Зачем России «Аккую»?

Все финансовые риски по проекту строительства АЭС в Турции, не самой стабильной стране в мире, будет нести бюджет РФ.


"Росатом" готовит "дар" "дружественной" стране. © Фото с сайта rosatom.ru

Многих россиян на днях если не потрясла, то сильно удивила новость о том, что Москва все-таки будет строить АЭС «Аккую» в Турции. Впрочем, удивила не потому, что на турецком берегу, а потому что эта затея обойдется стране в $22 млрд. Такой общий объем российских инвестиций в проект строительства первой турецкой АЭС вновь подтвердил президент России Владимир Путин после встречи с главой Турции Реджепом Эрдоганом. Напомню: еще в 2012 году во время визита в Турцию президент заявлял: «Мы целиком будем финансировать этот проект». По его словам, не менее 25% от этой суммы пойдет на создание рабочих мест в Турции.

И вот спустя семь лет после того, как Москва и Анкара подписали «Соглашение между правительством Российской Федерации и правительством Турецкой Республики о сотрудничестве в сфере строительства и эксплуатации атомной электростанции на площадке „Аккую“ в Турецкой Республике», лед тронулся. Согласно соглашению, в декабре 2010 г. российская сторона учредила в Турции проектную компанию АО «Аккую Нуклеар» (Akkuyu Nükleer Anonim Şirketi). Сейчас структуры «Росатома» владеют почти 100% в капитале АО. В дальнейшем может быть принято решение о продаже инвесторам до 49% акций, но не менее 51% должно остаться у российской стороны.

Сразу же после заключения этого соглашения неангажированные российскими атомщиками специалисты буквально разнесли его в пух и прах. Особый интерес представляет обширный доклад Института проблем энергетики, подготовленный группой экспертов под руководством Булата Нигматуллина, бывшего заместителя министра по атомной энергии РФ. В документе уже тогда указывалось, что «Соглашение по АЭС „Аккую“ выполняется без финансовых обязательств Турецкой Республики». И также отмечалась «высокая вероятность того, что все затраты на строительство АЭС ($20 млрд в ценах 2012 г.) оплатит российский бюджет. (Сегодня эта цена увеличилась еще на $2 млрд 400 тыс. — А.Я.) При этом свыше половины финансирования ($10 млрд) получат турецкие компании, привлекаемые в качестве контрагентов по контракту с проектной компанией». 

В докладе указано на отсутствие у турецкой стороны обязательств по сооружению ЛЭП и подстанций для отбора мощностей, и в нем нет данных по гарантированному электросбыту. (АЭС запускается вблизи курортной зоны Анталия, а не в промышленном районе). В нем не обозначены крупные потребители электроэнергии с базовым графиком нагрузки. Поставки топлива на АЭС, включая стоимость доставки, физической защиты и т. д., полностью оплачиваются российской проектной компанией, но, поскольку она не располагает собственными средствами, придется задействовать бюджет РФ. 

В документе экспертов обращается внимание, что «в принятой схеме возврата средств цена на электроэнергию (0,1235 долл. за кВт⋅ч) зафиксирована минимум на 25 лет. При этом не учитывается инфляция, рост цен, изменения курсов валют, другие финансовые изменения и потрясения». (Справедливости ради надо отметить, что это на 44% выше существовавших на 2010 год цен.)

Еще одна интересная подробность: российская проектная компания предоставляет турецкой энергетической («Теташ») сведения о помесячном количестве электроэнергии, вырабатываемой всеми блоками АЭС, за все время действия соглашения. В случае меньшего объема производства (по сравнению с предусмотренным соглашением) россияне должны докупать электроэнергию на открытом рынке и продавать ее «Теташ». Ну, а если проектная компания обанкротится, то российская сторона назначает преемника, который должен обладать всеми необходимыми компетенциями и финансовыми возможностями. Да, и здесь — за счет российского бюджета. 

По окончании действия соглашения проектная компания обязуется перечислять турецкой стороне 20% чистой прибыли в течение всего срока эксплуатации АЭС. За вывод станции из эксплуатации и переработку отходов ответственность несет тоже Россия. В том числе, и финансовую, разумеется. Хотя объем работ по выводу АЭС из эксплуатации в соглашении не прописан. А цена создания «зеленой лужайки» на месте АЭС соизмерима со стоимостью строительства самой станции. Затраты лягут опять-таки на российскую сторону.

В разделе экспертного доклада о безопасности указано, что особенности соглашения делают «Аккую» уникальной: станция пребывает под юрисдикцией турецкой стороны, а сама АЭС является российской. То есть «все обязательства по страхованию рисков эксплуатации АЭС берет на себя проектная компания, являющаяся также и эксплуатирующей организацией. В соответствии с международными конвенциями ответственность за ядерный ущерб возложена исключительно на эксплуатирующую организацию. Однако проектная компания не может покрыть этот ущерб, поэтому покрывать его придется также за счет российского бюджета». В нарушение международного права физическая защита АЭС тоже включена в зону ответственности России. Хотя нести ее должна Турция. Впрочем, возведение АЭС (любой страной) в Турции, объятой гражданскими волнениями, с террористическими актами, вовлеченной в сирийский конфликт, это уже само по себе громадный риск.

