Гана боится «нефтяной зависимости»

На богатых нефтяных и газовых месторождениях, обнаруженных в Гане еще в 2007 году, осенью этого года должны начаться разработки. В то время, как правительство страны обещает жителям богатство и благосостояние, многие из них всерьез опасаются, что их государство навеки останется "сырьевым придатком".

Обычно, когда в какой-нибудь стране обнаруживаются запасы "ходовых" полезных ископаемых, начинается настоящий ажиотаж. На правительство со всех сторон сыплются выгодные предложения от огромных транснациональных корпораций о концессиях, а жители начинают надеяться, что им в самом деле перепадет доля от "жирного пирога".

Лучшим примером тому является, пожалуй, Гренландия. Жители острова ждут не дождутся, когда же у них, наконец, разведают давно предсказанные богатейшие запасы нефти и газа, чтобы обрести независимость (и прежде всего — финансовую) от Дании и зажить богато и красиво.

Совсем иные настроения царят на сегодняшний день в небольшой западноафриканской стране Гана, где изыскатели еще в 2007 году нашли не теоретические, а самые что ни на есть реальные нефтегазовые месторождения. Правительство страны поспешило продать концессии на их разработку. Поживились, в основном, американские и британские компании – и теперь эти нефтеносные поля должны вступить в строй еще до конца 2010 года.

Руководство страны обещает жителям благосостояние не меньшее, чем в пресловутой Саудовской Аравии, однако ганцы в это попросту не верят. Наученные горьким опытом золотодобычи в своей стране, они опасаются, что Гана, подсев на "нефтяную иглу", потеряет даже призрачный шанс стать когда-либо богатым, благополучным государством. И все же президент Ганы считает, что из собственного печального опыта отношений с международными компаниями, а также из опыта соседних стран можно извлечь уроки и не повторять ошибок прошлого.

Чего бояться?

Для тех, кто успел подзабыть школьный курс географии, напомним: Гана – это сравнительно небольшое (по африканским меркам) западноафриканское государство – размерами оно почти приближается к Великобритании и граничит с Берегом Слоновой Кости, Буркина Фасо и Того. С юга Гана омывается Гвинейским заливом (Атлантический океан). Независимость от британского владычества эта страна обрела лишь в 1957 году и с тех пор является одним из беднейших государств мира: еще в 2003 году 45% ганцев обладали доходом менее чем в один доллар США в день. В индексационном списке цивилизационного развития Human Development Index 2009 года Гана занимает 152 место из 182 стран.

Основными статьями дохода в Гане всегда являлись сельское хозяйство, рыболовство и туризм, однако не зря эта страна раньше носила название "Золотой берег": здесь были обнаружены огромные запасы золота. Увы, но ни богатства, ни даже простого благосостояния этот драгоценный металл ганцам не принес. Напротив, из-за него у страны не раз возникали серьезнейшие проблемы, когда международные золотодобывающие концерны "выясняли отношения", устраивая в Гане одну революцию за другой – пока к власти не пришло сравнительно сильное правительство, установившее в стране систему правления, весьма ощутимо напоминающую классическую демократию западного образца.

Так что неудивительно, что когда у берегов Ганы были обнаружены весьма внушительные запасы нефти и природного газа, многие жители страны этому известию вовсе не обрадовались. В то время как правительство страны рассчитывает поправить свои дела за счет богатых фирм-разработчиц, ганцы всерьез опасаются "нефтяного проклятия" — в особенности потому, что за примером им далеко ходить не надо. На опыте расположенной неподалеку Нигерии они могли видеть, что нефть несет за собой не только деньги, но и насилие, коррупцию, загрязнение окружающей среды, да еще и потоки беженцев, стремящихся в "благословенную" страну, которая живет хоть на йоту богаче их собственных.

Мечта президента

И все же руководство Ганы обещает все сделать лучше, чем в Нигерии. У президента страны, по его словам, есть мечта: в течение будущих десяти лет он желал бы довести благосостояние ганцев до уровня Египта. Последний, как известно, занимает в мировом рейтинге 89-е место, а средний уровень доходов на душу населения составляет там "целых" 100 долларов США в месяц. Для Ганы все это, увы, пока что является недостижимой целью. Это долгий путь, однако нефть может сделать его осуществимым. В ноябре этого года у ганских берегов должны быть добыты первые баррели – благодаря консорциуму разработчиков, в котором преобладающая доля находится в руках американских предприятий.

