Бездна перед президентом из Нижнего

Смертельно устав от борьбы кланов, ученые выбрали главой РАН кандидата, который менее всего опутан навязанными обязательствами и мутными интригами.


Сырьевая модель экономики не нуждается в передовой науке и готова кормиться экспортом чужих достижений. © Фото с сайта kremlin.ru

В Российской академии наук завершились выборы президента. С подавляющим перевесом победил академик Александр Сергеев из Нижнего Новгорода. Никоим образом не бросая тень на этого ученого, надо признать, что его имя ничего не говорит даже образованной публике. Поскольку академиком Сергеев стал лишь в 2015 году и крупными научными достижениями не отмечен, то до начала предвыборной кампании значительная часть коллег по РАН тоже пребывала в неведении о его достоинствах.

Тем интереснее причины, которые привели Александра Сергеева на самый высокий пост в цитадели российской науки. И еще более важно понять, сможет ли новый президент РАН вывести корабль отечественной науки из долины смерти, в которой он оказался по его собственному образному выражению.

Прискорбно, что интерес к российской науке в обществе последнее время просыпается лишь в момент всегда драматических административных новаций, но никогда благодаря собственно научным достижениям, ради которых и существует РАН. Было бы слишком просто обвинять в этом бездушных чиновников или безразличных к познанию бизнесменов. Львиная доля вины за равнодушие общества к научным изысканиям лежит на самих ученых, которые за 30 лет допустили тотальное снижение интегрального научного потенциала нашей науки по большинству стратегических направлений. Общим местом стало казнокрадство власть имущих, но почему тогда ждать гражданской ответственности от администраторов науки? В итоге отставание от тех, кого мы недавно считали конкурентами, превращается в неодолимую пропасть.

Одно из прорывных направлений современной науки — биотехнологии, с которыми старательно борется наша прогрессивная Госдума, запрещая, несмотря на все объяснения ученых, генномодифицированные препараты и продукты. При этом капитализация 25 крупнейших биотехнологических компаний мира в 1,2 раза превосходит капитализацию всех российских предприятий. И ни одной из 25 компаний в 2000 году еще не было в природе. 20 из этих компаний — американские. Схожая картина во всех прорывных направлениях науки — создании искусственного интеллекта, нанотехнологиях, информационных и компьютерных технологиях, медицине и фармацевтике.

Сможет ли Александр Сергеев решить саднящие проблемы и организовать погоню? Пока не видно никаких предвестников того, что российская наука перестанет топтаться на месте. Совсем недавно при избрании президентом РАН Владимира Фортова многие тоже питали надежды. Научный и административный вес Фортова был неизмеримо выше, но подкатила издевательская реформа РАН, которая унизила научное сообщество и обострила проблему утечки умов. По единодушным свидетельствам ФАНО спудом лежит поперек науки и бюрократическим распорядком убивает последние ростки. Однако вовсе не ФАНО виновато в том, что последние выборы в Академию наук превратились в посмешище и президент РФ впервые в истории прилюдно отчитывал президента РАН.

После срыва выборов в марте в новой кампании решили участвовать семеро академиков, но решением правительства к выборам допустили лишь пятерых. Никаких комментариев не было, номенклатурное сито не прошли академики Черешнев и Хохлов. Особенно болезненно в академической среде была воспринята «отбраковка» Алексея Хохлова, который пользуется большой поддержкой. Среди возможных объяснений — испортившиеся отношения с Президиумом РАН, а также реальная возможность победы над академиком Панченко, который считался креатурой могущественного клана Ковальчуков.

Насколько верна эта версия неизвестно, но факт, что значительная часть научного сообщества на подсознательном уровне голосует «против Ковальчуков», вне зависимости от того, насколько дельными являются предложения. Как Михаил Ковальчук, несмотря на несомненные заслуги перед РАН, не может стать академиком, так Владислав Панченко, заподозренный в близости к «злому демону» Академии, не может стать ее президентом.

Не было реальных шансов у академиков Евгения Каблова и Геннадия Красникова просто по той причине, что они представляют отраслевую, а не фундаментальную науку. В традициях Академии, которой разрешили выбирать президента при Временном правительстве, еще не было случая, чтобы во главе поставили чужака. Оставался Роберт Нигматулин, но против него объективно работал возраст — 77 лет, а также предельно консервативные экономические взгляды. Однако именно Нигматулин вышел во второй тур с 276 голосами против 681 у Сергеева.

Окончательное голосование было похоже на игру в одни ворота — 1045 против 412. При этом из всех кандидатов, которые возглавляли влиятельные московские учреждения, лишь Сергеев не был столичным жителем, всю жизнь работал в Нижнем Новгороде. Это лишь второй случай в истории Академии, когда ее президентом становится провинциал, если такой термин применим к науке.

Не претендуя на лавры Нострадамуса, скажу, что я неоднократно публично предсказывал победу Александра Сергеева. Кроме названных причин было еще одно важное соображение. Академия смертельно устала от интриг различных кланов, которые борются за сократившиеся ресурсы. Борьба кланов стреноживает и без того страдающую одышкой Академию, а Сергеев является тем кандидатом, который менее всего опутан навязанными обязательствами и мутными интригами. По этой причине он является компромиссной фигурой в неразрешимой и невидимой войне академических фронтов.

И последний, но весомый козырь. Сергеев был поддержан Отделением физических наук. Из семи президентов Академии после войны четверо были физиками, двое — математиками, один — химиком, то есть почти физиком. По общему убеждению академического сообщества, физика лежит в основе научного мировоззрения, что помогает проникнуть в проблемы прочих дисциплин. Кстати, на этот раз все кандидаты были физиками.

В предвыборной программе Сергеева говорится о необходимости наладить контакт с властью и с бизнесом. Отличная идея! Об этом говорилось и во всех программах. Но рецепта нет. Интересы российского бизнеса продиктованы структурой экономики, а сырьевая модель не нуждается в передовой науке и готова кормиться экспортом чужих достижений. В недавнем списке журнала «Форбс» самых выдающихся бизнес-умов современности, где состоит множество компьютерных гуру, имеется лишь один российский гражданин — Юрий Мильнер, кстати, бывший сотрудник Физического института РАН. Но он уже 10 лет он не работает в России, все венчурные инвестиции делает на Западе. Без частных грантов большой науки в XXI веке быть не может

Что касается власти, то она концентрирует средства на поддержке военных технологий. Поэтому сделаю прогноз. При Александре Сергееве науке и Академии придется еще тяжелее, чем при Владимире Фортове. И, думаю, будет снято вето с приватизации и окончательного выведения из-под Академии ее богатой собственности. Какой-нибудь циничный человек скажет: с драной овцы хоть шерсти клок. Но мы будем мягче: иного способа получить доход от фундаментальной науки власть сегодня не видит. Правда, завтра этой фундаментальной науки просто не будет.

Сергей Лесков

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему Яков Миркин. Унижение и стыд

Эксперт: Академики, защищая самостоятельность РАН, показали власти фронду