Под китайским ножом

Списав Киргизии долг в полмиллиарда долларов и снабдив ее оружием еще на миллиард, Россия рискует получить в партнеры не единую страну, а с несколько княжеств – подконтрольных Китаю и вооруженных российским оружием.


© Александр Шахназаров

Списав Киргизии долг в полмиллиарда долларов и снабдив ее оружием еще на миллиард, Россия рискует получить в партнеры не единую страну, а с несколько княжеств – подконтрольных Китаю и вооруженных российским оружием.

О распаде Кыргызстана сегодня не говорит только ленивый. Недавние заявления казахских и узбекских экспертов и «экспертов» о переделе карты Средней Азии наводят на мысль о более чем сомнительной независимости Киргизии - всерьез ее практически не воспринимают.

Казахстанский политолог Данияр Ашимбаев отмечает, что целесообразно вообще рассмотреть ее включение на правах автономии в состав Казахстана как наиболее стабильной и развитой державы региона. Схожий план рассматривают его коллеги из Узбекистана – только там претендуют еще и на Таджикистан. В Астане и Ташкенте звучат опасения, что в противном случае киргизов и таджиков возьмет под крыло Китай.

В самом деле, лидеры Поднебесной держат устойчивый курс на освоение Средней Азии. В наиболее слабых и недоразвитых республиках региона – Киргизии и Таджикистане - скуплены целые куски земли. Переданный КНР киргизский Узенгу-Куш имеет площадь в 2 тыс квадратных километров, а китайский участок в Горном Бадахшане Таджикистана – полторы. В 2002 году события вокруг продажи Узенгу-Куша спровоцировали трагедию в селе Ак-Сы, и дали этой стране первого «бульдозера революции» - Азимбека Бекназарова. Позже бунтарей появилось так много, что с 2005 года Киргизия прочно удерживает имидж «страны революций», а сами бунтари превращаются в местных царьков. Слабость центральной власти демонстрируется едва ли не каждым политическим и экономическим скандалом. Как итог – прогнозы о распаде государства.

Тупик, которого нет

Географически Киргизия разбита на Север и Юг, и чтобы расколоть страну, достаточно просто усилить внутренние противоречия, например, техногенным фактором. Им может стать железная дорога из Китая в Киргизию, запустить которую до окончания своей каденции обещал президент Атамбаев.

Соседние Узбекистан и Китай нуждаются в прямом транспортном сообщении. У Китая есть потребность в узбекском сырье, и в более коротком, нежели через Казахстан, пути к Ирану с его нефтью и рынком сбыта. Узбекистан же через Китай может выйти на рынки Юго-Восточной Азии. Сегодня между этими двумя странами есть коридор через казахскую территорию. Это «плечо» длиной в 1244 километра с переправами через границу и сменами колесных пар – в Китае принята европейская ширина колеи в 1435 мм, а в Казахстане российская 1520 мм. Единственная возможность сократить путь - провести новый через Киргизию. Он придется кстати и соседнему Таджикистану, страдающему от транспортно-энергетической блокады со стороны узбеков. «Таджики настолько ослеплены ею, - рассуждает эксперт-логист Марат Мусуралиев, - что готовы строить любые дороги даже и в Афганистан, лишь бы обойти Узбекистан».

Лоббисты проекта Китай – Кигизия - Узбекистан (ККУЖД – прим.авт) преподносят его как выход из «транспортного тупика» с доходом от транзита в размере $200 млн ежегодно. «Но Кыргызстан не находится в транспортном тупике, - возмущается эксперт по инфраструктурным проектам, глава компании Smart Business Sokutions Central Asia Кубат Рахимов. - На рынке страны работает более 50 компаний, которые хоть завтра отправят груз из Кыргызстана в любую точку Земли. Чтобы говорить о транспортном тупике, нужно вовсе отрицать наличие железнодорожных станций в Кыргызстане. Разве нет функционирующих станций в Бишкеке, Балыкчы, Оше, Джалал-Абаде? Тупик в головах тех, кто не смотрит на реалии и отравлен жаждой наживы».

Его слова косвенно подтвердил собеседник «Росбалта» в Жогорку Кенеше. «Все, что мы имеем сейчас в стране – это от Китая. Что бы было, если бы не Китай? Ведь только благодаря китайской продукции наши швейники смоги наладить производство, обеспечить рабочие места и содержать столько рабочих мест. Нам очень важна транспортная привязка к Китаю. Они проложат нам и железную дорогу, и автомобильную».

Загадочная страсть к альпинизму

Существуют четыре проекта прокладки Китайско-Киргизской железной дороги. Три из них начинаются на перевале Торугарт: Торугарт-Яши-Узген протяженностью в 268 километров; Турагрт-Арпа-Когарт-Багыш – 231 километр. Третий маршрут длиннее двух прежних – 416 километров, дополнен веткой до Ат-Башинской ГЭС, далее идет через Угут-Казарман-Когарт-Багыт. Четвертый проект предусматривает прокладку магистрали по Чон-Алайскому району, берет свое начало на перевале Эркештам, и тянется через перевал Сары-Таш до приграничного Дараут-Кургана. Его протяженность – 211 километров.

