Уроки столетней давности

Остается надеяться, что хотя бы для общества эти сто лет не прошли даром, и теперь люди будут не так жестоки. Но сбудутся ли эти надежды — Бог весть.


Шествие коммунистов в Петербурге, посвященное 100-летию революции © Фото Александры Полукеевой, ИА «Росбалт»

Главный итог столетия — как уже подметили многие (включая основного на данный момент кандидата в президенты) — то, что оно прошло практически незамеченным.

С одной из стороны, в этом можно найти много поводов для радости, с другой — слишком уж важную роль сыграли события вековой давности в судьбе как России, так и всех окружающих стран, чтобы полностью проигнорировать их юбилей. Поэтому задним числом напишу несколько слов.

Лично мое отношение к Революции-1917 менялось в 4 этапа:

1) На первом — в детском саду (и, возможно, начальной школе) — я воспринимал ее, согласно учебникам и советским книжкам — как победу добра над злом, «освобождение народа из рабства у алчных помещиков и капиталистов», светлую страницу в истории человечества. Не то, чтобы я тогда очень уж много думал на эту тему, но как-то это было само собой разумеющимся.

2) Впрочем, довольно быстро у меня начался второй этап.

(Помню из-за чего это произошло: как-то, лет в 7 или 8, разговаривая с мамой, я слово за слово выяснил, что революционеры убили не только царя, но и все его семью, включая детей. И это стало для меня поворотной чертой: пусть царь был тираном и злодеем, а революционеры — героями и спасителями, но ведь детей все равно убивать нельзя).

Шаг за шагом я начал критически переоценивать окружающую коммунистическую действительность (благо, и Перестройка в стране началась), читать разнообразные книги, слушать рассказы выезжавших за границу одноклассников и так далее.

В результате чего у меня в голове сформировалась черно-белая картина, в которой «красные» были однозначными гадами и подонками, а «белые» — столь же безусловными воинами света и силами добра. Которые, к сожалению, проиграли, «но мы еще вернемся и развесим красную сволочь на фонарях».

(Отдельного отношения к Временному правительству или кадетам-октябристам-меньшевикам у меня тогда, еще не было, но если бы меня спросили, скорее, я отзывался бы о них позитивно как об «очевидно белых»).

3) Третий этап стал самым долгим по времени. Постепенно — частично под влиянием «Красного колеса» Солженицына, частично по мере чтения эмигрантской литературы, частично вследствие собственных рефлексий — я дошел до негативного отношения ко всему русскому революционному движению конца XIX — начала XX века.

Согласно моей картине мира того времени, «красный террор», диктатура, расстрелы, пытки, голод и прочее были предопределены заранее. И каждый знавший историю Великой Французской Революции должен был об этом догадываться. Поэтому вся симпатизировавшая революционерам интеллигенция, не говоря уж о кадетах-октябристах-меньшевиках, несут свою долю ответственности и за Тамбов, и за ГУЛаг, и за Бутовский полигон. А единственный урок, который мы должны извлечь из той катастрофы — надо давить любую революционную заразу в зародыше.

Именно на этом этапе я включился в активную поддержку Путина и Ко, именно тогда вместе с другими людьми схожего образа мыслей мы сформулировали тот нехитрый набор идеологем, который власть использует и поныне (Александр III, Столыпин, «вся сволочь левее кадетов», Ленин — немецкий шпион, интеллигенция — вредное и безответственное сословие, да здравствуют тупые преданные служаки, и так далее).

4) Возможно, если бы новейшая история РФ пошла по-другому, я до сих пор на этом этапе и находился бы. Однако решивший искусственно погрузить страну в архаику, дабы навечно остаться у власти, Путин наглядно продемонстрировал, где в этом восприятии слабое место. Оно заключается в словах ПОЛНОМОЧИЯ и ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.

Пассажиры автобуса имеют полное право не смотреть на дорогу, распивать алкоголь или тупо спать. А водитель — нет. Не нравится? Пересаживайся в салон и дай порулить другому!

То же относится и к политике. Обычные граждане — особенно ощущающие себя притесненными и ущемленными — могут давать волю эмоциям, впадать в истерику, требовать чего-либо не думая о последствиях, и так далее. А лица, облеченные властными полномочиями, обязаны всегда помнить о своей ответственности перед обществом и историей.

Не стоит злить людей без нужды, демонстративно плевать им в лицо, игнорировать любые признаки недовольства, закручивать гайки до посинения — пока резьбу не сорвет, кичиться роскошью на фоне нищеты, без стеснения врать и воровать, запрещать всё что ни попадя, начинать ненужные кровопролитные войны — глядишь, и революции никакой не случится.

И даже если считать, что русская либеральная интеллигенция вновь наступает на старые грабли, пытаясь разжечь пожар, в котором сама и сгорит (что я отчаянно доказывал всем лет 10-15 назад) — это еще полбеды.

Беда в том, что на те же грабли наступает и власть.

И не просто наступает, но с наслаждением по ним прыгает, скачет, молит и требует «ну стукните же нас по лбу!»   Никаких уроков из событий столетней давности Путин и Ко не извлекли (отсутствие на государственном уровне хотя бы сколько-нибудь значимого обсуждения этих событий тому подтверждением).

А значит, с большой долей вероятности, все опять повторится.

Остается надеяться, что хотя бы для общества эти сто лет не прошли даром, и теперь люди будут не так жестоки.

Но сбудутся ли эти надежды — Бог весть.

Александр Шмелев

Прочитать оригинал поста Александра Шмелева с комментариями читатеелй его блога можно здесь.

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.