Кому нужны предатели

Авторы фильма «Биохимия предательства» поставили перед собой практически невыполнимую задачу. Ибо нельзя одновременно лепить из подручного сора вымышленный образ врага – и тут же, не отходя от заляпанной грязью столешницы, его «сокрушать и развенчивать».

Сложную задачу поставили перед собой авторы фильма «Биохимия предательства» Константин Семин и Олег Сергеев. Практически невыполнимую. Ибо нельзя одновременно лепить из подручного сора вымышленный образ врага – и тут же, не отходя от заляпанной грязью столешницы, его «сокрушать и развенчивать».

Авторам сериала «Анатомия протеста» было в этом смысле легче. Ибо тогда, когда снимался этот политический триллер, в стране был протест. А значит, был реальный объект для пропагандистской атаки. Ныне же в «реальной российской политике» – ровным счетом ничего, кроме кружевных трусов и спящих премьер-министров. В этих условиях «сражаться с крамолой», конечно, тяжко. Но приходится. Ибо Кремль чует жаркое дыхание Майдана и требует срочной «профилактики».

И вот является на свет «Биохимия предательства» - рассыпающаяся на анемичные, лишенные какой бы то ни было энергетики (хотя бы инфернальной «энергии яда») куски, безумно затянутая и пропахшая пропагандистским нафталином полувековой давности. Является с главной целью – вызвать отвращение к тем, кто критикует нынешнюю власть. И с этой задачей не справляется.

Ибо, как ни пыжились режиссеры и операторы, даже уродливо накромсанных фрагментов из интервью с правозащитником Сергеем Ковалевым, создателем музея «История борьбы с большевизмом» Владимиром Мелиховым, идеологами национал-демократии Ильей Лазаренко и Алексеем Широпаевым, адвокатом Марком Фейгиным и другими, по логике авторов фильма, «власовцами наших дней» вполне достаточно, чтобы увидеть: это люди содержательные, внутренне спокойные, самостоятельно мыслящие - и уже в силу этого вызывающие симпатию и уважение.

А вот противопоставленные им «горячие патриоты» выглядят скорее пугающе. Одна их часть – это «ожившие восковые фигуры из прошлого», притом независимо от возраста (здесь и старцы-ветераны, и вполне юные приверженцы советских военно-патриотических мифов). Другая часть - люди с мрачноватыми лицами, зацикленные на оценках и игнорирующие факты. Казалось бы, ситуацию должны были спасти фронтмены патриотической группы – сам ведущий Константин Семин, духовник Путина архимандрит Тихон Шевкунов и публицист Дмитрий Пучков (более известный как «Гоблин» - популярный в Рунете переводчик голливудских фильмов). Но, увы, не спасли.

Дело в том, что в основе любой пропаганды должна лежать полуправда, которая скроет часть информации, во-первых, противоречащей поставленным пропагандистским целям, а во-вторых, еще неизвестной большинству «простых людей».

И вот здесь, мне кажется, у «Биохимии предательства» возникла большая проблема. Дело в том, что воскрешать давно истлевшие, тщательно прокомментированные историками и потускневшие в массовом сознании мифы – дело заведомо гиблое. Миф существует и работает лишь до тех пор, пока в него верят. Но как только люди начинают задумываться и рассуждать, анализировать и сравнивать, священная статуя тут же превращается в простого истукана, а священное предание – в одну из «бабушкиных сказок».

И уж тем более непростительно для тех, кто работает в режиме «искусной полуправды», допускать откровенные фактологические «косяки».

Например, по версии публициста Семина, Финляндия получила независимость из рук… Временного правительства! Хотя известно, что независимость Финляндии была провозглашена 6 декабря 1917 года, когда никакого Временного правительства уже не существовало, а первым правительством, которое признало финскую независимость, был Совет народных комиссаров во главе с Лениным.

Или вот ведущий Семин плавно вальсирует меж редких деревьев на каком-то болоте, рассказывая о трагической судьбе Второй ударной армии. И рисует какую-то совершенно немыслимую картину. Сперва говорит то том, что этой армии удалось «не допустить взятие немцами Ленинграда» - хотя немцы Ленинград не штурмовали, а блокировали, и задача Второй ударной (как и всего Волховского фронта) была в том, чтобы снять блокаду. Тут же, правда, выяснится, что героической Второй ударной командовал «предатель» генерал Власов, который сознательно «загнал целую армию в окружение и плен» (говорит это, правда, не сам Семин, а дочь татарского поэта Мусы Джалиля, но данная оценка вполне соответствует авторской концепции). Хотя известно, что Власов, которого, к слову, сам Сталин называл «спасителем Москвы», был послан спасать Вторую ударную уже тогда, когда она фактически попала в безвыходное положение по причине бездарного планирования наступательной операции командованием Волховского фронта. Ради того, чтобы рапортовать Сталину об «успешно развивающемся наступлении» (хотя пробить оборону немцев фронт так и не смог нигде, кроме узкого участка в районе Мясного Бора, где действовала Вторая ударная), ее де-факто «загнали» в немецкий мешок, из которого она уже не смогла вырваться. Судя по всему, немцы сознательно заманили огромную армию в котел, после чего уничтожили ее почти целиком, а оставшихся красноармейцев – изнуренных голодом, лишенных боеприпасов и утративших боеспособность - взяли в плен. Кстати, за Власовым Сталин прислал самолет, но генерал отправил вместо себя раненого, а сам остался со своими солдатами…

Но, разумеется, ни о чем этом фильм не рассказывает. Как и о том, что 130-тысячная РОА была лишь одним из множества добровольных вооруженных формирований, созданных немцами из числа советских военнопленных. Всего выходцев из России и СССР, надевших немецкую форму, было более миллиона (по некоторым данным – 1,5 миллиона), включая казаков и других белоэмигрантов.

