Западу пора отказаться от монополии на демократию

В рамках проекта "Мировые интеллектуалы в Санкт-Петербурге" "Росбалт" публикует серии аналитических материалов, рецензий и интервью с наиболее авторитетными представителями мировой общественной мысли. Общая направленность материалов – глобальные трансформации в современном мире, проблемы взаимоотношения общества и власти, культур и цивилизаций.

Очередная в этой серии — рецензия на книгу лауреата нобелевской премии по экономике Амартьи Сена

"Identity and violence" Amartya Sen
W.W. Norton and company. New York London 2006

В европейской прессе в последнее время довольно часто можно столкнуться с мнением, что за глобальное противостояние Запада и исламского Востока несут ответственность представители "высокой науки", в частности, хорошо известный в России Самуэль Хантингтон с его мировым научно-философским бестселлером "Столкновение цивилизаций". Приходилось читать прямые обвинения: "Это Хантингтон, некритично воспринятый американской администрацией и оказавший на нее огромное влияние, несет ответственность за вторжение американцев в Ирак".

Напомним, главная идея Хантингтона состоит в том, что на смену расколу по идеологической линии в наступившем веке придет раскол по культурно-цивилизационным линиям. При этом Хантингтон выделяет несколько культур-цивилизаций, сформировавшихся на основе общей религии, общей истории и, как результат, общего менталитета. Хантингтон прогнозирует войны и беспорядки по линиям границ цивилизационных миров, при этом особое значение, по его мнению, будет иметь столкновение западной и исламской цивилизаций.

Хантингтона много критиковали, однако никто не выдвинул в противовес "столкновению цивилизаций" столь же целостной и захватывающей теории и снискал и десятой доли его известности. Однако попытки продолжаются. Выдающиеся мировые умы предлагают свои варианты, свое видение будущего. В минувшем году в США и Великобритании вышла в свет книга лауреата нобелевской премии по экономике Амартьи Сена "Вопросы идентичности и насилие". Книга – прямое оппонирование "Столкновению цивилизаций", и, безусловно, заслуживает внимания читателей.

Почему профессор экономики Гарварда решил взяться за тему из другой области? Ответ можно найти в личной истории автора. Выходец из Индии, в одиннадцатилетнем возрасте он стал свидетелем чудовищной межэтнической резни в конце сороковых годов прошлого столетия. На его глазах единое и мирное общество раскололось на два – "кровожадных индусов" и "беспощадных мусульман". Этот урок мгновенного и трагического расщепления общеиндийской идентичности на две абсолютно несовместимых друг с другом Сен запомнил на всю жизнь, и именно это подтолкнуло его к решению предложить свое видение жизни в современном мире.

Вместо разделения мира на "отдельные ящики", Сен предлагает другую картину: людей, принадлежащих в одно и то же время к огромному количеству различных сообществ-идентичностей. Вот, например, набор идентичностей современного человека по Сену: гражданство, место жительства, происхождение из определенной части мира, пол, принадлежность к определенному классу, политическая позиция, профессия, занятость, принадлежность к определенной культуре потребления, спортивные пристрастия и тд.

Разумеется, в разных обстоятельствах и в разные периоды жизни на первый план выходит принадлежность то к одним, то к другим сообществам. Для шестнадцатилетнего мальчишки наиболее важной может быть его принадлежность к определенной группе болельщиков, в 30 лет он может дорожить, в первую очередь, своей принадлежностью к университетскому обществу, а в 60 наиболее важной может стать принадлежность к определенной конфессии. Однако принципиально, чтобы человек на протяжении всей жизни помнил о своей полиидентичности. Чтобы двадцатилетний европеец и мусульманин видели друг в друге не представителей двух враждебных культур, но, в первую очередь, "молодую поросль человеческой цивилизации", а потом уже все остальное. Таким образом, каждая личность включена в иерархию различных сообществ, и важно, чтобы общее ощущение принадлежности ко многим сообществам не утрачивалось.

Что дает принадлежность к тому или иному сообществу? Гордость, радость, силу и уверенность. Именно на идеях принадлежности сообществу построены современные западные теории "социального капитала", которые характеризуют готовность принадлежащих к одной группе людей помогать друг другу как своего рода социальный золотой запас общества.

Однако оборотная сторона медали — это нетерпимость и ненависть к другим сообществам, которые зачастую являются наиболее распространенным скрепляющим материалом. Анализируя многочисленные межэтнические столкновения в современном мире – между хуту и тутси, между мусульманами и индусами, между сербами и албанцами, автор рисует впечатляющую картину того, как быстро и легко в умелых пропагандистских руках люди теряют ощущение полиидентичности и сосредотачиваются на переживании исключительно своей национальной или религиозной принадлежности.

По мнению Амартьи Сена, ответственность за это во многом несут представители "высоких научных школ" — вроде Самуэля Хантингтона. Ведь для того, чтобы человек мог чувствовать себя полиидентичной личностью, общество тоже должно быть готово воспринимать его таковым. Сколько бы ни пытался чернокожий африканец чувствовать себя не негром, а просто человеком в ЮАР или США времен сегрегации, ничего бы у него не получилось. И, скорее всего, его бы просто убили. А в современном мире сходные проблемы у людей исламской культуры…

Большое внимание уделяет Сен и критике Запада по поводу его претензии на то, что именно западная культура дала миру свободу личности и демократию, а для Востока это является чем-то привнесенным извне, чужеродным. Автор приводит примеры исключительной веротерпимости и демократизма мусульманских владык прошлых веков, которые практиковали принцип уважения человеческой личности еще задолго до "Магна Карта". Свобода и демократия имеют на Востоке ничуть не меньше корней чем на Западе, это общее достижение всего человечества, полагает Амартья Сен. И он убежден, что признание этого факта могло бы очень сильно поспособствовать взаимопониманию.

Рисуя картину "возможного мира будущего" Сен указывает, что уверенность большинства футурологов в невозможности построения общемирового демократического государства определяется их неготовностью корректировать свои концепции демократии. Глобальный мир возможен – полагает Сен, но это будет не тот глобальный мир, который люб Вашингтону и Лондону. Потому что в построении этого мира должны будут участвовать и те, кто справедливо критикуют действия США и союзников в Ираке, и антиглобалисты, которые, пусть и сомнительными методами, но предъявляют вполне убедительные претензии системе мирового корпоративного хозяйства.

Автор не предлагает своей версии основного противоречия, которое будет движущей силой развития человечества, и это, пожалуй, слабое звено книги. Зато он подробно и внятно разрабатывает проблему полиидентичности, необычайно актуальную в нашем мире. Наверное, в этом ему помогает собственный опыт — ведь он является в одно и то же время "азиатом, гражданином Индии, выходцем из Бенгали и Бангладеш, жителем США и Британии, экономистом, философом, писателем, специалистом по санскриту, приверженцем светской идеи и демократии, мужчиной, феминистом, гетеросексуалом, защитником прав сексуальных меньшинств, человеком с нерелигиозным стилем жизни и индуистским прошлым, не брамином, не верящим в предыдущую и загробную жизнь".

Татьяна Чеснокова