За что же несет ответственность турецкая сторона? Как утверждается в докладе Булата Нигматуллина, «только за выделение земли под АЭС, и гарантирует доступ к такой земле подрядчиков, агентов, поставщиков, действующих от имени и с согласия проектной компании».

Как отмечается в экспертном докладе, беспроцентное кредитование проектной компании деньгами российского бюджета до сих пор не встречалось в практике международных инвестиционных контрактов. (При этом сама Россия заимствует финансовые ресурсы на внешнем рынке под 6,8-6,9% годовых.) Обычно для таких долговременных инвестиций кредит выдается как минимум под 5% годовых. Как подсчитали эксперты, при стоимости продажи электроэнергии в 12,35 цента за кВт⋅час АЭС «Аккую» окупится только через 33 года (атомщики обещают правительству и президенту 17 лет). Соответственно, возвратные средства должны составить не $22 млрд, а больше $49 млрд. Но, видимо, России такие «мелочи» не важны и не нужны.

Исключительной особенностью российско-турецкой сделки по АЭС «Аккую» является ноу-хау «Росатома», который впервые в мировой практике предложил схему строительства «строй-владей-эксплуатируй» — с фиксированной стоимостью продажи электроэнергии в долларах, установленной на 25 лет вперед. А это — огромные риски финансовых потерь. (Инфляция доллара на мировом рынке за последнее десятилетие доходила до 7-10% в год.) Иностранные энергокомпании богатейших стран мира такой роскоши себе не позволяют. А Россия, чей объем экономики равен одному американскому штату Калифорния, вполне, оказывается, может.

В общем, очевидно, что, начав эту стройку, Москва становится заложником уже вложенных средств — независимо от возможного участия в ней каких-то инвесторов со стороны. И все финансовые риски будут возложены на тришкин кафтан российского бюджета. По мнению экспертов, за счет российских налогоплательщиков будут финансироваться (и уже финансируются) сама проектная организация, обучение будущих турецких операторов АЭС, в дальнейшем — турецкие подрядчики, совместные предприятия и т. д. Кроме того, если случится некий форс-мажор, Россия будет вынуждена компенсировать Анкаре весь ущерб. Прямо или косвенно. Например, скидками на российские газ и нефть.

Впрочем, в Турции тоже не все аплодируют этой выгодной для Анкары сделке. Например, либеральное турецкое издание Radikal призывает и вовсе отказаться от нее, умудрившись «доказать», что именно Москва финансово выиграет от этого проекта. Второй аргумент: «решение построить станцию, — пишет страницах Radikal вице-президент Европейской ассоциации политических консультантов Неджати Оскан, — мы приняли, исходя из идеи о диверсификации источников энергии… Но и этот проект мы доверили России, от которой мы невероятно зависимы в энергетике и взяли за основу модель „строй-владей-эксплуатируй“. Иными словами, ни о каких национальных инвестициях, ни об избавлении от зависимости речи не идет. В области природного газа мы и так зависим от России почти на 60%. (…) Что касается нефти, доля России в нашей экономике достигла 16%». К слову, сегодня Турция на 75% зависит от энергоресурсов извне.

В тексте из турецкой газеты всплывают интересные подробности. Как пишет Нежати Оскан, «рамочное соглашение об „Аккую“, прошедшее через парламент, включает всего девять страниц. В нем не описываются детали, которые необходимо учитывать в деле такого масштаба. (…) Соглашение об АЭС в Синопе, которая практически идентична „Аккую“ и будет построена японско-французским консорциумом, содержит 157 страниц. В этом документе описывается каждая деталь. Кроме того, АЭС в Синопе будет управлять компания, созданная совместно с Турцией». Как отмечает Radikal, единственный позитивный момент в соглашении по проекту «Аккую» заключается в том, что в случае его аннулирования турецкая сторона не должна выплачивать компенсации. То есть все уже вложенные кровные россиян просто сгинут. (Здесь уместно вспомнить, что в конце марта 2012 г. правительство Болгарии объявило о прекращении проекта АЭС «Белене», которую должен был возвести российский «Атомстройэкспорт». Цена вложенных инвестиций составила миллиард евро. И только осенью 2016 г. суд обязал болгар вернуть 600 млн, и только потому, что это было прописано в контракте.)

Недоумение россиян, вызванное новыми заявлениями российского официоза, подтвердившего на днях продолжение турецкого «банкета» за их счет ценой в $22 млрд, вполне объяснимо. Как написал один из пользователей Интернета, «вот уж поистине дар „дружественной“ стране. Как будто Турция не состоит в НАТО, не поддерживает сепаратистов на Кавказе и террористов в Сирии». От себя добавлю: как будто в России, переживающей жесточайший экономический кризис, больше некуда деть эти триллионы рублей.

Алла Ярошинская


Ранее на тему Встретившийся с Трампом Эрдоган назвал контакты с курдами нарушением международного права