Большая азиатская рулетка

Владимир Путин летит в Таджикистан с предложением присоединиться к военно-энергетическому союзу РФ и Киргизии. Если там согласятся, Узбекистан окажется перед выбором: играть против всех на стороне США - или вступить в мини-СССР.


5 октября Владимир Путин посетит Душанбе. Таджикистану будет предложено присоединиться к военно-энергетическому союзу РФ и Киргизии в обмен на достройку Рогунской ГЭС и гарантии безопасности режима. Если там согласятся, Узбекистан окажется перед выбором: играть против соседей на стороне США или вступить в этот мини-СССР.

Впервые за 20 постсоветских лет Москва сделала выбор в водно-энергетическом споре стран Средней Азии. Именно так трактуют сентябрьский договор об участии России в строительстве каскада Камбаратинских ГЭС на реке Нарын в Киргизии, чьи воды в нижнем течении уходят в Узбекистан. Аналогичный договор может быть подписан Путиным в Душанбе, и тогда мяч окажется на стороне Ташкента. Если там решат подкрепить амбиции регионального лидера военной базой США, субконтинент разделится на две враждующих коалиции. Если же узбеки согласятся на долевое участие в проекте ГЭС, то Средняя Азия преобразится.

Напомним, что в советское время проблема водно-энергетического дисбаланса республик Средней Азии решалась довольно просто. В летние месяцы реки стекали с гор Киргизии и Таджикистана, вращая турбины ГЭС. Это давало горным республикам дешевое электричество, а равнинному засушливому Узбекистану – воду для полива. А зимой слив горных рек падал и тогда недостаток электроэнергии соседям компенсировал Узбекистан, чьи тепловые электростанции работали на собственном газе.

С распадом СССР углеводороды стали главным источником валюты и начали дорожать. Растущий разрыв стоимости тепловой и гидро-электроэнергии сделал прежний обмен между Узбекистаном и соседями неэквивалентным. Получаемую от соседей воду в Ташкенте между тем продолжали считать бесплатной. А когда те решили с помощью российских компаний построить новые ГЭС, чтобы обеспечить себя электричеством, Узбекистан пригрозил «Газпрому» проблемами с поставкой своего газа и стал демонстративно заигрывать с геополитическими конкурентами РФ. В итоге Москва сорвала выполнение контрактов в Бишкеком и Душанбе. Это стоило ей потери Таджикского алюминиевого завода и сближения обеих республик с США.

В последние два года, столкнувшись с угрозой потери военных баз в Киргизии и Таджикистане, Москва сделала мучительное усилие и признала, наконец, что у нее: а) есть собственные интересы в Средней Азии, б) они не тождественны интересам США. Впервые за все постсоветское время в России была сформулирована центрально-азиатская доктрина, а президент поручил создать Госкорпорацию по развитию Средней Азии. После 20 лет отступления эксперты до последнего не верили в практическую реализацию этих планов, но бишкекские соглашения породили осторожный оптимизм.

Между тем, получение Киргизией рычага контроля над одной из главных водных артерий, снабжающих Узбекистан, вызывает там сильнейшее беспокойство. Доходит уже до прямых угроз: «Проблемы водопользования могут стать причиной войны в Средней Азии в ближайшее время», - заявил узбекский президент Ислам Каримов во время визита в Казахстан.

Слова словами, но его практическая реакция может положить начало как процессу разделения стран Средней Азии на противоборствующие блоки, за которыми стоят внешние игроки, так и, напротив, интегрировать субконтинент. Если Узбекистан перейдет от слов к делу и ответит размещением на своей территории военных баз США, пути назад у него уже не будет.

Напомним, что киргизский президент Атамбаев во время встречи с Путиным подтвердил согласие объединить все военные объекты РФ в стране в одну базу. Причем в подписанном договоре Россия берет на себя ответственность за защиту интересов Киргизии не только в случае внешней агрессии, но и в случае внутренних беспорядков – если их организуют «международные террористы». Вместе с тем, Атамбаев еще раз пообещал вывести американскую базу из аэропорта Манас к 2014 году.

«Если для России это геополитический проект, то для Киргизии, которая крайне нуждается в электроэнергии и крупных инвестиционных проектах для стабилизации экономической ситуации, эти договоренности как глоток воды в пустыне, - говорит бишкекский политолог Марс Сариев. - И в этом долговременные интересы двух стран совпали полностью. С экономической точки зрения для России инвестиции в строительство ГЭС в Киргизии весьма спорные – эти «длинные деньги»,  которые будут отбиваться в течение десятилетий. Кроме того, учитывая опыт работы с прежними властями Киргизии, существует определенное недоверие со стороны России. Но точно также имеются и сомнения и у киргизской стороны, ведь договоренности - это еще не инвестиции», - считает политолог. Еще одним свидетельством существующего недоверия между двумя странами стало и многочасовое - до пяти утра – согласование условий гарантий выполнения договоренностей обеими странами во время визита Путина в Бишкек.

