Гражданин Эстонии по ошибке больше месяца провел в белорусской тюрьме

ТАЛЛИН, 16 сентября. Отдыхая в Белоруссии, гражданин Эстонии Сергей Егоров был обвинен в преступлении, которого не совершал, и на целый месяц попал в тюрьму. Как утверждает сам пострадавший, вызволила его оттуда родная мать, а отнюдь не консул Эстонской Республики в Белоруссии, со ссылкой на газету "МК Эстония" сообщает delfi.ee.

В декабре прошлого года Сергей Егоров отдыхал в санатории под Минском. На восьмой день за ним явился наряд милиции во главе с суровым майором. Отдыхающего заковали в наручники и поместили в казенный дом с решетками на окнах. Обвинили Сергея в совершении уголовного преступления на территории Казахстана в 1999-2000 годах. Вроде как тогда группа лиц, прикрываясь вывеской риэлтерской фирмы, совершила в Алма-Ате мошеннические сделки на весьма крупную сумму.

Однако Сергей сроду в Алма-Ате не был, к тому же в указанные годы из Эстонии не выезжал. Несмотря на это, мужчина провел за решеткой 34 дня, причем сокамерники (их было тринадцать) прозвали его Туристом. Сергея ожидала экстрадиция в Казахстан, суд и от 5 до 8 лет "отдыха" на нарах. Счастливым оcвобождением Сергей обязан исключительно энергии своей матери Надежды.

Узнав об аресте сына, Надежда бросилась звонить в Минск, но так и не смогла допытаться, за что повязали Сергея. Только через день ей удалось встретиться с назначенным белорусской стороной бесплатным адвокатом в Вильнюсе. Так как у себя на родине сотрудники белорусских органов боятся даже собственной тени. Сергей сразу же написал письмо консулу ЭР в Минске, прося о встрече и помощи, поскольку обвинение явно ошибочное и он, Сергей, здесь абсолютно ни при чем.

"За тот месяц, что Сергей провел в заключении, у меня только на телефонные переговоры ушло 10 000 крон, — вспоминает Надежда. — C консулом в Минске, господином Лоо, по три раза в день говорила. Тот отвечал: "Да-да, мы работаем". А сам ни одного запроса не послал. Только когда я сама, по совету таллиннского адвоката, подготовила запрос Департаменту погранохраны Эстонии о том, выезжал ли Сергей в 1999-2000 году из Эстонии, упросила-таки консула послать его факсом по требуемому адресу. Ведь это должно было сделать официальное лицо. А все остальное я тянула сама".

Обращалась несчастная мать и в наше Министерство иностранных дел. Там ей сказали, что Урмас Паэт посетителей не принимает, а такие вопросы решает консульский отдел. В отделе же ее встречали дежурной фразой: "Ждите. На все свои нормы. В течение месяца".

Однако и этот срок оказался превышен. Только 14 января — через 34 дня после ареста — перед Сергеем открылись ворота тюрьмы. Ни о каких компенсациях и извинениях, конечно, и речи не было. Хотя таллиннский адвокат выяснил, что казахстанский закон, на основании которого Сергей был ошибочно арестован, давно отменен. То есть даже если бы он действительно совершил то преступление, в котором его обвинили по ошибке, и то для ареста не было никаких оснований. И если бы не активность матери, то отправили бы Сергея по этапу в Казахстан: через семь пересыльных пунктов — по месяцу в каждом…

Почему эстонский консул в Минске не встретился с оказавшимся в беде человеком? "Я действительно не был в месте заключения Сергея, — признался нам в телефонном разговоре Юрго Лоо, исполняющий обязанности консула ЭР в Белоруссии. — Насколько я помню, задержанный не просил об этом. К тому же, в течение месяца он не все время был в одном месте. И хотя не все прошло хорошо, но сказать, что мы бездействовали, нельзя. Мы периодически контактировали с его матерью. И главное достигнуто: его все-таки освободили до того, как этапировали в Казахстан, вызволить откуда его было бы гораздо труднее".

Официальный ответ МИД Эстонии, подписанный пресс-секретарем Марианн Судаков, повторяет позицию Лоо.

Особый интерес для путешествующих граждан Эстонии представляет заключительный абзац МИДовского ответа о том, какой защиты может ждать от эстонских дипломатов за рубежом гражданин Эстонии. Марианн Судаков пишет, что задержанному за границей "должна быть обеспечена возможность связаться с эстонским представительством, правовая помощь, то есть услуги адвоката и при необходимости — переводчика. Консульский чиновник может следить, как обходятся с гражданином ЭР во время заключения, и за тем, чтобы тюрьма отвечала стандартам. В случае обнаружения нарушений чиновник консулата может обратить на это внимание соответствующих органов. По просьбе задержанного консульский сотрудник посещает заключенного в тюрьме".

Далее Марианн Cудаков отмечает, что распространено ошибочное мнение, что эстонское государство обязано оплачивать юридическую помощь задержанному, а также переводческие или иные услуги. "Страна, в которой задержан подозреваемый, назначает государственного защитника, а если он не удовлетворяет задержанного, последний может сам нанять себе подходящего адвоката. Заблуждением является и то, что консульский чиновник лично может быть защитником задержанного, или то, что в его возможностях сразу же освободить подозреваемого из тюрьмы. Не соответствует действительности и то, что у этого чиновника есть возможность требовать для гражданина своей страны лучших условий содержания, чем прочим. Все расходы по освобождению из заключения несет сам задержанный и члены его семьи", — говорится в ответе МИД Эстонии.

Директор Центра информации по правам человека Алексей Семенов считает, что в такой ситуации государство, безусловно, обязано помочь оказавшемуся в беде гражданину своей страны. Во-первых, консул должен был встретиться с задержанным, чтобы выяснить все обстоятельства дела. Во-вторых, консул должен обеспечить помощь адвоката (хотя, правда, нигде не сказано, что государство ее оплачивает). В-третьих, консульские службы, как правило, пишут запрос в МИД страны пребывания (возможно еще и в МВД), выражая озабоченность судьбой своего гражданина, и берут ход дела под свой контроль.