Русские опять станут заложниками эстонской политики

Правящая в Эстонии Партия реформ решила захватить власть в Таллине. Сделать это "реформисты" хотят с помощью административных реформ. О планах "реформистов" сообщил Тоомас Витсут — председатель Таллинского горсобрания, член Центристской партии Эстонии — оппонента "реформистов". По его словам, на недавнем съезде Партии реформ одной из главных целей на выборах в местные самоуправления 2009 года был открыто поставлен приход к власти в Таллине. "Поскольку на это трудно надеяться при честной борьбе за власть, придется плести хитроумные схемы", — предположил Витсут. Он отметил, что один из таких планов предусматривает изменение границы Таллина с помощью его слияния с соседними волостями и мелкими городами. Это приведет к формальному увеличению количества избирателей-эстонцев и сокращению избирателей-русских, что и может обеспечить "реформистам" большинство в местных самоуправлениях.

Съезд "реформистов", на который ссылается Витсут, прошел 3 июня. На партийном сайте об этом съезде можно прочитать лишь, что было избрано новое правление. В секретариате партии "Росбалту" затруднились ответить, почему на сайте нет стенограммы съезда. Однако Витсуту, рассказывающему о планах "реформистов", вполне можно поверить на слово. Эти планы уж больно прозрачны, а цели понятны: имея властьв Вышгороде, где в замке феодалов находится парламент страны, неплохо бы заполучить власть еще и в Нижнем городе, который был с древних времен и остается по сию пору самоуправляемым.

Витсут прав: процент эстонцев в современном Таллине едва ли составляет больше половины жителей. А тенденция оттока эстоноязычного населения Таллина в расположенные рядом самоуправления – местные Рублевки — продолжается. Сменой этнического большинства в Таллине можно объяснить и результаты последних выборов в городское собрание — среди неэстонцев популярность Партии реформ, по инициативе которой был убран с Тынисмяги Бронзовый солдат, крайне невелика, поэтому абсолютную победу на выборах одержали центристы. И правящим "реформистам" пришлось срочно что-то придумывать.

С 1990 года население Таллина сократилось с 479 тыс. 666 человек до 396 тыс. 852. Хотя на официальном сайте Таллина до сих стоит психологически "корректная" цифра 401 тыс. 821 двухлетней давности. С учетом того, что по данным департамента статистики население Эстонии составляет 1 млн 342 тыс. 409 человек, можно говорить о том, что практически каждый третий житель Эстонии — таллинец. С учетом национального состава Таллина и его окрестностей, просматриваются три основных варианта прихода "реформистов" к власти: уменьшить число русских, увеличить число эстонцев или дать русским избирателям меньше депутатских мандатов, чем эстонским.

Впрочем, последнее уже давно проделано: например, район Пирита, в котором традиционно проживают эстонцы, имеет пропорционально гораздо больше мандатов, чем преимущественно русский район Ласнамяэ. По словам Витсута, та же практика была использована и при разделении Вирумаа на два избирательных округа, предпринятая для ослабления позиций центристов, использующих в своих предвыборных кампаниях опору на русский электорат Эстонии.

Уменьшить число русских в Таллине можно, если сделать их жизнь как в столице, так и в Эстонии в целом, непривлекательной. Первый решительный шаг в этом направлении "реформисты" весьма успешно сделали "бронзовой ночью". Попутно достигнув и другой цели – окончательно дискредитировав у эстоноязычного электората Центристскую партию Эстонии, которая заняла в кризисной ситуации невнятную позицию.

Что же касается третьего варианта, то здесь следует помнить, что эстонец — продукт дефицитный, и запасы эстонцев в мире не безграничны. Когда будущий отец-основатель партии Res Publika, американский профессор эстонского происхождения Рейн Таагепера только появился в Эстонии, с ним приключился такой анекдот. На одной из бесчисленных встреч с этим "зарубежным эстонцем" ему задали вопрос, сколько же эстонцев вернется на родину после "восстановления независимости". "Двести", — лаконично и не задумываясь ответил Таагепера. "Двести тысяч?" — переспросили его. "Нет, просто двести". Время показало, что в этом вопросе он оказался прав, а посему резервы эстонцев следует изыскивать на месте.

И если вернуть приверженцев хуторского образа жизни в город тяжело, то "гора пойдет к Магомету" – можно расширить границы Таллина. "Это позволило бы реформистам от Виймси до Сауэ склонить чашу весов в свою пользу и в столице, границы которой были бы расширены", — пояснил Витсут. Очевидно, он справедливо считает, что в окружающих столицу самоуправлениях проживает множество сторонников Партии реформ — это как раз те эстонские нувориши, которые, расселившись в частных домах по соседним волостям, и довели население Таллина до "психологически неприемлемого" национального состава. На прошедших парламентских выборах премьер-министр Ансип баллотировался как раз в окружающем Таллинн уезде Харьюмаа и получил рекордное количество голосов.

Формальным поводом для создания "Большого Таллина" может оказаться давнее требование ЕС, справедливо считающего, что 250 самоуправлений на страну с населением в 1 млн 342 тыс. 409 человек — это неоправданно много. На последних трех выборах в собрания местных самоуправлений число последних постоянно уменьшалось за счет "объединительных" выборов, причем в первую очередь объединялись самоуправления, образующие "матрешки" — город в центре и одноименная волость вокруг.

Самоуправления в Эстонии создаются и ликвидируются решениями правительства. Конституция говорит лишь, что нельзя изменять границы самоуправлений, не выяснив их мнения по поводу этих изменений. Поэтому предсказанный Витсутом ход событий вполне возможен, хотя и будет выглядеть крайне непропорциональным — прилегающие к Таллину волости по своим размерам мало чем отличаются от других волостей Эстонии. К тому же таллинские "рублевки" безнадежно отстают от столицы по инфраструктуре, что неизбежно вызовет перекосы в "большом" столичном бюджете. А границы таллинских окрестностей чрезвычайно запутаны и нелогичны. Так, порт Мууга (Таллинский порт), например, территориально расположен в трех самоуправлениях — Виймси, Маарду и Йыеляхтме, — каждый со своей ставкой земельного налога, что крайне неудобно.

Так что процесс создания "Большого Таллина" не обойдется без жесткой политической борьбы. А так как центристы после Бронзовой ночи могут рассчитывать только на русских сторонников, становится ясно, что русская община Таллина опять станет жертвой борьбы эстонских политиков за власть.

Максим Федоров