Вера в необъяснимое дрогнула

За последние тридцать лет объединенными усилиями властей мирских и духовных бог стал для наших соотечественников вполне объяснимым и понятным.


Социология показывает интересную динамику изменения взглядов россиян. © СС0 Public Domain

Любопытные результаты опроса опубликовал недавно на своем сайте Всероссийский центр изучения общественного мнения. Сезон отпусков во ВЦИОМе, судя по всему, сочли идеальным временем для опроса граждан на предмет их «веры в необъяснимое». Респондентам задавали следующие, чрезвычайно актуальные в середине лета, вопросы: верят ли они в способность отдельных людей предсказывать судьбу, верят ли они в приметы, в способность отдельных людей колдовать, наводить порчу, и наконец, общаться с душами умерших.

Если внимательно посмотреть на результаты этого исследования, то сразу бросается в глаза то, что за последние почти тридцать лет «вера в необъяснимое» в России значительно ослабла. Так если еще в советском 1990 году количество тех, кто верил в «способность отдельных людей предсказывать будущее, судьбу» составляло 43%, то в 2015 оно возросло до 55%. При этом в 2019-м, таковых оказалось лишь 31%. То есть всего за четыре года количество россиян, верящих в разнообразных предсказателей, сократилось почти вдвое.

Похожие результаты дали и другие вопросы того же рода. Так, если в 1990 году «в приметы» верило 50% россиян, в 2000 — 57%, в 2015 — 50%, то в 2019 — всего 33%. Причем количество скептиков, не верящих в приметы, сегодня составило 44%. Это больше, чем когда-либо за последние 29 лет проведения таких опросов, и даже больше, чем в советском 1990 году, когда не верящих в приметы насчитали всего 26%.

За последние три десятка лет лет категорически разочаровались россияне и «в возможности лечения болезней гипнозом». Так если в 1990 году в такую возможность верило аж 63% опрошенных, а не верило всего 12%, то в 2019 картина радикально поменялась. Сегодня верят в лечение гипнозом 22%, а не верят 51%.

Более чем вдвое, с 33% в 2000 году до 15% в 2019-м, сократилось в России количество тех, кто верит в астрологические прогнозы и советы астрологов.

Характерно, что число тех наших сограждан, кто не верил и до сих пор не верит «в возможность общения с душами умерших» за последние 29 лет осталось неизменным — 67%. Число же тех, кто сегодня считает, что подобное возможно, выросло с тех пор с 10% до 13%. То есть, по сути, также практически не изменилось (колеблется на уровне статистической погрешности).

Отметим, что в опросе ВЦИОМ ожидаемо не задавался вопрос о вере в главное необъяснимое — в бога. По этой причине можно лишь догадываться, чем вызвано такое резкое (в ряде случаев, как мы видели в два раза всего за четыре года!) падение веры в то «необъяснимое», во что охотно верили россияне в конце советской эпохи, и насколько эти тенденции коррелируют с верой (неверием) в бога.

Согласно опросу ФОМ, проведенному в ноябре 2018 года, не считают себя верующими лишь 23% россиян. Таким образом, сравнивая эти два исследования, мы видим, что в сознании значительного числа жителей России бог просто выводится за рамки «необъяснимого» и «непознанного». Из чего можно сделать вывод, что за последние тридцать лет бог, объединенными усилиями власти и церкви, стал для наших соотечественников вполне объяснимым и понятным — если не существом, то сущностью.

В то же время мы знаем, что основные конфессии, получившие в России от власти статус «традиционных религий» весьма настороженно относятся к разнообразным астрологам, предсказателям и прочим посредникам в общении с душами умерших. Не исключено, что именно это негативное отношение представителей «традиционных религий» к «конкурирующим организациям» по части предоставления соответствующих «духовных» услуг, и сыграло определенную роль в росте недоверия российских граждан ко всяким прорицателям «со стороны».

Впрочем, не исключено и другое объяснение снижения в последние годы уровня «веры в необъяснимое». Недавнее противостояние сторонников и противников строительства храма в Екатеринбурге (а до этого подобные случаи наблюдались и в других городах, в частности, в Москве), возможно, является признаком скрытого нарастания недоверия в обществе не только к государственной религии, как к части идеологии власти. Не исключено, что это символическое противостояние было показателем накапливания в обществе скептицизма по отношению к вере в бога как к наиболее яркому воплощению веры в сверхестественное вообще.

У этого явления тоже есть свое объяснение. Образование в России, несмотря на попытки власти и духовенства внедрить в школу некое подобие «закона божия», осталось в целом светским. Конечно, пропаганда религии, в том числе и на самом высоком уровне, при этом никуда не делась. Президент, премьер и другие члены «партии и правительства» со свечками в храме в дни главных религиозных праздников — тоже на месте. Однако и задачи модернизации (сегодня сугубо в военных целях) тоже никто не отменял. Вместе с тем агрессивность клерикальной пропаганды, ассоциация ее с политическим режимом, установившимся в стране — все это отталкивает все большее число людей как от веры в бога, так и от веры в прочее «необъяснимое», становящееся для граждан все более очевидным и понятным.

Александр Желенин