Песни вместо полетов

Пока у Роскосмоса арестовывают счета за рубежом, на Западе придумали, как добраться до Альфы Центавра всего за 20 лет.


В России нет и намека на смелые амбициозные проекты, способные привлечь таланты и деньги в стареющую и буксующую космическую отрасль. © Фото с сайта federalspace.ru

День космонавтики, случайно или нет, совпал с двумя яркими событиями в космической области. Стало известно, что во Франции арестованы счета Роскосмоса на сумму от 700 миллионов до 1 миллиарда долларов. Деньги были заморожены в рамках решения Гаагского арбитража о компенсации экс-владельцам ЮКОСа. Арбитраж решил, что Россия должна выплатить акционерам этой нефтяной компании 50 миллиардов долларов. Это еще одна Олимпиада в Сочи.

Второе событие – заявление знаменитого британского ученого Стивена Хокинга и американского бизнесмена Юрия Мильнера, который закончил МГУ и когда-то поработал в ФИАНе у Виталия Гинзбурга, о запуске беспримерного проекта Breakthrough Starshot («Прорыв к звездам»), стоимостью 100 миллионов долларов. Цель проекта - за 20 лет доставить мини-роботов к ближайшей звездной системе Альфа Центавра, где, как предполагается, существует экзопланета, похожая на Землю.

Совпадение событий в День космонавтики символично, поскольку они характеризуют тенденции и проблемы мировой и российской космонавтики. Кстати, миллиардер Мильнер, который родился в 1961 году, в год полета Гагарина, получил имя в честь первого космонавта планеты.

Роскосмос объявил, что сумел отбить у французского правосудия свои деньги, но сомнения остаются. Слишком уж быстро, всего через день после информации об аресте активов, пришло известие о судебной победе. Что касается проекта Мильнера-Хокинга, то и здесь не исключен медиа-эффект. Стоит напомнить, что совсем недавно Мильнер и Хокинг удивили мир не менее масштабным проектом по поиску инопланетян во Вселенной. В обоих случаях ученые скептики выражают сомнение в реализуемости замысла при современном уровне технологий. Но при любом раскладе новости космонавтики отражают состояние умов и общественные ожидания от научного прогресса.

Каким образом деньги нашей космической отрасли оказались во Франции? Россия оказывает немало коммерческих услуг. Наши ракеты класса «Союз» стартуют с космодрома Куру в Гвиане (французский департамент в северо-восточной части Южной Америки), который совместно эксплуатируется Европейским космическим агентством и французским Национальным центром космических исследований.

С 2011 года запущено уже 13 «Союзов», следующий запуск - 22 апреля. С помощью России идет формирование европейской навигационной системы «Галилео», которая, к слову, может составить конкуренцию российскому ГЛОНАСС. Иностранные спутники регулярно стартуют с космодрома Байконур. Последний старт «Протона» – в январе 2016 года, когда на геосинхронную орбиту был выведен телевизионный спутник крупнейшей французской компании Eutelsat.

Кроме того, российское государственное предприятие «Космическая связь» оказывает Eutelsat услуги по мониторингу и управлению французскими аппаратами из Центра космической связи в Дубне. В 2012 году Eutelsat заключил контракт на 15-летнюю аренду спутниковой емкости на двух аппаратах «Космической связи». Контракт оценивается в 300 миллионов долларов. Надо сказать, что, в отличие от стартовых услуг, управление иностранными аппаратами и сдача в аренду спутниковых мощностей – новое для России коммерческое направление.

Мы много и победоносно говорим о незаменимости российских ракет-носителей и о нашем ведущем месте по части космических услуг. Это, мягко говоря, преувеличение. Общий объем мирового рынка коммерческих услуг в космонавтике составляет 200 миллиардов долларов. Доля России в нем – всего 0,6%. Если учесть, что российская экономика составляет 2% мировой, то получается, что в космонавтике мы просели даже ниже, чем в других областях. И это связано, в первую очередь, с тем, что космонавтика – это передовой рубеж науки, это высокие технологии, это инновации и стратегия развития. Набор ценностей, на которые мы махнули рукой.

Рынок пусковых услуг – 7 миллиардов долларов, незначительная часть общего рынка. И только в этом секторе Россия занимает заметное место, даже обгоняя США, но в два раза уступая Европе. Цена запуска «Союза» – 40 миллионов долларов, «Протона» – 80 миллионов. Можно прикинуть, что в Париже был арестован годовой доход российской космической отрасли от коммерческой деятельности. Однако нештатная ситуация долго не разглашалась.

Спокойствие руководителей Роскосмоса и, как выяснилось по ответам пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова, неосведомленность Кремля о судебной тяжбе, объясняется просто. В бюджете нашей космической отрасли коммерческие доходы не занимают заметного места. В этом одна из главных причин затянувшегося кризиса российской космонавтики. В развитых странах, особенно в США, именно частные инвестиции способствуют бурному развитию космонавтики. В России, на родине Юрия Гагарина, ни один олигарх не проявляет интереса к космонавтике. Даже в космические туристы ни один не пошел. Практичные люди не нуждаются в полете. Слишком прочно они привязаны к земле.

Сегодня в мировой космонавтике самый доходный сектор – спутниковые услуги (125 миллиардов долларов), наземная инфраструктура (58 миллиардов) и производство аппаратов (12 миллиардов). Но из-за хронической слабости электроники Россия в этих секторах практически не представлена. В многочисленных вариантах программы развития российской космонавтики нет и проблеска надежды на то, что отставание будет преодолено. Но самое печальное – нет намека на смелые амбициозные проекты, вроде «Прорыва к звездам», которые способны привлечь таланты и деньги в стареющую и буксующую отрасль. Кажется, мы согласились на то, чтобы, как на старых табуретках, вечно сидеть на безотказных «Союзах» и «Протонах»…

Кстати, идею светового паруса, заложенную в основу проекта Мильнера-Хокинга, высказал ученик Циолковского - русский ученый Фридрих Цандер. Размер космического корабля будет уменьшен до размера электронного чипа. Флотилию составят тысяча мини-аппаратов, каждый с собственным парусом, необходимым для движения под напором солнечного ветра. Корабли получат первое ускорение с Земли с помощью мощного лазера и разгонятся до 20% от скорости света. Наноспутники смогут развить скорость до 160 млн км/ч и достигнут Альфы Центавра не через 30 тысяч лет, как при обычных космических полетах, а всего через 20 лет.

Фантастика? Скептики качают головой - чересчур смело. Но важнее другое. Юрий Мильнер, получивший имя в честь Юрия Гагарина, уехал в другую страну, чтобы зарабатывать деньги и тратить их на космонавтику. «Прорыв к звездам» может сорваться, но он станет толчком и допингом для других, более успешных проектов.

В России в День космонавтики Роскосмос презентовал новую праздничную версию популярной песни «Трава у дома». Когда полетов нет, остаются песни. Земля в иллюминаторе видна. Больше ничего не разглядеть.

Сергей Лесков