Не говорит фильм и о том, что Сталин, заявивший: «У нас нет пленных, есть только предатели Родины», фактически обрек миллионы пленных красноармейцев на голодную смерть и, таким образом, сам подтолкнул их к тому, чтобы они пошли на службу к немцам ради элементарного выживания…

Зачем авторам «Биохимии предательства» понадобилось наврать с три короба «и еще чуток» - ясно. По сути, вся суггестивная логика (если можно ее назвать таковой) фильма держится на тоталитарной аксиоме: оппозиционер и предатель – это синонимы! Вот генерал Андрей Власов декларировал свою оппозиционность коммунистической власти, а на деле просто помогал врагам Родины. Стало быть, любая критика правительства, так или иначе, есть «власовщина». И не важно, в мирное или военное время она раздается; не важно, с ружьем или пером выступают оппоненты Кремля; не важно даже, о каком конкретно «модусе власти» идет речь – императорском, советском или российско-федеративном. Важно то, что любые оппозиционеры - суть «власовцы» и агенты иностранных держав!

Но чем с большей назойливостью звенит тема «предательства», тем больше «Биохимия предательства» превращается в одну сплошную «оговорку по Фрейду».

С такой «оговорки» фильм и начинается, когда в кадре появляются «красный» Мальчиш-Кибальчиш, он же патриот, и «белый» Мальчиш-Плохиш, он же предатель. Хотя, опять-таки, из любого учебника истории известно, что классическими предателями были именно большевики, для которых, к слову, само слово «патриот» долгое время было ругательным. Получив в разгар Первой мировой деньги у немцев (с которыми воевала в ту пору Россия), Ленин и Ко на протяжении 1917 года активно разрушали русскую армию и флот, а затем вывели Россию из мировой войны и заключили с Германией «архипохабный», по признанию самого же Ленина, мир, согласившись на немецкую оккупацию нескольких крупных областей бывшей Российской империи. И потому не удивительно, что главное, в чем обвиняли большевиков их противники – это в предательском союзе с кайзеровской Германией. На этом фоне изображение в фильме иностранных покровителей «плохишей» в образе «явных фрицев» - в характерных «вермахтовских» мундирах и касках — выглядит как минимум странно.

А ведь если бы страны Антанты не одолели в 1918 году союз Центральных держав, то никакой односторонней денонсации Брестского мира не случилось бы. И на Украине продолжал бы сидеть поставленный Берлином гетман Скоропадский, а Москва покорно продолжала бы выплачивать Кайзеру репарации в объеме 6 миллиардов марок…

Таким образом, именно идеологические предки нынешних кремлевских пропагандистов – большевистские «кибальчиши» - сдали в 1918 году Киев и еще массу бывших российских территорий немцам, в то время как «плохиши» не признавали этой большевистской капитуляции и сражались с Лениным, до последнего сохраняя верность союзническим обязательством великодержавной России.

Я не пытаюсь сейчас сказать, правы были в этом вопросе противники большевиков или нет. Здесь есть простор для исторической дискуссии. Но ясно другое. «Предателями Родины» все-таки были в ту пору именно Ленин, Сталин и все прочие будущие руководители страны, которую они сознательно довели до развала и капитуляции, дабы затем захватить в ней власть.

Пропагандистская шапка в очередной раз вспыхнула на Константине Семине, когда он вдруг начал заочно полемизировать с теми, кто утверждает, что Сталин предал Вторую ударную армию. Ведь якобы и продовольствие им доставлялось, и боеприпасы! Непонятно только, почему в итоге армия погибла…

Слушать это торопливое лопотание мне было особенно противно – я помню рассказы деда, который служил как раз в той самой Второй ударной, а потом вплоть до 1945 года просидел в том самым концлагере Маутхаузен (о котором также будет плести свои полуправдивые маньеристские кружева шустрый телеведущий) и, в частности, видел, как на самом деле погиб генерал Карбышев… Дед не любил вспоминать войну – его рассказы были немногословными. Но главное, что ему запомнилось о той операции, это голод. Солдаты под конец были уже ни на что не способны, еле волочили по земле винтовки, питались березовым соком… А потом те немногие, кто уцелел, попали в плен.

И, по сути, Родина - в лице сталинского руководства - предала их потом еще дважды. Сперва Кремль отказался материально поддерживать пленных красноармейцев через Красный Крест. Затем оставшихся в живых (из 5,7 миллионов человек 3 миллиона погибли), пропустив через позорный фильтр СМЕРШа, выпустили с «волчьими билетами», не дающими устроиться на прежнюю работу (как это, в частности, произошло и с моим дедом), либо прямиком отправили в ГУЛАГ.

Сегодня этих людей предают снова, отказывая в праве на достойную память. «Родина не может предать тебя, ибо это просто земля, а ты ее – можешь», - странновато улыбаясь, говорит один из «правильных» героев фильма «Биохимия предательства». Нет, Родина – это не «просто земля». Это еще и дом, который построен на этой земле, и в котором все мы живем. И этот дом может быть уютной усадьбой, но может быть и жестокой тюрьмой. А те, кто отказывает невольным обитателям этой тюрьмы в праве на жизнь и на протест против бесчеловечности тюремного типа отношений власти и общества, - и есть, на мой взгляд, настоящие предатели.

Даниил Коцюбинский

Перейти на страницу автора