Дерусификация свободы

Поймите, у Российской Федерации нет монополии на русский язык. Он в нее не помещается. Вы можете взять его себе, сколько захотите, и он поможет вам. Если вы будете говорить на русском, это не сделает вас россиянами.


© politikan.com.ua

В воскресенье в Киеве случилась лингвистическая катастрофа, которая может определить путь развития для Украины и России на ближайшие десятилетия. Рада отменила закон Колесниченко 2012 года, который предоставлял регионам право использовать региональный язык наряду с государственным.

Можно сколько угодно говорить о том, что это было чисто техническое решение, что Конституция Украины 2004 года (ст. 10) гарантирует права русскоязычным гражданам, что вскоре господин Тягнибок примет новый языковой закон. Поспешность, с которой новая власть начала выстраивать языковую политику, не успев похоронить своих погибших, была ясным сигналом для Москвы и восточных регионов Украины.

Несмотря на все симпатии к свободе, на глубокую любовь и уважение к украинской культуре и языку, я больше не могу поддерживать украинских революционеров. Во всех предыдущих текстов по Украине, я исходил из идеи о том, что украинский язык не нуждается в гетто, и что русский ему совершенно не враг, а скорее наоборот.

Я предполагал, что сами русскоязычные и двуязычные участники майдана, это могут понять — по крайней мере через некоторое время, без резких движений. Но нет, оказалось, что они не считают необходимым защищать собственное двуязычие и готовы отказаться от этого дара ради прямолинейно понятой национальной идеи и потенциально больших проблем в своих русскоязычных анклавах.

Я считаю, что такое поведение новых властей Украины — чистой воды самодурство, причем опасное. Вместо европейского будущего для Украины они хотят снова ставить в центр своей политики Москву. Назло бабушке отморожу уши, рассуждает гордый Тягнибок и компания, — то есть распугаю всех, изолирую Киев от ЕС, восточных регионов и России, лишь бы доказать чистоту украинской идеи.

Вместо Бельгии, где французский спокойно уживается с нидерландским, для Украины готовят ухудшенную версию Румынии (тамошняя культурная жизнь в основном сводится к изучению фентезийного римского наследия и дискуссий о переименований страны в Дакию). Гордым киевским борцам за свободу не нужны не только донецкие обыватели, носители суржика, к которым, как я гляжу, распространилось совсем уж презрительное отношение — вроде как нация титушек.

Киеву не нужны и русские европейцы, с симпатией наблюдающие и даже готовые помогать свободной украинской республике. Из всего этого однозначно следует не великий украинский проект, но слегка разжиревший восточноевропейский национализм для бедных в ряду Эстонии и Венгрии. После того, как догорела последняя покрышка, такая Украина опять станет никому не нужной и не интересной.

Парадокс, который тут бросается в глаза, состоит в том, что реальным языком майдана был именно русский. Участники национальной революции, по сути, объявили о намерении дерусифицировать сами себя. В социальных сетях, по крайней мере в самой динамичной из них, Вконтакте, украинцы почти всегда пишут на русском языке.

Это касается не только восточных областей, но и Киева, и даже «западенцов». Есть множество исключений, есть активисты, которые принципиально используют только украинский, но любой обзор покажет: русский доминирует в украинском интернете. Именно за счет этого, кстати, русский язык держался в последние годы на втором месте по популярности в мировом интернете, уступая, хотя и с гигантским разрывом, только английскому.

Ясно, как это работает, и почему это имеет кумулятивный эффект. На русском общение эффективнее, потому что его гарантированно понимает вся ваша целевая аудитория, вы можете выбирать мемы из обширной базы русскоязычных мемов и иметь возможность самому участвовать в этой игре. Итак, русский язык из Украины никуда не уйдет, пока есть социальные сети. Здесь его позиции совсем не такие, как их иногда хотя представить — носители русского языка это вовсе не пенсионеры из Донецка со средним образованием и даже не «Беркут».

Одна из композиций, претендующая на звание гимна майдана, представляет собой хип-хоп, прочитанный на русском.

Вместо того, чтобы присвоить себе русский язык и заявить о нем как о части своего национального достояния, украинцы заявили о намерении тратить силы на заведомо бессмысленное лингвистическое огораживание. Сейчас, естественно, будут созданы общества старых майдановцев, все получат квартиры и должности. Все в итоге придет к тому, что украинский станет языком скучных правительственных бюрократов, официоза, школьного образования. Русский в этом контексте — язык свободы, вольного ветра социальных сетей, большой литературы, язык протеста. Чем больше украинцы будут бороться за дерусификацию, тем более привлекательным будет русский как язык реального общения, в частности общения в интернете.

Вообще, люди, убежденные, что русский язык нужно ограничивать ради мовы, относятся к ней как к лингвистическому инвалиду. Я думаю, у мовы могло бы быть блестящее европейское будущее в сильной единой большой Украине с двумя государственными языками. Русский — трамплин, отталкиваясь от которого, можно развиваться в большом мире. Русские европейцы, потенциальные граждане Украины, учили бы украинский и вносили бы моду на него по всему миру, и в России в том числе. Альтернативная судьба — изоляция и Румыния.

Львовское издательство «Старый лев» создало сенсацию, заявив, что впервые за 11 лет, которые прошли в жестокой борьбе с книгами из России, оно именно сейчас издаст книгу на русском — одесситки Зои Казанжи. В знак протеста против языковой чумы Рады. Львовская интеллигенция собрала подписи в защиту русского языка, петицию поддержал даже основатель УНА-УНСО Юрий Шухевич. Иными словами, если вам кажется, что «языковой проблемы в Украине не существует», как мне доказывали некоторые лихие ребята в Твиттере, то вы заблуждаетесь — ее, по меньшей мере, видят не только российские патриоты.

Для меня воскресенье 23 февраля 2014 года было очень грустным днем. Потому что я узнал, что героические — говорю без иронии — киевские бойцы за свободу плохо понимают, что им делать после своей победы. В ход идет всякий шлак: например, совершенно идиотская идея о том, что в одном государстве может быть только один язык. Так могут рассуждать только совсем неграмотные обыватели, обработанные шаблонной националистической пропагандой: если у человека паспорт Узбекистана, он наверняка узбек и говорить должен по-узбекски, если даже его зовут Василий; а если человек говорит по-русски, то уж наверняка, россиянин, москаль и поклонник Путина. Попал в Украину, будь ласка, всеми миллионами жизней забыть родную речь и отрастить этнографический чуб.

Поймите, у Российской Федерации нет монополии на русский язык. Он в нее не помещается. Вы можете взять его себе, сколько захотите, и он поможет вам. Если вы будете говорить на русском, это не сделает вас россиянами.

Нет ни одного европейского государства, где треть населения называет своим родным языком такой язык, который не признан государственным. Ну, разве что, кроме Эстонии. Но тогда украинским лидерам надо честно заявить: хотим сделать из нашей большой Украины Эстонию. Были в истории, и есть сегодня великие, красивые двуязычные страны.

У вас, ребята-украинцы, есть прекрасный дар: два родных языка. Я вот вам страшно завидую. И вот вы позволяете каким-то недоумкам в суете вас этого дара лишать, проводить над вами и вашими детьми какие-то странные процедуры под названием «дерусификация». Вы для этого что ли на майдане кровь проливали? Это и есть ваша свобода?

Кирилл Мартынов

Прочитать оригинал поста Кирилла Мартынова с комментариями читателей его блога можно здесь.

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.