Две исторические обреченности

В Судане будут жертвы, беженцы и международные ордера на арест. И никакого «транзита», никакой «демократии», никакой «стабилизации», ничего хоть сколько похожего на прогресс. Некому и незачем.


© СС0 Public Domain

Судан — государство (если это можно назвать государством) своеобразное. Такое «постбританское», когда в ходе деколонизации уходящая администрация закладывает под «независимую страну» этно-религиозные мины.

В Судане это реализовано в наиболее болезненной форме. Северный арабский, мусульманский Судан не имеет ничего общего с этнически черными, а религиозно — христиано-языческим Южным Суданом (сейчас уже независимое государство) и Дарфуром (там хотя и мусульмане, но этническое напряжение настолько велико, что общая религия скорее влияет на ожесточение в большую сторону).

Это страна, где гражданская война практически не прекращалась со времен ее основания. Где власть центральная переходила и переходит только путем военного переворота. Где перспектив на нормализацию хотя бы в африканском понимании слова «нормальность» нет никаких.

Аль-Башир свежеотставленный — вояка без страха и упрека, всю жизнь «в седле», бедуин по происхождению, солдат и офицер египетской армии по воспитанию, участник Войны Судного дня (забавно, что его крах происходит одновременно с очередными выборами еще одного ветерана 1973-го — Нетаньяху).

Основной нерв суданской политики — насильственная исламизация и арабизация негритянских частей страны. На этой ниве отличились все руководители Судана. И все потерпели фиаско, которое при Аль-Башире привело к появлению и международному признанию Южного Судана и к ожидаемому появлению Дарфура на карте мира.

В этом есть и историческая обреченность. Исторический бизнес бедуинов южной египетской границы — набеги за рабами в Дарфур и Южный Судан для рынков Магриба, Египта и Ближнего Востока. Набеговая экономика сложно институционализируется в единое государство рабов и торговцев ими.

Враждебных племен слишком много, а египтизированные бедуины суданского севера слишком слабы, разрозненны и не способны ни к какой деятельности кроме бесконечного насилия и производства военных преступлений в гомерических масштабах. Оружием для своего промысла их традиционно снабжает Россия. (По оценкам ООН 99% военных поставок во время и после дарфурских событий, приведших к запрету на торговлю оружием с Суданом, выполняется из России).

Сам Аль-Башир имеет международный ордер на арест из Гааги за дарфурские художества. Интересен его роман в 90-х с исламистами, которым рулил его главный политический советник Хасан Аль-Тураби. Аль-Башир даже бен Ладена приглашал пожить у себя, не глядя подписывал все исламистские законы, вводил шариат и так далее. Но быстро разочаровался в крайних исламистах, а они — в нем. Интересно читать мнение того же Аль-Тураби, имеющего репутацию мыслителя и чуть ли не либерала от «Аль-Каиды» (запрещенная в РФ организация). На его взгляд Аль-Башир слишком военный, «неидеологический палач» такой, чье правление невозможно одухотворить никаким содержанием. «Слишком полагается на себя и на силу оружия, у него и для него нет ценностей кроме этого».

Собственно сейчас в Судане не происходит ничего нового. Все обычно, это происходило уже раз десять с 50-х годов. Одни неидеологические палачи в мундирах (молодые) поймали других (старых) и готовятся въехать в их кабинеты и дворцы. Новые попытаются поиграть в ислам (так все делали), чтобы придать вечной гражданской войне хоть какое-то ценностное измерение, но разочаруются и отправят крайних исламистов снова в тюрьмы. В «армию Махди» бедуинская элита уже наигралась в конце XIX века с большими потерями для себя. Страна потеряет очередную территорию в ходе новой гражданской войны (Дарфур), возможно, Южный Судан прирастет теми «черными» провинциями, которые по прошлому разделу еще остались за Суданом арабским.

Будут жертвы, беженцы, международные ордера на арест. И никакого «транзита», никакой «демократии», никакой «стабилизации», ничего хоть сколько похожего на прогресс. Некому и незачем.

А великая северная страна будет продолжать смазывать шестеренки этой вековой драмы оружием, предоставленным за априорно невозвратный кредит. Две депрессии, две исторические обреченности в одной пустыне.

Глеб Кузнецов

Прочитать оригинал поста можно здесь.