Глава киргизского правительства продвигает последний проект, называя его выгодным: «Это позволит соединить железной дорогой север и юг страны», - утверждает Жанторо Сатыбалдыев. Как премьер намерен этого добиваться, эксперты не понимают до сих пор, учитывая, что и Эркештам расположен южнее Торугарта на 200 километров, и опыта строительства железных дорог у постсоветской Киргизии нет никакого. Строят дороги в Киргизии иностранцы, на иностранные деньги, на иностранных же условиях.

Стоимость премьерского проекта, учитывая сложные оползневые грунты в Чон-Алае, высоту перевала Тон-Мурун в 3536 метров, «переваливает» за $630 млн. При этом магистраль затронет крайнюю южную высокогорную часть Киргизии, в которой проживает лишь 0,5% населения республики: все население Чон-Алайского района и региона в зоне проекта составляет не более 27 000 человек. Остальные 99,5% жителей страны отрезаются этим железным «тесаком», и отбрасываются к северу – за Алайский хребет. Для Кыргызстана эта транзитная магистраль становится недосягаема: село Сарыташ расположено на высоте в 3150 метров, а перевал Талдык перед ним еще выше – на высоте 3615.

Каким образом министр транспорта и премьер хотят поднимать железнодорожные составы на высоту в три километра, если советский опыт ограничивался 2 километрами. Такой опыт есть у Китая, проложившего дорогу в Тибете на высоте в 5 км. Китай к проекту ККУ готов уже давно – к Кашгару подведена ветка, которую китайцы готовы вывести либо на Торугарт, либо на Эркештам.

Маршрут через Чон-Алай лоббирует, помимо Китая, еще и Таджикистан. «Но железная дорога в Китай, - рассуждает Марат Мусуралиев, - не даст Таджикистану транзита в широтном направлении по причине большого количества промежуточных границ. Единственное что произойдет – это массовый вывоз таджикистанских минеральных ресурсов и остального сырья: хлопка, шести, минеральных удобрений».

Карты

Дебаты вокруг проекта Китай-Киргизия-Узбекистан идут, без малого, семнадцать лет. В Киргизии постоянно пересматривают технико-экономическое обоснование. «ТЭО готово, но мы не согласны с результатами, которые нам предоставили. Сегодня оно дорабатывается в связи с тем, что выросла стоимость», - заявляет глава правительства. Китайцы ТЭО регулярно переделывают.

Последователей великого кормчего не смущает ни постоянный рост издержек, ни смена графиков – киргизским чиновникам всегда было выгоднее получать от зарубежных партнеров индивидуальную поддержку. «Многие думают, что они подзаработают на строительстве этой дороги, - размышляет депутат Жогорку Кенеша Дастан Бекешов. - Но страна проиграет. Мультипликативного эффекта не будет».

Свои слова депутат подкрепляет документом: в 2009 году в Минкономики появилась справка-обоснование проекта ККУЖД с китайской стороны. Там недвусмысленно было сказано, что эту дорогу они намерены проводить именно возле месторождений киргизских ресурсов. Беспокойство парламентария разделяют и эксперты-логисты. По их мнению, Китай осваивает проекты на условиях, выгодных лишь для него самого – мало того, что выдает выгодные кредиты при условии их освоения самими же китайцами, так каждый дорожный проект предполагает за собой выдвижение для страны-заемщика китайского проекта по освоению месторождений на данных территориях.

Прежде всего, речь идет о золоте. Китайцы вывозят из Киргизии лишь золоторудный концентрат без точного учета. Помимо золота, компания добывает серебро и медь. С одного только месторождения Кара-Казык ожидается добыть 543 кг золота, 1911 килограммов серебра и 670 тонн меди. Кроме того, в Узгенском бассейне Кара-Шоро и Сарымоголе разведаны сотни миллионов тонн высокомарочного длиннопламенного угля; а в Алайской долине есть еще и нефть. Общая стоимость недр, расположенных в зоне охвата проекта железной дороги с выходом к Китаю исчисляется десятками миллиардов долларов.

Деньги

Идя навстречу выгодным индивидуальным предложениям, в Киргизии запустили китайскую программу «Ресурсы в обмен на инвестиции». Программа уже вступила в активную фазу. На автомобильной трассе Ош-Эркештам, один из участков которой был отремонтирован китайцами, им отдано золоторудное месторождение Иштамберды. Его стоимость в десятки раз превосходит стоимость ремонта этого участка. Любопытно, что советские геологи открыли его в далеком 1934 году, оценив запасы золота в 79 тонн, а президент Атамбаев уверенно говорит лишь о 20 тоннах.

