отношениях между мужчиной и женщиной в целом менялись с такой скоростью, что не остается никаких иллюзий: мы на пороге нового подхода к воспроизводству.


© Виктор Ядуха

Возникновение новых общественных сущностей зачастую происходит незаметно. Еще пять лет назад аббревиатура ЛГБТ ни о чем не говорила абсолютному большинству россиян и наводила скорее на мысль о железобетонных конструкциях, чем о так называемых "сексменьшинствах". Да и сама по себе борьба за права людей нетрадиционной сексуальной ориентации совершенно не мыслилась как проявление гражданской активности. Нынче же ЛГБТ-активизм пытается встать в один ряд с борьбой за прогрессивные идеалы и лучшее будущее. Об этом и пойдет речь в рамках проекта "Семейная ценность", реализуемого ИА "Росбалт".

Какие есть основания для таких изменений? Одно из них, по-видимому, историческое. Укоренилось мнение, что тоталитарные режимы всегда жестко преследовали людей нетрадиционнной сексуальной ориентации – как неспособствующих стабильному воспроизводству населения. А поскольку тоталитарные режимы - это плохо, то, стало быть, все, с чем они боролись, - это хорошо. Правда, если покопаться, то обнаружится, что тоталитарные режимы тоже бывают разные, и какие там сексуальные предпочтения были, скажем, у Пол Пота и Иенг Сари, истребивших треть населения своих стран, еще неизвестно. Тем не менее, в СССР некоторые гомосексуалисты, вне всякого, сомнения пострадали, и это вроде как дает основания нынешним гомосексуалистам претендовать на общественную компенсацию и признание.

С другой стороны, если сегодня государство устранилось от нормативной регуляции сексуальной жизни граждан, то чего еще желать? Живите себе, как хотите. В чем проблема? С психологической точки зрения — по-видимому, в том, что люди нетрадиционной сексуальной ориентации имеют некий социальный комплекс, или, если угодно, социальный невроз, вызванный тяжелым предыдущим опытом, и пытаются преодолеть его через активную самопрезентацию: "Да, вот мы какие, и, будьте добры, примите нас такими, как мы есть". Это можно и нужно понять. Человек так устроен, что на любое ущемление его самости реагирует стремлением эту самость активно утвердить, зачастую в гротескной форме.

Любое меньшинство, однако, стремится стать большинством, и люди нетрадиционной сексуальной ориентации отнюдь не исключение. Они всячески продвигают идею наличия в обществе большого количества себе подобных (особенно - социально успешных), распространяют информацию о своих сообществах, клубах и мероприятиях. В Голландии, например, где пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений ведется очень активно, первое, что получают абитуриенты, приходящие знакомиться с тем или иным высшим учебным заведением, - это флаеры и брошюры о многочисленных местных объединениях и клубах геев и лесбиянок .

Спрашивается - почему так? Под это подводится рациональная база: для подростка обнаружить, что он не такой как все, - это страшный шок. Поэтому ему надо вовремя подать руку помощи - показать, что вокруг много таких же, как он. А то и до суицида недалеко. За этим стоит твердое убеждение, что гомосексуализм - врожденное свойство, особенность организма. Некоторые голландские ученые настаивают, что помимо первичных и вторичных половых признаков у человека при рождении есть еще и "картина пола", отраженная в мозгу, которая иногда может противоречить полу биологическому. Понятно, что такая позиция ученых активно тиражируется гомосексуальными сообществами - как доказательство объективности и неизбежности существования людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией.

Правда, в тени остается тот факт, что те же самые ученые утверждают: врожденными являются и другие нетрадиционные сексуальные влечения - например, педофилия, зоофилия, некрофилия. Что же, следующим этапом сексуального раскрепощения станут парады зоофилов с козами и некрофилов с гробами? Комплексов, требующих компенсации, у них, надо думать, не меньше, чем у гомосексуалистов. И они тоже абсолютно не виноваты, что такими родились. По крайней мере, если следовать логике ученых, придерживающихся мнения об абсолютной врожденности сексуальных влечений.

Есть, однако, одно немаловажное обстоятельство. Наряду с детьми, у которых картина пола ярко выражена, есть немало тех, у кого эта картина смазана. И этого никто не оспаривает. То есть речь идет не о двух возможностях - мужчина или женщина, а о двух полюсах, между которыми лежит линейка переходных вариантов. В процессе развития ребенок может прийти как к одному, так и к другому полюсу — все будет зависеть от среды, в которой он воспитывается. Чем более строго осуждаются нетрадицонные сексуальные отношения, тем больше вероятность, что сформируется традиционная сексуальная ориентация. По той простой причине, что ребенок всегда стремится следовать общественным установкам и ориентирам. Отсутствие четких нормативов в обществе - вообще фактор риска для людей с размытыми внутренними задатками. И, собственно говоря, непонятно: почему никто не защищает права этих людей, чью психику разрушает расшатывание социальных нормативов?

В западных странах существует разветвленная система психологического и психиатрического консультирования и помощи людям, испытывающим сложности с адаптацией в обществе и самоидентификацией. Это в значительной степени компенсирует отсутствие жестких социальных норм, в том числе и в вопросах сексуальной жизни. На западе психиатрия никогда не была инструментом устрашения, и обращение к консультанту не является фрустрирующим само по себе. В России системы поддержки и консультирования не существует, а боязнь психиатрии небезосновательно велика. В таких условиях разрушение четких социальных нормативов представляет куда большую угрозу, чем на Западе. Об этом надо помнить всем: и руководителям масс-медиа, и общественным организациям, и людям с нетрадиционной сексуальной ориентацией, которые, как и все остальные, должны думать не только о себе, но и об обществе в целом.

Конечно, можно посмотреть на проблему растущего ЛГБТ-активизма и более широко. Почему вообще в фокус общественного внимания попали и продолжают там находиться особенности сексуальной жизни граждан? Возможно, это связано с тем, что происходит изменение функции сексуальной жизни как таковой. Когда что-то привычное начинает меняться, оно всегда вызывает повышенный интерес, поскольку обществу необходимо переосмыслить и выработать свое отношение к новым реалиям.

В качестве недавнего примера можно привести использование контрацептивов. Кстати, именно их широкое применение положило начало расхождению двух ипостасей секса - как акта получения удовольствия и как функции продолжения рода. А уж гомосексуальные отношения идут здесь очевидным вторым планом. Когда мы признаем нормальным секс не для воспроизведения, а "просто так", то какая, в сущности разница, кто им занимается - мужчина с женщиной или два лица одного пола?

Наверное мы недалеки от того момента, когда своих биологических детей смогут "заказывать" какие угодно пары, триады или одинокие граждане. Секс же останется для удовольствия или как проявление особой близости. Возможно, пока это звучит дико. Однако за последние полвека нормы в сексуальной жизни и отношениях между мужчиной и женщиной в целом менялись с такой скоростью, что не остается никаких иллюзий: мы на пороге нового подхода к воспроизводству, который будет все дальше отстоять от традиционных канонов, характеризовавших наше общество последние тысячелетия.

Татьяна Чеснокова

Перейти на страницу автора

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.