Ждет ли Россию новый Октябрь

Политических сил, готовых выкрикнуть «есть такая партия» в современной России в избытке. А вот тех, кто готов предложить привлекательную для миллионов людей программу нового социализма, пока маловато.


© shuum.ru

7 ноября, в очередную годовщину Октябрьской революции 1917 года, я поймал себя на мысли, что не хочу снова перечислять ее достижения и поражения, подводить итоги и делать выводы.

Во-первых, потому, что об этом много раз сказано-пересказано и будет сказано еще.

Во-вторых, когда власти в кои-то веки разрешили в Москве не только демонстрацию системных «левых» из КПРФ, но и «не системных», которых еще в прошлом году за аналогичную ритуальную акцию винтили и доставляли в суды, я осознал, что в этот отнюдь не праздничный день, когда «родное» правительство окончательно взяло в свой актив советскую историю, я не хочу занудствовать, перечисляя бесплатную медицину и образование, победу в Отечественной войне, полет Гагарина и «отдельные недостатки» советской системы в виде массовых репрессий и бесконечных дефицитов всего и вся.

Не буду этого делать потому, что революция - это не бесконечная ностальгия по «золотому» советскому веку и соответствующая ей мифология. Это вообще не то, чем занимаются КПРФ и ее младшие, в недавнем прошлом, несистемные, а ныне потихоньку интегрируемые в систему братья по разуму в виде "Другой России", "Левого фронта" и "Рот-Фронта".

Они могут сколько угодно повторять мантры о «новом Октябре», не понимая, что он (октябрь, ноябрь, декабрь и т. д.) будет не таким, как в 1917 году. И больше того, делаться будет не их руками. Подготовка к нему гораздо более активно ведется руками российской власти. И не только на ниве продолжения уничтожения остатков социальной сферы, но и в области внешней политики.

Дело в том, что «украинская авантюра» (как определил недавно нынешнюю войну на востоке Украины глава «Левада-центра» Лев Гудков) внесла глубочайший раскол не только во все российское общество в целом, но и сделала то, что надо было сделать еще 23 года назад. А именно, расколола левое движение, отделив интернационалистические и антиимпериалистические зерна от имперских и шовинистических плевел.

То есть, тут строго по поговорке: нет худа без добра. Где худо - это война, а добро — это очищение левого движения путем давным-давно назревшего размежевания в его среде.

Как тут не вспомнить вождя Октября 1917 года Владимира Ленина, говаривавшего, что прежде чем объединиться, надо, для начала, разъединиться.

Это размежевание было необходимо, оно назревало все постсоветские годы. Недоставало лишь достаточно сильного повода, чтобы оно произошло так ярко и однозначно, как сейчас. И вот, спасибо партии и правительству, оно произошло! После присоединения Крыма к России стало понятно, что имперцы и антиимперцы из числа «левых» в одной лодке больше не уживутся.

Если уж большинство нынешних российских «левых» поддержали конгломерат откровенно правых сил: нацистов, монархистов и идейных белогвардейцев, в самом худшем из его деяний, какое только можно себе представить - в войне против братской Украины, то тут одно из двух: либо эти левые не левы, либо правые не правы.

Последнее отметаем сразу, потому что правые как были, так и остались правыми: они сокращают социальные расходы, закрывают больницы и школы, строят церкви, преследуют инакомыслящих и свободу слова, разжигают ксенофобию и гомофобию, развязывают агрессивные войны в интересах крупного капитала, раздают миллиарды бюджетных средств не народу, а приближенным бизнесменам и прикрывают все это изощренной (в том числе, «интернациональной» и «антифашистской») демагогией.

То есть, правые, как видим, остаются самими собой и действуют именно так, как и должны действовать правые. Чего не скажешь о большинстве нынешних «наследниках Октября». Они одной рукой осуждают правительство за свертывание последних признаков «социального государства», а другой поддерживают его военную агрессию, проводимую очевидно в интересах российских сырьевых монополий. Они подыгрывают ксенофобской и гомофобской политике, а весь их анти-империализм сводится лишь к борьбе с врагами отечественного империализма.

Но штука в том, что невозможно быть в чем-то левым, а в чем-то правым одновременно. Как говорил когда-то Маркс, «нельзя быть немного реакционным, как нельзя быть немного беременной».

На практике же мы знаем, что собой представляет такое слияние «левого» и «правого» в политике и кому это свойственно. В Италии 20-40 годов ХХ века это направление представлял бывший марксист Бенито Муссолини, в Германии — начала 20-30-х годов «левый» нацист Грегор Штрассер. Чем это слияние закончилось хорошо известно.

Близок ли «новый Октябрь» в России — пока вопрос. С одной стороны, экономические и политические условия для того, чтобы он разразился, выковываются в ускоренном режиме. Экономический кризис уже начался и будет только усиливаться. Война — идет и конца ей пока не видно. Политических сил, готовых выкрикнуть «есть такая партия» тоже в избытке. А вот тех, кто отмежевался бы от сталинистского, имперского наследия левого движения и предложил привлекательную миллионам людей программу нового социализма, пока маловато.

Александр Желенин

Перейти на страницу автора


Ранее на тему О социализме и экспансии

Шесть «пятых колонн»

Зюганов призвал власти РФ сделать выводы из "уроков Октября"