В своем интервью радио «Азаттык» он заявляет, что никакого риска коридор из Китая в Узбекистан не несет. Очевидно, президент считает нормальными условия китайского кредита под проект, согласно которому, все риски по содержанию и окупаемости железной дороги ложатся на Киргизию. При этом все вопросы и разногласия решаются только в китайском арбитражном суде, и в спорных случаях Киргизия отказывается от всяких претензий к КНР. Киргизия также отдает Китаю право обеспечить работой по строительству и прокладке полотна китайских строителей.

Таким образом, Китай получаит месторождения полезных ископаемых, а Киргизия будет ждать обещанных ежегодных $200 млн от транзита грузов по дороге, задача у которой одна – вывоз ресурсов.

«Кому достанется отличный уголь с узгенского Кара-Шоро? – Рассуждает Марат Мусуралиев. - В Бишкек его не повезешь, с ним только автомобильное сообщение. В Узбекистане рынок ограничен. А в Китай по новой «железке» – пожалуйста. Особенно, если и здесь Китай пролоббирует прокладку железной дороги с его колеей в 1435 мм».

По словам эксперта, еще более жесткая переориентация на Китай ждет Алайскую долину с ее ресурсами. «От нее до Оша по новой дороге 200 км, а до Бишкека 870, и только на автомобиле, а до Китая будет прямая колея 1435 мм и расстояние в 100 км, - приводит пример Мусуралиев. - Не верьте сказкам о прокладке железнодорожного ответвления в меридиональном направлении на следующем этапе проекта, не будет этого»

Киргизскому народу не впервой отдавать свои земли в угоду сиюминутной выгоде. Издание Арена.Kg приводит список земель, отданных, в разное время разными киргизскими правителями. «Шабдан батыр за 40 кобылиц отдал половину Кемина. В советское время пьяные от кумыса руководители народа подарили Сох, Шахимардан и другие земли. При Раззакове склон Чаткала, похожий на рай, был подарен узбекам.  При Усубалиеве земли на джайлоо Суусамыр до Баш-Корумду отошли казахам. При Аскаре Акаеве 200 тысяч гектаров земли Узенгу-Куша отдали Китаю, а Бакиев отдал Казахстану Каркыр», - пишет газета. 

Два ствола

2014 год ознаменовался для Киргизии поставками российской военной техники на  сумму $1,1 млрд. В киргизскую армию попадут вертолеты, боевые машины пехоты, бронетранспортеры, боевые разведывательно-дозорные машины, полевые и стационарные военные госпитали, стрелковое оружие. Таджикистану Россия также окажет помощь в модернизации армии на $200 млн.

В итоге Киргизия сможет встать в военном отношении на один уровень с такими гигантами, как Узбекистан и Казахстан. Но, если Таджикистан, пережив гражданскую войну, удерживает в своей стране пусть и хрупкий, но мир, то Киргизия постоянно доказывает обратное. Каждый политический процесс с участием очередного регионального манапа выливается в массовое неповиновение, при котором все чаще звучат лозунги об исконных землях народов, родов, семей.

При таком развитии событий, когда активная экспансия иностранных недропользователей дополняется внутренней разобщенностью, российское вооружение в Киргизии рискует оказаться в неизвестно чьих руках. В свободном хождении уже находится огромное количество стрелкового оружия из отечественного арсенала, отнятое и брошенное солдатами и милиционерами во время бунтов и переворотов. Чаще всего этот арсенал, согласно криминальным сводкам, всплывает в регионах. Таким образом, и без того вооруженная мятежная провинция вскоре получит в свое распоряжение еще не один боекомплект. Так, по словам главы пограничных войск Киргизии Токона Мамытова, российское вооружение пойдет в первую очередь пограничникам – то есть, в регионы.

Если же учесть, что китайское лобби в киргизском истеблишменте опирается именно на выходцев из регионов, выходит, что, российское оружие окажется именно у приграничных князьков. Это и отказывающийся выполнять прямые приказы главы государства мэр Оша Мелис Мырзакматов, и выходец из приграничного Жалал-Абада, Камчибек Ташиев, предпринявший попытку государственного переворота и отпущенный на волю. Ош и Жалал-Абад – основные территории, которых коснется проект ККУ. Они же – самые сложные в приграничном плане территории, где больше всего вопросов с границей.

Москва пытается вернуть контроль в Средней Азии. Но, выстраивая по южному периметру СНГ вооруженную буферную зону, она рискует получить партию неуправляемых Бишкеком местных ханств, прикормленных китайской экономической машиной, и имеющих в своем владении месторождения - под охраной российского оружия.

Павел Громский


Ранее на тему В столице Индии пресекли протестную акцию тибетцев

Казахстанский парламент ратифицировал соглашение о нефтепроводе "Казахстан-Китай"

Дракон прилетел за сырьем