Будущее Евразии

На постсоветском пространстве "обкатываются" варианты самых разнонаправленных геополитических союзов. Последним примером стал Союз центральноазиатских государств. Его появление в очередной раз актуализировало «евразийский проект».

На постсоветском пространстве "обкатываются" варианты самых разнонаправленных геополитических союзов. Последним примером нового интеграционного объединения стал Союз центральноазиатских государств, о создании которого было объявлено в конце апреля и в который вошли Казахстан и Киргизия, пригласившие присоединиться Узбекистан и Таджикистан. Эти государства, за исключением последнего, населены главным образом тюрками, что в очередной раз актуализирует «евразийский проект» в формате славяно-тюркского союза – РФ, Турция, Центральная Азия. Проблема в том, что его потенциальные участники руководствуются взаимоисключающими стратегиями. Для Татарстана неоевразийство представляет особый интерес.

«В каждой стране свои червяки»

«Проект, предлагаемый московскими деятелями вроде Дугина, предполагает создание новой российской империи. Он этого даже не скрывает, - заявил «Росбалту» казанский историк Рафаэль Мухаметдинов. – Дугин говорит о евразийском проекте, в котором доминирует Россия, то есть фактически об унитарном союзе, в котором татарам будет «дарована» какая-то жалкая автономия, но не просматривается никакой перспективы создания собственного государства. Все это рассчитано на последних дураков. Татарская интеллигенция не клюнет на эту новую вывеску для старой империи».

Татарстан предлагает свой проект, основанный на равных правах его участников по примеру Европейского Союза. «Если татарский народ захочет объявить о независимости – пожалуйста, этот вопрос решится с помощью референдума», - пояснил ученый. Что касается культуры и духовности населяющих Евразию народов, то в этом, полагает он, «никакого евразийства нет». «Какое единство у православной и мусульманской культур, если мусульмане в России всегда были гонимы, Кавказ был завоеван огнем и мечом, Казань взята Иваном Грозным?» - задается риторическим вопросом Рафаэль Мухаметдинов.

Согласно турецкому видению, главным элементом тюркско-мусульманской евразийской общности является Турция. «После развала СССР она пытается стать крупнейшей региональной державой, - указал Мухаметдинов. – Для этого необходимо улучшать отношения с Россией. Чтобы усилить свою мощь и перестать быть пристяжной лошадкой США, Анкара пытается находить компромиссы с российским государством. Евразийство для Турции – просто способ накачать свои мускулы на постсоветском пространстве».

При этом она отнюдь не намерена портить отношения с руководством государств, на территории которых поднимается тема евразийского братства. «В Татарстане уничтожен почти весь суверенитет, вплоть до того, что Конституционный суд РФ диктует, какими буквами – латиницей или кириллицей – нам писать, - отмечает Мухаметдинов. – Несмотря на это, Турция не защищает здесь тюрские народы, поскольку вынуждена тесно сотрудничать с Россией и в плане экономических связей, и в свете нерешенной курдской проблемы. В каждой стране, знаете, свои червяки. Поэтому Турция, хоть и является ведущей тюркской державой, смотрит на ситуацию реалистично, так как имеет и другие интересы, кроме покровительства тюркским народам».

Свою роль в некотором охлаждении турецкого «евразийского пыла», разгоревшегося было в начале девяностых, сыграл, как полагает ученый, и приход к власти умеренных исламистских кругов, для которых определяющим фактором является именно религия, а не этническая принадлежность.

«Татарам нечему учиться у турок»

«Евразийский проект имеет место быть, поскольку, хотим мы того или нет, Евразия реально существует, - сказал «Росбалту» доктор исторических наук Дамир Исхаков. - Понятно, что за доминирование на ее территории борются две местные силы – Россия и Турция. Но если Россия предоставит своим народам, в том числе и тюркским, возможности для быстрого роста, то никакая Турция не понадобится. Мы, может быть, будем ездить туда в гости, но все наши возможности будут сосредоточены здесь». Пока, поделился ученый своими наблюдениями, татарам особо нечему учиться у турок. «Наш интеллектуальный потенциал достаточен, чтобы мы могли развиваться сами, - считает он. - Но если мы будем так медленно идти, Турция, вкладывающая огромные средства в развитие образования и культуры, нас очень быстро обгонит, и мы, в силу культурных причин, будем вынуждены туда оборачиваться, черпать какие-то идеи».

«Культурный фонд тюркских народов является общим достоянием, и если мы не разрабатываем эту базу, то не можем двигаться дальше, - пояснил Исхаков. - Турки усиленно этим занимаются – у них огромное количество университетов, преподавателей, ученых, тогда как в России не прилагают столь колоссальных усилий в разработке нашего культурного достояния». В РФ на это выделяется слишком мало средств, и отставание уже весьма заметно. «Я все время думаю, каким местом размышляют наши политики, не уделяя должного внимания, в частности, Казанскому университету, - подчеркнул ученый. – Без больших вложений в образование и науку со стороны государства сделать ничего невозможно».

Другой вариант – создание механизмов, позволяющих развивать все это без государственной помощи: в той же Турции половина студентов учится в частных университетах, а в России "все зажато, монополизировано". Пример московского Еврейского университета показался ученому неуместным - «его ведь евреи всего мира поддерживают!». Что же мешает тюркам всего мира, или хотя бы Татарстана, "скинуться" и содержать хотя бы один университет или научный центр? «Современная экономическая элита еще не созрела для того, чтобы понимать такие вещи, тем более ставить их на первое место, - разъяснил Дамир Исхаков. - Турки массово занимаются благотворительностью, потому что их элита хочет ускорить развитие страны. Наши элиты к этому еще не готовы». Поэтому, полагает он, перспективы не очень радужные. «Россия недооценивает внутренне заложенный потенциал своих народов, - резюмировал ученый. - Невозможно развивать одни народы, а другие оставлять за бортом».

