Еще один совет и опять любовь

Обилие совещательных органов говорит лишь о том, что правительство не видит пути, который выведет страну из кризиса.


Консерватизм и страх перед развитием — главные препятствия для стратегического планирования. © Фото с сайта kremlin.ru

В России появилась новая структура — Совет по стратегическому развитию и приоритетным проектам. Решение о его создании было принято недавно — во время Петербургского международного экономического форума. Страна замерла в трепетном ожидании: ведь ясно, что чем больше консультативных советов и аналитических центров при правительстве, тем быстрее мы движемся к светлому будущему.

И вот состоялось первое заседание стратегического совета. В совете премьер, потом семь вице-премьеров, министры экономического блока, спикеры парламента, советники президента, и, конечно, Алексей Кудрин, который возглавляет еще один совет — экономический. То есть, по существу, это правительство, названное новым словом. Непонятно, зачем тем же составом собрались под новой крышей. Вроде культпохода в театр или вылазки на природу дружным коллективом. Скептик заподозрит, что обилие совещательных органов, которые должны нащупать выход из кризиса, говорит лишь о том, что правительство не видит пути, который выведет страну из кризиса. В одном месте позаседали — не получилось. Решили пересесть и позаседать в том же составе — вдруг получится.

На первом заседании рассматривались три вопроса — здравоохранение, образование, жилье и ЖКХ. Важные сферы, но почему именно они? Конечно, эти сферы вызывают наибольшие нарекания у граждан. Недовольство общее и единодушное. По данным социологических опросов, более 70% российских граждан остро чувствуют кризис и не верят заверениям министров, что свет в конце тоннеля уже забрезжил. А ведь на носу выборы в парламент.

В сложной ситуации вспоминаются приоритетные национальные проекты, которые в начале 2000-х годов курировал премьер Медведев. Проектов было четыре: здравоохранение, образование, жилье, сельское хозяйство. Тогда по всем направлениям удалось добиться прогресса. Это едва ли не единственное светлое пятно госуправления на нашей памяти. Все чаще, испытывая дефицит в новых идеях, мы пытаемся реанимировать прежний удачный опыт. Отсюда консерватизм и страх перед развитием — главное, на мой взгляд, препятствие для выхода из кризиса.

Новый совет погружается в сладкую ностальгию, которая повторяет старую повестку дня. Хорошо еще, что не в советское прошлое нырнули. Но можно ли влить молодое вино в старые меха?

На первом заседании выступили министры Вероника Скворцова, Дмитрий Ливанов и Михаил Мень. Как сказано в официальном отчете, они рассказали, что надо делать в их сферах, чтобы жизнь россиян стала качественно лучше. Это фельетон? Пока добрые министры делают так, чтобы жизнь россиян стала хуже, но они, оказывается, знают, что надо сделать, чтобы добиться хорошего результата. Как же министрам приходится переламывать себя…

Все чаще замечаю, что отчеты наших чиновников на различных заседаниях категорически расходятся с тем, что знают про их отрасль рядовые граждане. Создается впечатление, что верхи видят одну жизнь, а низы — другую. И это евклидовы плоскости никогда и нигде не пересекаются. Приходит на память рассказ Виктора Пелевина «П5: прощальные песни политических пигмеев Пиндостана». В рассказе, написанном в недавние еще тучные года, когда цена на нефть перевалила за 100 долларов, в секретных лабораториях был выведен закон о том, что большие деньги притягивают еще большие деньги. Обладатель несметных капиталов называется «баблонавтом», и он уходит в некое пространство Фридмана, погружается в «черную дыру», откуда ни он не видит стороннего наблюдателя, ни сторонний наблюдатель не может различить его действия. Грустное пророчество…

Состояние образования и здравоохранения вызывает у граждан тихий ужас. Но министры бравурно докладывают о победном продвижении реформы в своих отраслях.

Образование и здравоохранение пересекаются в медицинских вузах. В 2016 году с 1 сентября фактически упразднена бюджетная, то есть бесплатная ординатура. Интернатура вовсе закрыта, то есть врачи учатся на год меньше. Сериал «Интерны» — теперь историческая драма, скоро станет непонятно, о чем там речь.

Считанные места в бюджетной ординатуре остались только для «целевиков» из национальных республик, которые, надо смотреть правде в глаза, часто учатся через пень колоду. То есть государство оставляет за собой только подготовку врачей общего профиля — рядовых терапевтов и зубных врачей. Если врач хочет получить высокую квалификацию, а без этого современная медицина невозможна, надо вывернуть свой карман. Несусветные для молодого человека затраты. В Первом меде — 350-400 тысяч за один год, а всего их два или три. Во Втором и Третьем медах чуть скромнее — 200- 250 тысяч.

Не надо быть пророком, чтобы предвидеть, что качество подготовки врачей ухудшится, зато стоимость медицинских услуг очень скоро еще более возрастет. Спасибо государству. Но министр образования на совете говорил о международных рейтингах, а министр здравоохранения — о том, что младенческую смертность планируется снизить на 10%. Замечательная задача, если учесть, что в России умирает 10 младенцев на 1000 родившихся, а, скажем, в Исландии, Люксембурге, Гонконге, — всего два. Если сложная задача будет выполнена, то Россия оставит за спиной государство Антигуа и Барбуда, а также Шри-Ланку и Гренаду.

России жизненно необходима стратегия развития. Не надо выдумывать велосипед. Многие страны выходили из кризиса — в том числе СССР в 1920-х годах. И всегда рецепт сводился к тому, чтобы открыть дорогу динамичному малому и среднему бизнесу, который в России придавлен монополиями и контрольными органами.

Доля малого и среднего бизнеса в России смехотворно мала — 20%. При Сталине было больше. В США доля малого и среднего бизнеса в ВВП 55%, в Евросоюзе — 70%, в Китае и в Японии — 80%. Мы сетуем на критическое отставание в высоких технологиях, но по мировому опыту они развиваются, прежде всего, в венчурных инновационных компаниях, которые относятся к малому и среднему бизнесу. Мы сделали ставку на «Сколково», но это тупиковый путь, поскольку инновации процветают не под сенью монополий, а в конкурентной среде.

Президент в этом году сказал, что поставлена задача к 2020 году поднять долю малого и среднего бизнеса в ВВП России до 50%, то есть как в США. Но пока продолжается преследование предпринимателей силовиками всех мастей. В начале 2016 года президент, выступая перед Федеральным Собранием, приводил леденящие душу цифры о том, что каждый год заводятся сотни тысяч дел против бизнеса, которые в 80% случаев рассыпаются, но бизнес оказывается «отжатым». С тех пор ситуация только ухудшилась, следственные изоляторы переполнены. Адвокаты стоят в длинных очередях, чтобы поговорить с подопечными, и уже родилась идея поставить в тюремных дворах вагончики.

Наверное, Кафка поторопился с выбором эпохи. Несмотря на заседания всех советов и доклады аналитических центров, несмотря на толкования умных министров, единственная отрасль, которая идет в рост — это сельское хозяйство с двумя процентами прибавки. Но сельское хозяйство вкладывает в ВВП только 4-5 процентов. И это единственная отрасль, где предложены реальные механизмы поддержки предпринимателя.

Может быть, наша жизнь наладится, если все уполномоченные уйдут на пенсию, а советы перестанут советовать…

Сергей Лесков

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему Издательство «Эксмо» не подтвердило сообщения о смерти Пелевина

Медведев назначил Козака главным по развитию регионов

Путин: Нельзя рассматривать стратегические проекты как заявку на освоение бюджетных средств