Если в регионе окончательно оформятся две коалиции, - «Россия и Киргизия» против «Узбекистана и США», - военное противостояние неизбежно. Фактически, блоки уже формируются, и между ними в ближайшее время начнется активная и очень горячая дипломатическая игра.

Учитывая, что 5 октября предстоит визит российского президента в Душанбе, то весьма вероятно, что к первой коалиции присоединится еще и Таджикистан, чьи интересы в водно-энергетическом споре совпадают с киргизскими. Основные вопросы, которые давно стоят между двумя странами те же, что и с Киргизией – военное присутствие России на территории Таджикистана и  участие России в строительстве крупнейшей в Средней Азии плотины Рогунской ГЭС, денег на которое в таджикской казне нет, и в ближайшее время не предвидится.

На протяжении последних четырех лет то и дело появлялась информация, что Душанбе требует у Москвы от 100 до 300 миллионов долларов. Некоторую ясность в этом вопросе внес заместитель министра обороны России Анатолий Антонов. Побывав в Душанбе, он заявил, что вопрос стоимости военной базы более не обсуждается. «У нас нет никаких торгов. Никакой речи не идет о каких-то деньгах или о цене присутствия российских вооруженных сил на территории Таджикистана», - подчеркнул Антонов. По его словам, проект соглашения по базе будет готов ближайшие недели.

«Можно с уверенностью говорить, что Рахмон поменял гарантии защиты своего режима на бесплатное размещение 201-й дивизии, - считает Сариев. – Договоренности, подписанные в Киргизии, позволяют также и таджикам надеяться на поддержку России не только в военной, но и в гидроэнергетической сфере».

Лидер Компартии Таджикистана Шоди Шабдолов уверен: «сегодня в России наконец-то начали понимать, что участие в реализации таких проектов, как Рогунская ГЭС или CASA-1000, укрепит ее присутствие в центрально-азиатском регионе»

Если визит Путина в Душанбе решит два основных спорных вопроса  с Таджикистаном, можно будет говорить о том, что Узбекистан окажется в региональной изоляции – даже перспектива строительства двух крупных плотин на самых больших трансграничных реках даст в руки киргизского и таджикского руководства сильнейшие рычаги давления на Узбекистан. При этом безопасность обеих стран будет гарантирована Россией и ее военным присутствием.

Остается один из наиболее влиятельных игроков в Средней Азии - Казахстан. На минувшей неделе там произошла смена правительства и руководителя администрации Назарбаева. «В Казахстане начался процесс транзита власти, - считает Александр Филиппов соучредитель Института гуманитарно-политических исследований. – С геополитической точки зрения этот процесс может означать только одно: в такой напряженный момент резкие движения на международной арене Назарбаеву совершенно не нужны, и он их делать не будет. А это гарантирует максимальную поддержку Казахстаном российских инициатив».

Таким образом, слово лишь за Ташкентом. Но пойдет ли Каримов в этом размежевании до конца? Вряд ли. У России есть серьезные рычаги давления на это государство (для начала достаточно перекрыть денежные переводы из РФ, лишив Узбекистан миллиардов долларов, пересылаемых на родину гастарбайтерами), а Америка слишком далеко. Региональная изоляция может не менее сильно ударить по Ташкенту, чем по соседним странам. Тем более, президент Каримов сам рассчитывает в скором времени уйти на покой, и ему, вероятно, хотелось бы оставить наследнику, кем бы он ни был, стабильное государство с безопасными границами.

Россия и Киргизия открыли дверь для диалога – предложили Узбекистану и Казахстану присоединиться к договоренностям по гидроэнергетике и совместно строить новые ГЭС. Тем более, что строительство Камбаратинского каскада ГЭС объективно может быть очень выгодно для соседей Кыргызстана. Дело в том, что эти плотины позволяют более эффективно регулировать сток реки Нарын. Сейчас киргизы вынуждены зимой попросту сливать воду, которую они не могут аккумулировать в существующем Токтогульском водохранилище. Появление Камбар-Аты-1 позволит сохранить этот запас до весны-лета, когда начнется вегетационный период на полях соседних государств.

 Если Каримов после раздумий примет этот вариант, то регион окажется спаян самыми прочными интеграционными связями – экономическими. И от этого могут выиграть все заинтересованные стороны. Слова о дружбе и сотрудничестве так и останутся словами без конкретных международных проектов, скрепляющих это сотрудничество. Строительство новых ГЭС может стать таким проектом для всей Центральной Азии без исключения.

Александр Шахназаров


Ранее на тему Объем денежных переводов из России в Узбекистан вырос за год почти на треть