Не в этой жизни

Анализируя перспективы реализации евразийских проектов любого сорта, эксперты сходятся в том, что единая Евразия возникнет, определенно, не завтра. Дугинский проект, убежден Рафаэль Мухаметдинов, принципиально нереализуем. «У него ведь как: татарам запрещено заниматься политикой, так и написано, - говорит ученый. – Кто же на это клюнет? Наш, татарский проект, также малоосуществим: сколько времени понадобится, чтобы из русских шовинистов сделать нормальных людей! Мы хотим союз народов, конфедерацию наций, а не союз территорий».

Особняком стоит турецкий проект – он, как и Союз центральноазиатских государств президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, предполагает союз равных. «Однако каждый раз, когда речь будет заходить о правах угнетенных народов – башкир, татар, прочих - и Назарбаев, и другие будут говорить, что они против развала России, - не сомневается Мухаметдинов. – Если они этого не сделают, у них сразу поднимет голову собственная «пятая колонна»: в Казахстане – русские, в Турции – курды».

Комментируя жизнеспособность самого СЦГ, ученый отметил, что от Содружества независимых государств мало пользы, а президент Назарбаев, «человек конкретный, все время пытался оживить СНГ, но, видно, это дело не продвигалось». «Вероятно, Россия выдвигала такие условия, что другим государствам становилось понятно - создается новая империя, и они не соглашались в этом участвовать, - добавил Рафаэль Мухаметдинов, заметив, что может лишь выдвигать предположения. – Казахстан предложил равноправный союз, к тому же, в силу культурной общности государств-участников, он более естественен, чем союз с Россией». Впрочем, констатировал он, «трудно прогнозировать, что получится – в подобных интеграционных образованиях всегда будет рука Москвы».

«В Турции не заметно горячего желания брать под свое крыло постсоветское пространство, - сказал «Росбалту» руководитель Центра евразийских и международных исследований Казанского государственного университета Булат Ягудин. – Это неудивительно. Ведь прежде необходимо определиться с выбором линии собственного развития - а нынешняя Турция расколота». Реализация же назарбаевского проекта, полагает ученый, «упрется в эгоизм элит», не желающих поступиться хотя бы частью собственных полномочий и привилегий. «И Назарбаев, и Путин испытывают ностальгию по СССР, но их возможности весьма ограниченны», - считает Ягудин.

«Третья столица» всей Евразии

Государственный советник при президенте Татарстана по политическим вопросам Рафаэль Хакимов полагает, что евразийский проект – это, в общем, утопия, а само евразийство – скорее, миф, чем основа для реальной интеграции. «Евразия – это, грубо говоря, Россия и Казахстан, - заметил он в интерьвю «Росбалту». - Если брать классику евразийства, труды Трубецкого и Савицкого, то они включали в состав Евразии Монголию и Иран, но не Турцию». В принципе, создание российско-турецкого блока, полагает советник, не исключено, хотя история и культура этих народов очень разная, а оба государства, скорее, стремятся быть ближе к Западу, чем противостоять ему.

Впрочем, на все это можно посмотреть и с другой стороны. «Евразия – органическое пространство, которое, начиная с III века до н.э., объединяло Степь и Лес от Маньчжурии до Дуная, - продолжил Рафаэль Хакимов. - Естественно, оно никуда не делось. Его реинтеграция зависит от политической воли. Если евразийский дух не исчез – его можно восстановить». Экономический интерес здесь вполне понятен – это огромный общий рынок. «На этом пространстве можно работать, и мы этим занимаемся, - отметил советник президента Татарстана. – Однако сразу встает вопрос, где будет его столица. Москва - исключается. Против нее есть предубеждение - я говорю это как евразиец, причем критически настроенный». Москва, убежден г-н Хакимов, никогда не будет столицей объединенной Евразии, так же как и Астана, Стамбул или Баку.

Зато, полагает советник президента РТ, ей может стать Казань. «Но для этого надо не только взять на себя, но и суметь реализовать столичные функции, - отмечает он. - Проведение масштабных международных мероприятий, подобных годовому собранию ЕБРР и тому подобных, приближает нас к достижению этой цели. Да, мы решаем прагматические задачи вроде обновления жилищно-коммунального хозяйства и университетов, строительства метро, выгодной продажи наших вертолетов и «КамАЗов», но при этом всегда имеем в виду некие амбиции. Если у тебя есть амбиции, ты можешь многого добиться».

Но если государства Центральной Азии, тяготеющие к РФ (например, тот же Казахстан), действительно станут сближаться с Россией, им, считает Рафаэль Хакимов, будет «очень трудно работать с Москвой напрямую, поскольку у той еще остались имперские замашки». «Мы же - антиимперские по определению, - констатировал он. - Нам легко договориться с казахами, киргизами и другими – у нас общий менталитет, язык, культура. В любом случае, к Казани нет подозрений. Не будем же мы восстанавливать монголо-татарское иго». Казань – наиболее вероятный центр, который сможет «поднять» евразийство, убежден госсоветник президента Татарстана. «Никто, кроме нее, не сумеет реализовать этот проект, - заключил Хакимов. - Другое дело – будем ли мы этим заниматься». – «Будете?» – «Будем. Но это не значит, что мы все это реализуем».

Яна Амелина