Иранская карта в сирийской игре

Что искал израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху в Москве — и что смог найти.


Чрезмерного усиления Тегерана не хочет никто, включая Москву, Анкару и даже Дамаск. © Фото с сайта kremlin.ru

Вопреки обыкновению, в Израиле так и не появились «сливы» о подлинной цели вояжа премьер-министра Биньямина Нетаньяху в Москву, где он провел переговоры с президентом России Владимиром Путиным. Верный признак того, что-либо говорили о вещах высшей степени конфиденциальности, либо не договорились ни до чего.

В последние полтора года Нетаньяху посещает Москву чаще, чем любую другую столицу мира. С начала российской военной операции в Сирии он наезжает сюда уже пятый раз. Официальными источниками в Израиле это трактуется как свидетельство особого доверия между лидерами, а скептиками — как наличие таких сложностей во взаимоотношениях, что их разрешение требует личного общения глав государств, и необходимость для этих контактов первых лиц с глазу на глаз возникает то и дело.

Вмешательство России в сирийский конфликт израильтян, мягко говоря, не порадовало. Однако реакция Нетаньяху на эту неприятность была мгновенной и единственно верной: если беду нельзя предотвратить — надо к ней приспособиться. Он тут же отправился к Путину, взяв с собой первых лиц из военной верхушки, включая начальника Генштаба и главу военной разведки АМАН, и они договорились о взаимодействии.

Как потом объяснял израильский премьер, он сказал российскому президенту: нас волнует то-то и то-то, наши действия могут быть такими и такими, давайте решать, как не мешать друг другу. С самого начала были определены «красные линии» для Израиля, которые до сих пор остаются в силе. Речь идет о предотвращении переноса боевых действий на израильскую территорию, передачи современного оружия (прежде всего высокоточных ракет) из Сирии «Хизбалле», а также концентрации ее подразделений и иранских войск на сирийской части Голанских высот.

Власти двух стран создали координационную группу с горячей линией на уровне заместителей начальников генштабов. Даже совместные учения провели для отработки взаимодействия.

С тех пор видимых обострений не происходило, хотя случаи нарушения российскими военными самолетами израильского воздушного пространства были, и общая ситуация, с точки зрения израильтян, осложнилась. Появление в Сирии российских ЗРК С-300, по идее, сделало для них открытым, как на ладони, почти все израильское небо, да и землю, включая базы ВВС.

Но и это не привело к открытым разногласиям. ЗРК вели боевое дежурство. ВКС России увеличивали интенсивность бомбежек. Время от времени неизвестные ВВС, по сообщениям сирийских источников, израильские, а по выражению министра обороны Израиля Авигдора Либермана, предположительно, Лихтенштейна или Монако, совершали налеты на транспорт, перевозивший ракеты в Ливан, и сирийские военные базы, где они складировались перед отправкой. Иерусалим не признавался, что это его рук дело, а из Москвы не звучало ни слова осуждения или угроз, как будто бы это и не ее дело.

Можно было предположить, что не все так гладко, как выглядит, иначе зачем Нетаньяху то и дело опять летать в Москву, если и без того тишь да благодать? Но наружу не просачивалось ни намека на какие-то разногласия, что для израильской политической практики довольно необычно: ни один министр и даже отставной генерал, у которых всегда есть в запасе пара-другая прогнозов, предостережений или осуждений, не раскрыл рта на публике. Никаких открытых опасений не вызвало появление — теперь уже понятно — постоянных военных баз России в Сирии. А на уровне комментаторов звучит как само собой разумеющееся, что русские здесь навсегда, — это данность.

Теперь ситуация явно накануне нового коренного перелома. «Исламское государство» (террористическая группировка, запрещенная на территории РФ, — «Росбалт») скукожилось, теряет силу, влияние и особенно — территорию. В Сирии в манящем далеке видны проблески мирного урегулирования. Не мира — его здесь не будет, как и самой прежней Сирии, — но более-менее стабильного прекращения огня. Россия, Иран и Турция договариваются, какими она и оно будут.

Как бы скептически ни относились наблюдатели к переговорному процессу, начавшемуся в Астане, есть в нем один существенный момент, крайне настораживающий израильтян. Впервые за 70 с лишним лет переговоры о выходе из острейшего международного вооруженного конфликта и дальнейшей судьбы региона ведутся без участия США — спасибо мудрой политике Обамы.

Израилю не к кому апеллировать. Иран — злейший враг. С Турцией Эрдогана отношения, хотя и выведены из недавней явной конфронтации, лишены всякого доверия. Россия остается единственной стороной, с которой можно разговаривать, но разница интересов и целей велика.

Сирия никогда не была мощной державой и тем более дружественной Израилю — формальное состояние войны с ней существует с момента образования еврейского государства. Ее сила и влияние заключались прежде всего в географическом положении. Эта ситуация сохраняется и даже усугубляется.

Израиль беспокоит сегодня то, что уже фактически сложилась (и с разгромом ИГ усилится) шиитская ось Иран — Ирак — Сирия — Ливан (где «Хизбалла», являющая фактически иранской марионеткой, представляет собой главную военную и политическую силу). И лишь только тем или иным способом утихнет гражданская война в Сирии, Иран с «Хизбаллой» высвободят силы и средства для агрессии против Израиля.

«Победа над террористами ИГ не должна привести к всплеску террора Ирана и его марионеток. Нельзя менять один террор на другой», — сказал Нетаньяху накануне визита в Москву.

Израильские комментаторы считали, что у премьера есть основания быть услышанным. Чрезмерного усиления Ирана не хотят не только в суннитских арабских странах. Это невыгодно и непосредственным участникам конфликта: России и Турции. И даже Асад вряд ли стремится попасть под жесткий контроль аятолл. Свою первоочередную задачу Россия и Иран выполнили — режим Асада спасли, а дальше табачок может быть врозь.

Однако из Москвы во время визита израильского премьера и после него не прозвучало ни слова про Иран, да и сам Нетаньяху после встречи с Путиным не стал поминать имя главного врага. Зато повторил, что Израиль не является стороной сирийского конфликта и его устраивает любой вариант сирийского урегулирования, позволяющий оставаться вне игры.

Впрочем, это и есть главный вопрос, и не все в израильском руководстве согласны с таким деланым равнодушием. Министр обороны Либерман, который как раз во время визита Нетаньяху в Москву встречался в Вашингтоне с ключевыми фигурами новой американской администрации, считает, что если Асад останется у власти в Сирии, создание Ираном и его марионетками (читай — «Хизбаллой») террористического фронта на Голанах неизбежно.

При этом Либерман подчеркивает, что выражает свое собственное мнение. Но нет сомнений, что он его высказывал в Штатах на встречах со своим американским коллегой, советником Трампа по национальной безопасности и вице-президентом, поскольку ситуацию в Сирии они точно обсуждали. В Израиле надеются, что США при Трампе не останутся в стороне от сирийского урегулирования, и интересы своего союзника на Ближнем Востоке учтут.

Так что разговоры о Сирии и Иране в Москве Москвой не кончатся. У Нетаньяху, незадолго до встречи с Путиным побывавшего у Трампа, безусловно, была возможность намекнуть российскому президенту, что новый американский президент настроен по отношению к Ирану менее миролюбиво, чем его предшественник. Путину, собирающему козыри для своей партии с Трампом, эта информация может пригодиться.

Владимир Бейдер, Иерусалим

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему Нетаньяху: Сотрудничество России и Ирана вызывает у Израиля беспокойство

СМИ сообщили о попытке создать неофициальный канал между Трампом и Путиным

Лавров заявил о возможности возобновить сотрудничество РФ и США по Сирии