У российских вкладчиков появилась надежда на справедливость

АСВ предлагает изменить законодательство, чтобы защитить интересы большинства кредиторов обанкротившихся банков.


© CC0 Public Domain

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) выступило с предложением законодательно ограничить оспаривание снятия денег гражданами в период процедуры банкротства или в предбанкротный период. Представители ведомства подчеркивают, что все их действия и инициативы направлены на защиту рядовых вкладчиков — с целью выплаты страховых сумм всем кредиторам финансовых организаций, признанных банкротами.

«АСВ подает иски только в случае обнаружения фактов предпочтительного удовлетворения требований одних кредиторов в ущерб другим и действует в интересах абсолютного большинства вкладчиков и других кредиторов», — заявила на общественном совете при агентстве по взаимодействию с кредиторами финорганизаций директор экспертно-аналитического департамента Агентства Юлия Медведева. В качестве примера в одном из интервью она привела ситуацию, когда в Татфондбанке незадолго до отзыва лицензии около четырехсот человек получили в полном объеме свои средства на общую сумму более двух миллиардов рублей — при том что только 15% из двенадцати тысяч кредиторов первой очереди банка на настоящий момент добились удовлетворения своих требований. С точки зрения АСВ, такие случаи можно объяснить исключительно «инсайдерским сливом».

Под подозрением, как правило, оказываются операции, совершенные примерно за месяц до признания финансовой организации банкротом и выходящие за пределы обычной хозяйственной деятельности. В частности, речь может идти о нарушении очередности имеющейся картотеки, в том числе скрытой. То есть, если банк уже отказал в исполнении платежного поручения, поступившего от одного из клиентов, а через несколько дней удовлетворяет поручение другого вкладчика — причем на большую сумму, — то такая сделка почти наверняка должна быть признана недействительной.

В этот список попадают также операции, нетипичные для клиента или не имеющие видимого экономического смысла. К их числу относятся досрочные расторжения депозитов с потерей процентов, выплата нестандартно высоких зарплат сотрудникам, обнуление счетов. «Особенно подозрительными такие операции становятся, когда они происходят на фоне неисполнения платежей других клиентов», — отмечает Медведева.

«Мы действуем в интересах большинства, поэтому приходится быть жесткими, — прояснил позицию ведомства в интервью „Московскому комсомольцу“ глава АСВ Юрий Исаев. — Агентство создано для защиты вкладчиков. Оно защищает слабых по отношению к сильным… Да, те вкладчики, у которых были десятки миллионов, оказываются пострадавшими. Но во всем мире система страхования вкладов строится по принципу защиты большинства. Мы на сегодня страхуем 98% вкладов, по сумме — это 50% от вкладов. Из этих цифр видно, что баланс соблюдается в пользу тех, у кого суммы небольшие».

Отдельно в Агентстве подчеркивают: если удается доказать, что неправомерными действиями занимался банк, а не вкладчики, то иски неизменно отзываются. Кроме того, никогда не оспариваются операции, которые не превышают сумму страхового возмещения в 1,4 миллиона рублей. Также не предпринимается никаких действий, если прогноз удовлетворения первой очереди стремится к 100%.

Интересно отметить, что в Санкт-Петербурге некоторые вкладчики Татфондбанка, получившие свои средства незадолго до отзыва у него лицензии, сами решили пойти по компромиссному пути и вернули деньги на счета, чтобы у АСВ была возможность распределить их между всеми кредиторами обанкротившейся финансовой организации.

«АСВ никогда просто так не стало бы отбирать деньги у вкладчиков. Это государственная корпорация, и не нужно выставлять ее в роли бандита, который отнимает у граждан последние копейки. Это вовсе не так, — заявил корреспонденту „Росбалта“ профессор кафедры финансов, денежного обращения и кредита факультета финансов и банковского дела РАНХиГС Юрий Юденков. — Вызывает вопросы как раз то, что пресса разом стала кричать „ату его, ату“. А поскольку в целом ряде случаев со счетов снимались определенные суммы и конкретными пакетами, налицо наличие инсайдерской информации и получение выгоды как банком, так и отдельными физлицами».

То, что действия АСВ не нарушают закон, отмечает и президент Союза страховщиков Санкт-Петербурга и Северо-Запада Ирина Лукашевич. По ее словам, Агентство действительно имело все основания подавать иски к вкладчикам, снявшим средства со счетов накануне банкротства. «Другое дело, что в таких случаях со стороны АСВ и Центробанка должна проводиться разъяснительная работа для повышения финансовой грамотности населения, — добавляет Лукашевич. — На сайте ЦБ, конечно, можно найти всю информацию и о состоянии банков, и о действиях АСВ. Но обычный гражданин, не имеющий отношения к финансам, вряд ли в ней разберется. Она должна подаваться в подготовленном виде для рядового читателя, чтобы он смог принять правильное решение. Сейчас нужно работать именно в этом направлении. Раньше с такими действиями со стороны регуляторов граждане не сталкивались, а они должны понимать, что происходит. Каждый случай индивидуален, и требует отдельного рассмотрения. Мы же все должны знать правила игры».

В этой связи идея АСВ обсудить возможность внесения в закон поправок, ограничивающих оспаривание сделок по предпочтительному удовлетворению банками (в период процедуры банкротства или в предбанкротный период) требований физлиц, может оказаться способом избежать конфликтов в будущем. Конечно, пока здесь еще много моментов, которые требуют разъяснения, и внутри самого Агентства должны определиться, как именно должны выглядеть эти поправки.

«Необходимо решить, запретить ли оспаривать такие операции совсем, что, возможно, повлечет риск, что в предбанкротный период будут удовлетворяться исключительно VIPы, или ограничить сумму оспариваемых операций физических лиц? Но где порог целесообразных к оспариванию сумм? В Военно-промышленном банке из 39 поданных исков минимальная сумма к оспариванию составляет 5 млн рублей. Максимальная — более 130 млн. Однако эти иски также называются несправедливыми», — отмечает Юлия Медведева.

О необходимости четких законодательных правил в этой сфере говорит и Юрий Юденков. «Должны быть определены сроки до отзыва лицензий и суммы, которые вкладчики могут безбоязненно снимать, — настаивает он. — Например, по закону акционеры не имеют права выходить из состава учредителей в течение трех лет после создания коммерческого банка. Все понимают, что банки могут создаваться для того, чтобы потом под шумок вывести капиталы. Это нормальное требование, и никто не возмущается. В вопросах снятия вкладов перед банкротством банков тоже необходима ясность».

Очевидно, что ситуация по спорным снятиям пока далека от завершения. Самое главное — у рядовых вкладчиков должна появиться уверенность, что предпринимаемые АСВ меры в итоге направлены на защиту их интересов. Последние действия АСВ и разъяснительная работа позволяют на это надеяться.

Андрей Михайлов


Ранее на тему ЦБ РФ лишил лицензии уфимский банк

В Петербурге суд отправил за решетку банду похитителей отечественных автомобилей