Так США еще больше уйдут в отрыв

Переполох, поднятый политиками второй руки вокруг «остроумных» переименований московских улиц в отместку американцам, напоминает улюлюканье в подворотне.


Чтобы Россия составила Америке конкуренцию, она должна заставить себя уважать, а не бояться.

В Государственной думе предложили сменить адрес посольства США и назвать Девятинский переулок Североамериканским тупиком. Это наш бодрый ответ на появление в Вашингтоне площади Немцова. Никак не стерпеть гнусную провокацию и отрыжку «холодной войны»! Страсти подогреты ожиданием очередного раунда санкций, адресность которых и механизм исполнения сокрыты в тумане, а от этого еще тревожнее.

Дипломатические скандалы из-за смены уличных вывесок — отнюдь не новое явление в политике. К примеру, после Исламской революции в Тегеране были переименованы проспект Эйзенхауэра (проспект Свободы), площадь Кеннеди (площадь Таухид, что означает единственность Аллаха). А также улица Черчилля, на которой находится посольство Великобритании. Для нее выбрали имя знаменитого ирландского террориста Бобби Сэндса, который, не дождавшись помилования от Тэтчер, умер в ходе голодовки в тюрьме. Англичане были так оскорблены, что заколотили парадный подъезд и пробили выход на улицу Фирдоуси.

Последний пример — переименование в Киеве улицы Панфиловцев, на которой расположен консульский отдел посольства РФ, в улицу Добровольческих батальонов. На этот демарш Россия мудро не ответила, а из-за американцев вспыхнула. Справедливости ради надо сказать, что по части оскорбительных переименований в качестве жертвы лидирует Америка, которую, к примеру, в Азии часто задирали во время вьетнамской войны, прописывая посольство США на улице Хо Ши Мина. И нельзя сказать, что наша страна оставалась в стороне от подобной практики.

Я вот много лет жил на улице Сакко и Ванцетти, но не помню, чтобы американцы протестовали. Это уголовники из Массачусетса, которые за убийства и грабеж сели на электрический стул конструкции Томаса Эдисона. Очевидно, мы такое название придумали, чтобы, по образному выражению Хрущева, «подложить дяде Сэму ежа в штаны». Мне название не нравилось — телеграмма из-за длинного адреса была дороже. А сейчас все равно — телеграмм никто не посылает. В России еще несколько десятков улиц Сакко и Ванцетти, Так что вредные американцы для равновесия могут в каждом штате улицу Немцова организовать.

Кстати, красными карандашами фабрики имени Сакко и Ванцетти при переписке с Рузвельтом и Черчиллем пользовался Сталин. Но они этого, конечно, не знали. Любопытно, что фабрику еще в 1920-х годах построил знаменитый Арманд Хаммер, которого большевики патронировали со времен Ленина. Сегодня этой фабрики, которая до последнего цеплялась за рыночные реалии и производила шариковые авторучки, уже нет. На ее месте в районе Киевского вокзала, как и полагается, элитная застройка. А вот в Америке фабрики шариковых авторучек BiC цветут и процветают. И даже захватили соседнюю область по производству одноразовых зажигалок.

Вспомнил историю с уличными вывесками по той причине, что в нашем случае он имеет типические и характерные черты. Переполох, поднятый политиками второй руки вокруг, как им кажется, остроумных переименований московских улиц в отместку супостату, который должен удавиться от обиды, напоминает улюлюканье в подворотне. Хоть Харви Вайнштейна, хоть Анжелу Дэвис возьми в уличные союзники — американцам это будет до фонаря, как с моими Сакко и Ванцетти.

Единственный способ убедить Америку относиться к России иначе состоит в том, чтобы Россия составила Америке конкуренцию. Страна должна заставить себя уважать. Именно уважать, а не бояться. Необходимо усиливать свои позиции в прорывных технологиях, в инновационных экономических проектах, в социальной сфере, в образовании и здравоохранении. И, конечно, отстаивать свои стратегические интересы в важных для России регионах.

Иными словами, пора заняться собственной страной, а не геополитикой, которая отвлекает скудные ресурсы. Мы слишком много внимания уделяем географии в ее многочисленных аспектах. Географическое общество в России, куда, как в Английский клуб, входят все представители элиты, имеет значительно больше влияния, чем Академия наук. Это абсурд. Если говорить о географии, то в современном мире важна, прежде всего, география компетенций.

По части невежества в географии компетенций мы не уступаем госпоже Простаковой. Вопрос о том, что, по аналогии с Акрополем или Колизеем, оставит после себя современная российская цивилизация, ставит в тупик. Вклад России в технологическую культуру, которая определяет облик постиндустриального общества, исчезающе мал. И дело даже не в том, что из-за несоразмерности масштабов экономики расходы на НИОКР Калифорнийского университета больше бюджета Российской академии наук. По числу патентов (150 на 1 миллион человек) Россия значительно отстает от Японии (994), Южной Кореи (779), США (289), Швеции (271), Германии (235).

Ценность сырья, на котором мы строим экономику, по отношению к знаниям за последние 50 лет упала в пять раз. Материальные затраты на производство автомобилей General Motors составляют лишь 16% всех расходов. Одна треть стоимости Boeing 777 приходится на программное обеспечение. 30 лет в стоимости компьютера на моем столе «железо» составляло 80%, а ПО — только 20%. Сейчас — наоборот. Ориентация на сырье превратилась из золотого дна в волчью яму.

Один из богатейших людей планеты — Билл Гейтс. Но еще ярче компанию Microsoft характеризует то, что 30 тысяч ее сотрудников стали на программном обеспечении миллионерами. Возможна ли такая ситуация в российских сырьевых империях, где топ-менеджмент купается в роскоши?

Мы никак не можем взять в толк, что рост стоимости знаний значительно превышает ценность географических наделов. Пока мы увлекаемся историко-патриотическими проектами типа «Русской Америки», настоящая Америка уходит в непреодолимый отрыв. Остроумные вывески — слабое утешение.

Что касается переименования улиц в память об ушедших политиках, то я бы не спешил. История — это не партия в блиц. Даже если репутация не имеет пятен, все равно лучше погодить. По многим причинам, В том числе из уважения к человеку. Чтобы не погружать память в мелкий водоворот суеты, не разменивать скорбь на политические дрязги.

Уличные вывески, когда земля на могиле еще не высохла, — это как-то не по-человечески. Лучше бы Америка этого не делала. А отвечать не надо. По той же причине.

Сергей Лесков

Самые интересные статьи «Росбалта» читайте на нашем канале в Telegram.


Ранее на тему Синоптики назвали 2017 год в России самым теплым за всю историю