ЕС принуждает Россию к реформе "Газпрома"

Европарламент одобрил план либерализации европейского энергорынка. Таким образом Европа окончательно дала понять России, что не поддерживает ее концепцию поставок энергоресурсов. Очевидно, "Газпрому" придется изменить стратегию.

Европарламент одобрил план либерализации европейского энергорынка, главная цель которого - развитие конкуренции между поставщиками энергоресурсов. Документ делает невозможным покупку распределительных газовых сетей российским "Газпромом" - между тем, именно это является стратегической целью монополии. Российские власти в ответ призвали к формированию "нового механизма энергобезопасности".

Депутаты Европарламента окончательно дали понять, что не поддерживают российскую концепцию поставок энергоресурсов. Напомним, "Газпром" и высшие чиновники РФ хотят иметь многолетние гарантии спроса на "голубое топливо". Логика понятна: вкладывая миллиарды долларов в добычу и строительство магистралей, газовая монополия нуждается в подстраховке своих инвестиций. Гарантией их возврата могут стать долгосрочные контракты на покупку газа, поэтому для поставщика ресурсов идеальна схема, при которой он контролирует скважину, трубу, местные сети и продает углеводороды конечному потребителю.

Однако у властей ЕС другие приоритеты: они заботятся о потребителях, для которых самое главное - это низкие цены. Снижение стоимости может обеспечить отсутствие монополизма и стимулирование конкурентной борьбы. Этого, как считают Европарламент и Еврокомиссия, можно добиться, если источники и пути поставок энергоресурсов будут диверсифицированы. Именно поэтому Брюссель стремится увеличивать долю сжиженного природного газа на рынке (поставщики которого не могут контролировать распределительную инфраструктуру внутри Европы), заключать прямые соглашения с новыми экспортерами и отделять добычу от транспортировки и сбыта.

План, который был принят Европарламентом накануне, обещает нелегкую жизнь крупным вертикально интегрированным энергетическим компаниям. Если они хотят продолжить работу на рынке ЕС, то к концу 2012 года им придется выбрать один из трех сценария поведения.

Первый самый простой - расстаться с транспортным и распределительным бизнесом при помощи открытой продажи и сосредоточиться на добыче. В этом случае прокачкой и сбытом газа должны заниматься независимые операторы.

Второй - компания остается юридическим собственником сетей, но теряет над ними оперативный контроль (управление этим бизнесом переходит к укрупненному оператору, который будет создан в каждой из стран ЕС). Такой вариант позволяет сохранить вертикально интегрированную структуру.

Третий сценарий, казалось бы, самый либеральный - компания сохраняет сети как в собственности, так и под управленческим контролем. Но тогда она должна предъявлять раздельный учет затрат по добыче, транспортировке и сбыту специальному уполномоченному контролеру. Кроме того, добывающие, транспортные и сбытовые компании не могут контролироваться одними и теми же менеджерами - управленцы даже не имеют права переходить из одной сферы в другую без перерыва в несколько лет.

Большинство экспертов считают, что поэтапная реализация плана Европарламента приведет к "выдавливанию" транспортного бизнеса из вертикально интегрированных холдингов, которые в результате будут разделены по видам деятельности.

Раньше "Газпром" предлагал ЕС и Украине создать совместное предприятие, которое будет как минимум управлять (а то и владеть) украинской газотранспортной системой. Принятый Европарламентом план начисто отвергает эту возможность. Тем более, Киев уже договорился с Брюсселем о переходе газотранспортной системы под управление одной из европейских операционных компаний. В итоге "Газпрому" не останется места на газовом рынке Украины. Он также может распрощаться с мечтой о контроле над газовыми сетями Польши, Германии, Великобритании и других стран. Вероятнее всего, российской монополии придется продавать весь объем газа на границе с Украиной. И уже европейской управляющей компании придется отвечать за топливо и решать проблемы украинских долгов.

Впрочем, отметим, что европейское разделение вертикально интегрированных холдингов значительно либеральнее российского. План Анатолия Чубайса, по которому было реформировано РАО «ЕЭС России», был куда жестче. Он предписывал безоговорочное разделение сбытового, транспортного и генерирующего бизнеса везде, кроме изолированных энергосистем Дальнего Востока. Сейчас уже никому не кажется странным, что нефтяная отрасль давно живет по этому же принципу. А вот с "Газпромом" "номер не прошел": Минэкономразвития в 2002-2003 годах подготовило план реформирования монополии, но президент Владимир Путин его не одобрил.

Отметим, что в четверг в Ашхабаде прошла конференция, посвященная транзиту энергоносителей. На ней выступил вице-премьер РФ Игорь Сечин, который призвал все заинтересованные государства "разработать и принять новый документ, который реально обеспечил бы учет интересов всех участников". Сечин считает, что "в настоящее время возросла потребность в реально действующих и всеобъемлющих механизмах обеспечения глобальной и региональной энергобезопасности". То есть брюссельские нормы российский энергостратег действующими не считает.

Сечин предлагает исходить из понятия "безопасности транзита". Строить трубопроводы бессмысленно, пока нет гарантий его полной загрузки, не определены потенциальные потребители, нет долгосрочных контрактов и формулы цены. "Долгосрочные контракты служат надежной гарантией стабильности поставок и загрузки транспортный мощностей, что отвечает интересам всех участников рынка", - заявил он.

Именно в этом и заключается принципиальное различие позиций Москвы и Брюсселя. Россия защищает бизнес продавца, ЕС думает о потребителях. Видимо, именно это Москва называет "непродуманными, несогласованными действиями, способными разрушить достигнутую стабильность".

Впрочем, Брюссель продемонстрировал свое отношение к позиции России. Европарламент в среду одобрил торговое соглашение с Туркменией, которая обладает огромными запасами газа - более 6 трлн кубометров. Документ разрешает европейским компаниям осуществлять проекты на туркменском рынке. Так что теперь энергокомпании Европы, которые собираются строить газопровод Nabucco, могут напрямую работать с Ашхабадом и вовлекать его в этот проект (прежде у акционеров Nabucco были для этого юридические препоны).

Ашхабад, в свою очередь, вполне может сообщить "Газпрому", что не будет увеличивать поставки газа (сейчас это 50 млрд кубометров в год) еще на 30 млрд. Более того, возможно, что Туркмения захочет сократить прокачку через территорию России: ведь дружба с Брюсселем и европейскими концернами делает более реальным строительство Транскаспийского газопровода в обход России. И тогда "голубое топливо" потечет на европейский рынок через Грузию и Турцию.

Андрей Михайлов