Белорусские банки на грани краха

Почти трехкратная девальвация национальной валюты поставила всю финансовую отрасль Белоруссии под удар. Плохо и кредиторам, и должникам. Но Лукашенко, в отличие от Обамы, Меркель и Саркози, спасать банкиров не собирается.

Почти трехкратная девальвация национальной валюты поставила всю финансовую отрасль Белоруссии под удар. Плохо и кредиторам, и должникам. Но Лукашенко, в отличие от Обамы, Меркель и Саркози, спасать банки не собирается.

Ставки по розничным потребительским кредитам в Белоруссии превысили 120% годовых. Под такие безумные проценты кредиты в белорусских рублях предоставляют, например, Home Credit и «Дельта Банк». Эти цифры со всей очевидностью демонстрируют, с каким недоверием сейчас относятся к белорусской валюте финансисты. И с каким недоверием относятся в Белоруссии к финансистам все остальные.

В ходе девальвации банки понесли колоссальные убытки. Простые белорусы, взявшие кредиты в валюте, не могут расплатиться и ходят под подпиской о невыезде, а госпредприятия вообще отдавать кредиты не намерены. При этом коммерческих кредитных организаций, чей уставный капитал отвечал бы требованиям Нацбанка, крайне мало. А значит, большинство банков в любой момент может быть закрыто.

Еще зимой банки охотно раздавали огромное количество кредитов. Брали их, в основном, на приобретение автомобилей: ставки импортных пошлин по ним с 1 июля выросли в несколько раз из-за вступления республики в Таможенный Союз. Брали кредиты, кажется, абсолютно все: кто по разным причинам не мог получить кредит в белорусских рублях, тот брал на себя обязательства в валюте. Сам Батька говорил, что за полгода белорусы привезли из Европы и США автомобилей примерно на $3 млрд. Для небольшой страны с 10-миллионным населением это большие деньги.

А потом случился обвал национальной валюты. Те должники, которые получили кредит в национальной валюте, за полгода в результате девальвации стали должны банкам втрое меньшую сумму, чем занимали. И девальвационные процесссы еще не прекращены: рубль отпущен в «свободное плавание».

Те же, кто брал кредиты в валюте, в массовом порядке отказываются от выплат. 34-летний инженер из Минска Олег стал заложником типичной в Белоруссии ситуации. «Купил машину за 20 тыс. долларов. Расчет был прост: после 1 июля хорошего автомобиля уже не видать. Поддался всеобщему ажиотажу. Теперь, с этим новым курсом, мне платить по кредиту нужно больше, чем я зарабатываю вообще. У жены зарплата - 100 долларов. Выплатить кредит и при этом не умереть с голоду для нас нереально», - рассказывает он. Таких историй в Белоруссии тысячи. Банки направо и налево раздают должникам иски в суды и делают их невыездными из страны по решению суда. «Нет, ну правда, идиоты там в банке сидят. Если бы я мог по закону уехать на заработки в Россию, там поработать на стройке, то я бы мог платить кредит. А в Белоруссии, где они меня насильно оставляют, как мне заработать эти деньги?». Продать машину и тут же расплатиться по долгам Олег тоже не может: внутреннего спроса на дорогие авто в Белоруссии сейчас нет, а продать машину россиянам он не может по закону: для этого она должна быть ввезена в Таможенный союз два года назад.

Нацбанк с неудовольствием констатирует: количество отказников по кредитам растет. Только в октябре неплательщиков стало больше на 11%. Всего же с начала года их стало больше в 2,6 раза. Общая задолженность белорусов перед кредиторами - $288 млн. Это в среднем по $30 на брата, и на 53,4% меньше, чем год назад. Но с учетом инфляции долги выросли фактически в два раза.

Еще одна серьезная проблема банкиров - кредиты, которые они выдавали белорусским госпредприятиям. Те должны были модернизировать производства, но на деле банально раздали кредитные деньги на зарплаты. Причем ее получали работники даже стоявших заводов, возмущаются в частных беседах банкиры. И если население еще как-то платит, то государевы должники платить не намерены. А белорусский президент в беседе с новым главой Нацбанка Надеждой Ермаковой прямо говорит: нужно пересмотреть отношение к тем банкам, которые «не подставили плечо государству». Это одна из причин, почему Moody“s, Fitch и S&P снижают кредитные рейтинги белорусских банков едва ли не раз в месяц.

При этом «наказать» тех, кто возмущается должниками в лице госпредприятий, белорусские власти могут очень просто и в рамках закона. Дело в том, что по местным законам каждый банк должен иметь в уставном фонде $5 млн, а каждый банк, работающий с вкладами от населения - $25 млн. Так вот, из 31 белорусского банка, сегодня, по слухам, нет ни одного (кроме, разумеется «Беларусбанка»), кто мог бы отвечать этому требованию. Нацбанк пока закрывает глаза на несоответствие, но и ежу понятно, что при первой команде президента все может вмиг измениться.

Поэтому настроения в банковской среде Белоруссии сейчаc очень мрачные. Как и во всей стране, где официальный уровень инфляции к концу года, по прогнозам Минэкономики, превысит 120%. А министр Николай Снопков открыто говорит об инфляции так: « В условиях, когда речь идет об инфляции выше 100%, совершенно неважно 120% она или 150%. Это уже не играет никакой роли…».

Где Белоруссия возьмет деньги на обслуживание своих долгов сейчас, не совсем понятно. Кредитов ей не дают. Привлечение инвесторов идет очень медленно. Deutsche Bank и BNP Paribas заявили о «прекращении сотрудничества с режимом». Отказ стоит воспринимать как нечто серьезное: эти банки продавали на международном рынке белорусские государственные облигации (наторговали, между прочим, на $1,8 млрд). Через них же в Белоруссию поступала валюта от экспорта нефтепродуктов и изделий металлопроката.

Видимо, в самое ближайшее время белорусскую финансовую отрасль, а вместе с ней и обычных людей, ждут очень непростые времена. Эксперты прогнозируют, что пик кризиса наступит весной 2012 года.

Максим Швейц


Ранее на тему Лукашенко советует должникам заняться утиной охотой