Специалисты Всемирного банка предполагают, что от этих разработок Гана может получить в год около миллиарда долларов. Эта сумма является поистине царским подарком для бедной африканской страны. Многие надеются на то, что нефть станет для Ганы божьим благословением и поможет выкарабкаться из тисков нищеты.

Экономисты, однако, проявляют скептицизм. Так Франклин Куджо, ганский эксперт из влиятельной исследовательской организации Imani (США) предостерегает: "Я не верю в то, что миллиарды, о которых столько рассказывает ганское правительство, в самом деле попадут в Гану и что само это правительство станет тратить их на социальные расходы. Мы знаем, что Бог не слишком щедро одарил нас. Нефть сама по себе не победит бедность".

На самом деле обнаруженные в Гане запасы не так уж велики, если сравнивать с той же Нигерией: та обладает нефтеносными полями в сорок раз большими. И именно нигерийский пример больше всего пугает ганцев: доходы от добычи здешней нефти почти полностью текут в карманы исчезающе малой по численности, но почти всемогущей по влиянию местной элиты. При этом сама Нигерия остается беднейшим государством планеты – беднее, собственно, Ганы, куда уже сейчас попадают многие нигерийские беженцы.

Гана не желает подобного пути для себя. Правительство предложило принять отдельный закон, который сделает любые финансовые операции, связанные с нефтедобычей, абсолютно прозрачными. Он предусматривает, что в общий бюджет страны будет попадать лишь часть будущих нефтедолларов, а другая часть образует нечто вроде российского Стабфонда – или, если принять более точное сравнение, датского "Фонда будущего". Эти деньги правительство сможет расходовать исключительно целевым образом: на строительство дорог, больниц или борьбу с бедностью. Цель: каждый гражданин страны должен иметь возможность в любую минуту проверить, для чего были использованы доходы от продажи ганской нефти.

Дэниэл Тверофу, экономист из Университета Ганы, считает: "Если мы сможем принять этот закон – он в самом деле в состоянии обеспечить нам прозрачность в финансовых вопросах. Это было бы неплохо. Но если это не удастся и политики начнут трактовать этот закон согласно своим сиюминутным интересам – то все это не более, чем мираж. Я всерьез обеспокоен такой возможностью. Государственные органы в Африке традиционно слабы – и международные концерны всегда находят себе лазейку для манипуляций ими".

Тем не менее, в данный момент все специалисты-политологи, специализирующиеся на африканских странах, сходятся в едином мнении: демократия в Гане сильна уже сейчас и укрепляется далее. В стране реально существуют демократические свободы – в том числе, свобода печати. Газеты, радио и телевидение в состоянии открыто обсуждать любые темы, в том числе и нефтяную. Неправительственные организации и независимые исследовательские институты всегда могут сказать свое веское слово и быть уверенными, что их непременно услышат. Нефть стала частью открытой дискуссии и гражданское общество обладает решающим голосом.

Не все то золото...

Когда сотни лет назад в Гане обнаружили золото и бриллианты – тогда все было, конечно же, совершенно иначе. О демократии в британской колонии никто и слыхом не слыхал, а позже страна стала пешкой в далеко идущих планах крупных компаний вроде знаменитого голландского концерна "Де Бирс". По сей день половина иностранных инвестиций в ганскую экономику идут именно в золотодобывающий сектор – и тем не менее, страна получает от золотодобычи смешные пять процентов своего годового дохода. Остальное утекает за рубеж, в основном – в США и Европу.

Лидер ганского профсоюзного объединения Дэниел Корантенг считает: "К сожалению, когда были заключены соглашения на разработку золотых и бриллиантовых месторождений, Гана была слишком далека от сегодняшнего состояния общества. Сегодня эти деньги, по сути, потеряны для страны – по крайней мере, до тех пор, пока не истекут сроки грабительских контрактов, а это произойдет еще нескоро". Тем не менее, в отношении нефти и газа он высказывает осторожную надежду: "С золотом нам не повезло – не было нужных законов, мы не могли, как нация, выступать в качестве равноправных партнеров, не думали о будущих поколениях. С нефтью у нас появилась возможность извлечь уроки из ошибок прошлого".

Похоже, того же мнения придерживается и правительство страны. Оно объявило, что так или иначе намерено перенаправить часть вырученных от продажи нефти и газа денег на развитие прикладной науки и современные разработки. В конце концов, нефть не вечна. Для того, чтобы обеспечить будущее своей стране, следует хорошенько подумать уже сейчас, что будет, когда она кончится.

Борис Немировский