Наша жестокость

Многих удивляет, почему почти все вызывающие резонанс законодательные или судебные решения в России сопряжены с неоправданной, избыточной жестокостью. А потому, что и народ, и власть ведут себя, как макаки.


© Фото Юлии Пакулиной

Многих удивляет, почему почти все вызывающие резонанс законодательные или судебные решения в России сопряжены с неоправданной, избыточной жестокостью.

Не беру «классику» - «закон Димы Яковлева», в результате которого 33 петербургских ребенка лишились возможности быть усыновленными американцами (российских родителей на сегодня нашел лишь один), или «двушечку» Pussy Riot c последующим тюремным прессингом Надежды Толоконниковой. Посмотрим на далекие от политики вещи.

Например, на жестокость преследования курильщиков по новому закону. Я не курю, мне неприятен табачный дым - но зачем требовать от аэропортов уничтожать специальные комнаты для курения, где никто никому не мешал? Зачем мучить курильщика в поезде дальнего следования, запрещая ему курить не только в тамбуре (это еще хоть как-то можно понять!), но и на платформе любого полустанка?

Или – сделаем все же шаг навстречу политике – зачем, арестовывая судно Arctic Sunrise, нужно было на месяцы упаковывать в КПЗ вообще весь экипаж корабля, включая фотографа, кока и судового врача? Уж врач-то при чем?! Он обязан помогать всем – коммунистам и нацистам, либералам и консерваторам, ваххабитам и православным старцам. Профессия такая - быть вне игры. Его-то зачем – в тюрьму и в игру?!

Еще более удивительно, что неоправданную жестокость поддерживает большинство россиян. С арестом команды Arctic Sunrise согласны, например, 56% наших сограждан (данные «Левада-центра»). А когда Навальному тюремный срок заменили на условный, его сочли «слишком мягким» 46% опрошенных, а «слишком суровым»- лишь 8% (ВЦИОМ).

То есть народ и партия едины – по крайней мере, в жестокости.

Мне известно несколько объяснений этому единству – от неизбежного в автократиях двоедушия, когда люди отвечают «как требуется», а не что на самом деле думают (вот отчего реальность у нас нередко опровергает социологию) — до фраз вроде: «А ты давно был в метро в час пик? Да у нас же вообще все всех ненавидят!».

Но недавно мой френд в ЖЖ, ироничный интеллектуал с ником bauris, прислал цитату из блестящей книги «Непослушное дитя биосферы» биолога, этолога Виктора Дольника (он, увы, умер в этом ноябре. Замечательную книгу Дольника горячо рекомендую. Дольнику, кстати, посвящал своих «Птиц» Андрей Битов). Цитирую: «Покинем на время мир самцов павианов — сильных, грубых, властолюбивых, но не подлых животных — и присмотримся к стаду макаков, обезьян помельче и слабо вооруженных... Борьба за доминирование много значит в жизни самцов макаков, но ведется не столь жестоко. Их доминанты не нуждаются в союзе, потому что у макаков есть одна очень гнусная инстинктивная программа (встречающаяся у некоторых других стайных животных, например у собак). Стоит доминанту начать наказывать одного из подчиненных, как другие спешат ему помочь: кричат, кидаются в наказываемого калом, норовят ткнуть чем-нибудь сами. Этологи разобрались, как возникает такое поведение. Это переадресованная агрессия, накопившаяся в страхе перед доминантом. Она, по обычному иерархическому принципу, переносится на того, кто слабее. А таким во время наказания выглядит наказуемый! На это способны все макаки, но особенно «подонки», занимающие дно пирамиды, - ведь они боятся всех и обычно могут переадресовывать агрессию лишь неживым предметам, а в этом мало радости. И вдруг наказуемый оказывается как бы ниже дна, слабее их, его можно безнаказанно ударить... Этот простой механизм позволяет доминанту без особого риска для себя подавлять нижестоящих. Стоит только начать, а дальше стадо докончит».

«Можно говорить о том, - добавляет bauris, - что одна из опор российского авторитаризма – это реальная готовность людей биться за отлаженный и работоспособный механизм переадресации агрессии, контроль над которым и энергопитание которого принадлежит хозяевам страны. Покушение на них ассоциируется с покушением на этот сакральный механизм, при уничтожении которого придется либо сдерживать агрессию в себе с соответствующим ущербом организму, либо - немыслимо! - вместо этого решать проблемы самостоятельно, в т.ч. возвращать агрессию ее источнику, вверх по иерархической лестнице».

По-моему, это идеально объясняет ту нетерпимость и жестокость, что свила себе гнездо под нашим двуглавым орлом.

И хорошо предсказывает результат голосования с вопросом: «А не набить ли морду автору этого текста?» – когда бы таковое проводилось.

Дмитрий Губин, «Огонек»-Ъ

Перейти на страницу автора


Ранее на тему Премьер: Почти сто сирот, которых могли усыновить в США, не нашли семью в РФ