Дело «Тольяттиазота» как лакмусовая бумажка

Исход давнего судебного спора между ТоАЗом и «Уралхимом» может заметно сказаться на деловом климате в стране, уверены эксперты.


© СС0

Владелец «Уралхима» развернул беспрецедентную кампанию по увеличению своих активов. Ведущие российские политологи и экономисты видят в действиях Дмитрия Мазепина опасную для экономики страны попытку нового передела сырьевого рынка России.

В то время как Россия показывает чудеса гостеприимства и высокого уровня организации на Чемпионате мира по футболу, ломая все стереотипы, ситуация в бизнес-среде оставляет желать лучшего. Передел сфер влияния, больше напоминающий лихие 90-е, о которых мы забыли, глядя на успехи Олимпиады и все того же Чемпионата мира по футболу, входит в новую фазу.

Ярким пятном на фоне обновленной «парадной» страны является процесс против экс-руководителей ПАО «ТоАЗ» («Тольяттиазот») по иску миноритария предприятия в лице «Уралхима». Владелец последнего Дмитрий Мазепин уже не первый год пытается завладеть знаковым для российской экономики активом, прибегая к «запрещенным приемам», в том числе, и при помощи своих юристов в суде. О курсе на возвращение бизнесменов в Россию, объявленным президентом, он, видимо, не слышал.

Очередное заседание по громкому делу состоится 19 июля в Комсомольском районном суде Тольятти. Перерыв в деле был объявлен 8 июня после того, как сторона обвинения была замечена в использовании справочных материалов (а простым языком — шпаргалок), подготовленных представителями «Уралхима».

Скандал получился настолько громким, что на него даже отреагировал известный российский экономист Никита Кричевский в своем Facebook и эфире радиостанции «Вести ФМ», сказав следующее: «Это до какой же наглости нужно дойти, чтобы, не стесняясь, на заседании суда в открытую пользоваться шпаргалкой, не удосужившись ни переписать (перепечатать), ни хотя бы прикрыть ее для блезиру. Хапнули денег от рейдеров, так отрабатывайте, а не подставляйте заказчика! И если в дальнейшем суд встанет на сторону корпоративных агрессоров, значит, немногим оставшимся коммерсантам нужно срочно продавать бизнес и валить из страны».

Само дело, которое пытались довести до суда с 2012 года, и эпизод со «шпаргалкой Мазепина», уже стали своеобразными «мемами» в среде бизнесменов и юристов. Недавно на ситуацию вокруг ТоАЗа обратили внимание, помимо Кричевского, и другие ведущие эксперты, которые вынесли ситуацию в публичное поле, дав пищу для размышлений тысячам своих читателей. Как минимум — процесс в Тольятти стал открытым для общественности, но этого недостаточно на фоне стремления власти и бизнеса сделать качественный рывок в экономике и социальной сфере.

К чему может привести дело ТоАЗа и как это повлияет на бизнес-климат в России, можно судить по высказываниям ведущих экономистов.

Российский эксперт, публицист и политик, доктор экономических наук и исполнительный директор АНО «Институт проблем глобализации» Михаил Делягин на своем сайте замечает: «Одна иллюстрация, которая показывает разницу в возможностях и менталитете руководства ТоАЗа и владельца „Уралхима“ Мазепина. За три года с 2014 по 2016 гг. „Уралхим“ заплатил в 27 раз меньше налога на прибыль, чем „Тольяттиазот“ (ТоАЗ — 11,6 млрд рублей, „Уралхим“ — 0,4 млрд рублей). Цифры шокируют». И продолжает: «Позитивным сигналом не только для флагмана отечественной химии, но и для всей российской экономики, переламывающим сложившуюся неблагоприятную тенденцию, могло бы стать справедливое решение в споре „Тольяттиазот“ с владельцем „Уралхима“ Мазепиным и возвращение в Россию бывших акционеров ТоАЗа, что существенно упростило бы управление предприятием и дополнительно повысило бы его эффективность».

О важности делового климата и приемах из пресловутых 90-х размышляет на страницах «Свободной прессы» главный редактор издания писатель, политолог, депутат Государственной думы РФ Сергей Шаргунов. «Невозможность вести малый и средний бизнес, бегство капиталов из России уместно сравнить и с бегством умов, невозможностью талантливых ученых применить свой талант, пока поддерживают не тех, кто умнее и эффективнее, а тех, кто ближе к начальству… Например, читаю в том же РБК о том, что в распоряжении редакции оказалось написанное в тюрьме письмо создателя охранного предприятия „Атолл“ Соколова, в котором он признается в исполнении заказов по фальсификации компромата против руководителей всех уровней: от руководства в Минфине и ФСИНе до директоров химического предприятия „Тольяттиазот“. Ложный компромат, наезды, отжим… Увы, правила конкурентной борьбы 90-х все еще в ходу в нашей стране. Да, приходилось читать немало о долгой битве вокруг одного из крупнейших в мире производителей аммиака и попытках его „рейдерского захвата“. Надо отделять реальные нарушения закона от мнимых и сфабрикованных. Надо возвращать на родину собственников, которые могут ответственно и прозрачно работать на укрепление страны».

С другой стороны, известный экономист Михаил Хазин видит за делом ТоАЗа агонию так называемой либеральной группы, которая за «фасадом» новых идей использует известные и не очень приглядные методы перераспределения сфер влияния. В колонке на своем сайте Хазин говорит: «Какое-то известное и, в общем, достаточно грязное дело, в стиле либеральной команды, должно быть тщательно расследовано и продемонстрировано широкой общественности. Например, таковым может быть дело по попыткам рейдерского захвата компании „Тольяттиазот“, которое пытается осуществить видный представитель либеральной команды Дмитрий Мазепин… Если это (или какое-то подобное) дело будет достаточно публично расследовано, и будет доказано, что в данном случае имеется явное злоупотребление законом со стороны либеральной команды, это может вызвать вал аналогичных дел. После чего роль либеральной команды в России упадет еще сильнее».

Каковы бы ни были истоки давнего корпоративного конфликта, создание в России благоприятной среды для ведения бизнеса, возвращение успешных бизнесменов в страну и закрытие сфабрикованных дел является приоритетной задачей для государства и общества. Дело ТоАЗа как лакмусовая бумажка, либо покажет готовность власти и бизнеса идти вперед и развиваться, либо как «кирпич» на дороге — укажет путь в обратном направлении.

Источник — «Кривое зеркало»