Застой не будет построен

Попытка сочинять официальные прогнозы до 2035 года выдает неадекватность российской государственной машины.


Фото ИА «Росбалт» © Власти окончательно потеряли контроль над экономикой.

В последнее время МЭР довольно редко привлекает к себе любопытство публики, но несколько дней назад ему это удалось. Невольно, конечно.

Будучи ведомством законопослушным, Минэкономразвития сочинило так называемый долгосрочный прогноз социально-экономического развития до 2035 года. Может быть, там даже и не хотят публично фантазировать, но этого требует федеральный закон о стратегическом планировании, принятый летом 2014-го и предписывающий, помимо прочего, составлять «на вариативной основе» прогнозы «на двенадцать и более лет» (ст. 24).

Делать нечего, МЭРовские чиновники составили предписанную законом бумагу и вызвали на свою голову поток обличений, разрабатывающих сюжет о «двадцати годах стагнации», которые злой МЭР якобы навязывает многострадальной России.

Хотя, во-первых, МЭР никому ничего не навязывает. Его продукция — и раньше, и сейчас — лишь шумовое сопровождение реальной политики. Во-вторых, «вариативная основа» там честно соблюдена и выражается в трех сценариях, из которых застойными являются только два: «базовый» (со средним ростом экономики 1,8% в течение 20 лет) и «базовый плюс» (2%). А третий сценарий, под названием «целевой» (вероятно, в смысле — хороший, правильный и соответствующий высочайшим пожеланиям), обещает рост со средним темпом 3,6%, то есть даже выше ожидаемого общемирового.

Да, «целевой» сценарий не подкреплен никакими конкретными соображениями и в этом смысле уступает двум другим, из которых в первый заложена гипотеза, что нефть (в реальном исчислении) дорожать не будет, а во второй — что будет, но не так уж сильно. Конкретность и некоторое правдоподобие этих предположений создает иллюзию серьезности сценариев № 1 и № 2, которая на самом деле в них и не ночевала.

Что такое план или хотя бы прогноз на 10-15-20 лет вперед? Это то, что наше начальство считает и всегда считало необходимой принадлежностью своего обихода.

Путинская эпоха — это, помимо прочего, и эпоха «удвоения ВВП за десять лет», «стратегии-2020» и множества других, давно забытых бумаг и лозунгов. А при Хрущеве за двадцать лет строили коммунизм. А при Брежневе была Продовольственная программа.

Сходство всех этих проектов не только в том, что их не выполнили. Самым занятным, по-моему, было то, что соответствующие правители, вопреки очевидности, искренне в них верили. По крайней мере, на первых порах. Почему — вопрос к специалистам по психологии нашей власти.

Нынешний «вариативный прогноз» отличается от своих предшественников тем, что в него уже никто не верит. Ни чиновные составители, ни сановные читатели. На сей раз это просто ритуал. К его сегодняшнему смыслу давайте вернемся чуть позже. Сначала о том, может ли режим вообще знать свое отдаленное экономическое будущее.

На первый взгляд, не может. Кто в 1996-м предсказывал хозяйственные и общественные реалии 2016-го? Или в 1976-м — реалии 1996-го? Или в 1956-м, накануне рывка к коммунизму, — скуку и стагнацию 1976-го?

Но в других краях бывает и совсем иначе. Скажем, в Китае со времен Дэн Сяопина действует разбитый на этапы столетний план превращения в суперразвитую державу. Частью которого является «всестороннее построение общества сяокан» к 2020 году, провозглашенное в начале века тогдашним первым лицом Цзян Цзэминем. Сяокан — одна из главнейших китайских скреп. Уходящее в глубокую древность понятие, которое приблизительно обозначает «малое благоденствие» или «среднюю зажиточность».

Китаем давно уже правят другие люди, но лозунг всестороннего построения сяокана вовсе не снят с повестки, он остается в официальном обиходе, и в 2020-м, видимо, в самом деле будет провозглашено, что «всестороннее малое благоденствие» успешно достигнуто. Впереди большое.

Неудачи стратегического планирования в нашей державе объясняются, помимо прочего, и тем, что у нас нет уходящей в глубокую древность системы общественных координат, нет тех подлинных, испытанных тысячелетиями скреп, которые невозможно заменить никакими наспех придуманными новоделами.

Но это не все. Не имея китайского духовного багажа, путинская Россия за последние несколько лет отказалась и от западных понятий о возможности и необходимости экономического и социального прогресса, которые были усвоены в XVIII веке, пережили советскую власть, а затем и ее падение, и выглядели действующей стратегией еще в прошлом десятилетии.

Сегодня никакой стратегии нет и в помине. Значит, не может быть и цельной картины будущего, хотя бы и стагнационного. Застой — это тоже стратегия. Япония стагнирует уже четверть века, демонстрируя непреходящую верность своим устоям, в том числе и таким, которые не дают ей развиваться. Такой стагнации у нас быть не может.

Какие двадцать лет? Управление нашей страной — цепь изобретаемых каждые несколько недель импровизаций, которые только из вежливости можно назвать тактикой.

Кто мог подумать месяц назад, что военные расходы текущего года будут одним махом увеличены на четверть против плана? Правда, продвигаемый сейчас через Госдуму закон о бюджетном плане на 2017-й — 2019-й годы провозглашает последующее их сокращение, и даже очень заметное. Но кто сказал, что этот закон и этот план будут выполняться? Законом нашей жизни является как раз невыполнение всего, что было обещано, узаконено и провозглашено. С уверенностью можно предвидеть только одно — что непредвиденные вещи будут продолжаться и впредь.

Даже если все эти предстоящие импровизации не сокрушат нынешних экономических и социальных основ, следует помнить, что сами эти основы вовсе не рассчитаны на десятилетия. Их срок сохранности гораздо короче. Военно-промышленный комплекс и окологосударственный олигархат, теряющая равновесие пенсионная система и «оптимизируемая» госмедицина, паразитическая чиновничья вертикаль и кормящийся вокруг нее псевдобизнес — все это способно просуществовать в сегодняшнем застойном состоянии еще года три, а дальше либо будет круто изменено, либо обвалится само.

Случайно ли, что властная машина в своих передовых, так сказать, звеньях фонтанирует никому не нужными планами, а распил заканчивающихся денег прикрывает, под смех публики, нудным повторением прогрессивных слов, давно и безнадежно потерявших смысл?

«Актуальный словарь инноватора, претендующего на доступ к федеральному финансированию в сезон 2016 (по степени частоты употребления в 10 презентациях победителей):

 — инвестиции
 — инновации
 — синергетический эффект
 — кластер
 — потенциал
 — мировой уровень
 — комплекс
 — центр
 — технологический
 — индустриальный
 — шаги
 — стратегия
 — масштаб
 — проект
 — интегрированный
 — компетенции
 — инфраструктурный
 — показатели.

Употреблять можно в любом сочетании.

Идеальное название презентации — „Стратегия развития инновационного территориального кластера мирового уровня“».

Вот все, на что они сейчас способны. Шурша своими «стратегическими прогнозами», система не может посмотреть вперед и не хочет оглянуться вокруг. План построения застоя за 20 лет выполнен не будет.

Сергей Шелин


Ранее на тему Банк России надеется на рост ВВП в 2017 году, но темпы будут невысокими

Moodyʼs: Дефицит бюджета РФ может резко возрасти из-за «Роснефти»

СМИ: Действия ЦБ закладывают под рублем мину замедленного действия