Евроконституцию "порвут на британский флаг"

Новый лидер лейбористов и премьер-министр Великобритании Гордон Браун оказался в весьма непростом положении. Активно используя демократическую и правозащитную риторику в своей внешней политике, британский премьер должен убедить сейчас граждан собственной страны, что квинтэссенция демократических процедур – общенациональный референдум – вещь далеко не обязательная.

На референдум – вопреки желанию британского премьера – хотят вынести так называемый "реформирующий договор Европейского Союза", который по инициативе Германии должен заменить провалившуюся на референдумах в Голландии и Франции в 2005 году европейскую конституцию. В свое время руководство лейбористов обещало провести общенациональный референдум по поводу принятия евроконституции. Теперь ширится движение за то, чтобы и реформирующий договор прошел проверку общенационального плебисцита.

Особенно тревожен для Брауна тот факт, что такую позицию разделяет большинство членов его собственной лейбористской партии. Недавний опрос, проведенный исследовательским центром ICM по заказу британского таблоида Daily Mail, показал, что почти четверть сторонников лейбористов не поддержит партию на следующих выборах, если новый договор не будет вынесен на всенародное голосование. Кроме того, как показал опрос, 80% избирателей-лейбористов считают, что по вопросу евроконституции необходим референдум.

Помимо этого на Брауна давят консерваторы, которые увидели в вопросе о референдуме хорошую возможность для того, чтобы ослабить положение премьер-министра и повысить свои котировки. Дэвид Камерон – нынешний лидер тори – недавно риторически вопрошал в палате общин: "Почему он (Браун – "Росбалт") боится доверять людям и организовать референдум?".  

Все это создает для Брауна сложную ситуацию. С одной стороны, лейбористы в своем предвыборном манифесте 2005 года настаивали на необходимости референдума по европейской конституции (а реформирующий договор сохранил ее основные принципы). С другой – Браун отдает себе отчет, что в случае проведении такого референдума, большинство британцев, скорее всего, скажет "нет" договору. Это может иметь серьезные последствия как для Великобритании, так и всего процесса европейской интеграции. Провал реформирующего договора может погрузить ЕС в затяжной кризис с непредсказуемыми последствиями. Ухудшатся и отношения страны с ее европейскими партнерами, а ответственным окажется нынешний премьер. В этом случае лейбористам можно будет распрощаться с успехом на досрочных парламентских выборах, которые, как считается, собирается провести британский премьер на волне возросшей популярности лейбористов после ухода Тони Блэра. Браун все это прекрасно понимает, но не может не считаться с доминирующим в Британии скептическим взглядом на евроинтеграцию.

Великобритания никак не может расстаться с воспоминаниями о своем имперском величии и традициях политики "блестящей изоляции". Евроскепсис здесь весьма популярен. Британские газеты живописуют ужасные последствия европейской интеграции после передачи части суверенитета из Лондона в Брюссель. Наиболее радикальную позицию в этом отношении занимает BNF (Британский национальный фронт, крайне правая радикальная организация) и UKIP (Партия независимости Объединенного Королевства), ставящая своей целью выход Великобритании из ЕС и имеющая 12 депутатов в Европарламенте.

Сложность положения руководства лейбористов отражает судьба вопроса о референдуме. Тони Блэр несколько раз давал противоречивые обещания. Лорд Оуэн – бывший министр иностранных дел в правительстве лейбористов в 1970-х гг. – насчитал шесть различных позиций, заявленных Тони Блэром по этому вопросу. Сам Браун также обещал, что, возглавив правительство, будет "слушать людей", о чем ему не напоминает теперь только ленивый.

Сейчас Браун настаивает на том, что референдум был обещан в случае принятия европейской конституции, тогда как теперь речь идет об очередном европейском договоре, таком, например, как те, что были подписаны в Маастрихте, Амстердаме или Ницце. Эти договоры никогда не одобрялись всенародным голосованием, а утверждались парламентом. Сторонники Брауна также отмечают, что вопросы, касающиеся взаимоотношений Великобритании и ЕС, только однажды выносились на референдум. Это произошло в 1975 году, два года спустя после вступления страны в Евросоюз. Тогда пришедшие к власти лейбористы организовали всенародный плебисцит в пику тори, которые провели решение о вхождении Великобритании в ЕС через парламент, не вынеся этот вопрос на общенациональный референдум, как обещали.

Интересно, что против руководства лейбористов выступают сейчас даже профсоюзы – их естественные исторические союзники. Но они хотят референдума отнюдь не по причинам скепсиса в отношении ЕС: их не устраивает откат от идеи "социальной Европы". Два крупнейших профсоюза —  GMB  (Британский генеральный союз) и RMT (Национальный союз железнодорожных, морских и транспортных рабочих)  - выступили против намерений премьер-министра ратифицировать новый договор в парламенте.

Во-первых, они опасаются, что "протокол о конкуренции в новом договоре может стать троянским конем, который положит начало неконтролируемой приватизации". Их опасения по  поводу тезиса о конкуренции разделяют, кстати, и во Франции. Кроме тго, британские профсоюзы не устраивает то, что кабинеты Блэра-Брауна считают своим успехом на переговорах по поводу реформирующего договора: представителям Великобритании удалось добиться, чтобы Европейская хартия о фундаментальных правах не распространялась на Великобританию. Характерно, что лидеры лейбористов – "партии трудового народа" – своим достижением считают отказ гарантировать социальные права трудящихся, главным образом, право на забастовку. Да и в целом попытка любой ценой избежать плебисцита по поводу реформирующего договора ударяет по имиджу партии: это выглядит так, как будто лейбористы не верят в демократические процедуры.

Отмечая это, оппоненты Брауна основной упор делают на том, что нынешний договор – это по существу иначе названная европейская конституция, которая придает существенный импульс европейской интеграции. Их аргументы достаточно убедительны. Действительно, в соответствии с реформирующим договором появляется такой пост, как президент Европейского Совета. Планируется расширение полномочий высокого представителя по общей внешней политике и политике безопасности. У ЕС появляется юридическое лицо, и значительно расширяется область применения процедуры "двойного голосования", что должно облегчить процесс принятия решений и увеличить компетенцию Евросоюза. А заявления консерваторов, что этот договор лишит Великобританию суверенитета, ничем не обоснованы и являются откровенной политической спекуляцией.

Суть возникшей перед Брауном проблемы была неплохо отражена в передовице недавнего номера Observer. По мнению редакции издания, причина трудностей Брауна и его предшественников на протяжении последних нескольких десятилетий, заключается в том, что они пытались и пытаются трусливо протащить евроинтеграцию для британцев через заднюю дверь. В то время как нужен откровенный диалог с обществом, в ходе которого необходимо прямо сказать, что вхождение в ЕС хотя и означает определенную утрату суверенитета – впрочем, как и присутствие в НАТО и ВТО – но  приносит Великобританию огромную выгоду.

Однако едва ли такой откровенный общественный диалог возможен. Великобритания не готова стать просто одной из стран ЕС даже уровня Германии или Франции. Она хочет играть более значительную роль как в Евросоюзе, так и в мире. Сейчас этому служит союз с США на любых условиях. Объединенное королевство любыми средствами пытается остановить время и удержать видимость былого могущества. В таких условиях, конечно, трудно отдать даже толику полномочий каким-то бюрократам из Брюсселя.

Алексей Тимофеев