На смену "постсоветскому колхозу" идет успешная Евразия

Главным итогом прошедшего в Душанбе саммита глав государств Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) стало подписание пакета документов по созданию трехстороннего Таможенного союза в рамках сообщества. Итоги саммитов ЕврАзЭС и СНГ "Росбалту" комментирует руководитель службы стратегического планирования Ассоциации приграничного сотрудничества Александр Собянин.

— Александр Дмитриевич, главным событием саммита стала организация Таможенного союза: пока только РФ, Белоруссии и Казахстана, в перспективе – с присоединением других. Насколько подобные шаги экономически целесообразны, учитывая фактор ненадежности границ ряда других стран Сообщества?

— На мой взгляд, за последнее время ЕврАзЭС с упорством, достойным лучшего применения, так и не решило большую часть поставленных перед ним в 2002-2003 гг. задач. В этом смысле я полностью согласен с помощником президента России Сергеем Приходько и вице-премьером Сергеем Нарышкиным, которые в тройном саммите СНГ-ЕврАзЭС-ОДКБ в Душанбе выделили как самый главный результат именно создание Таможенного союза России, Казахстана и Белоруссии.

Ничего путного не выйдет, если три успешных государства – Россия, Казахстан и Белоруссия – не ускорят движение интеграции. И просто замечательно, что на саммите отказались создавать новую межгосударственную структуру – если Таможенный союз покажет свою эффективность, к нему достаточно быстро присоединится Киргизия, позже Армения и Таджикистан. Узбекистан будет до последнего выжидать, но и перед ним нельзя закрывать двери Таможенного союза.

— Что даст России перспектива формирования общего энергетического рынка, о котором говорилось во время саммита?

— За лето 2007 года были совершены такие прорывы в части формирования евразийского энергетического рынка, что эта тема на саммите в Душанбе не была главной. Как самое важное, я бы выделил не достижение некой общей евразийской энергетической политики, что считаю нереальным в ближайшие годы. Гораздо более важно, что в сторону России и Казахстана повернулись богатые газом Туркмения и Узбекистан. Эти две страны, два лидера, в лице президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухаммедова и президента Узбекистана Ислама Каримова, и должны быть основными адресатами энергетической политики России и Казахстана в СНГ. От них сейчас зависит очень многое.

— Какие, на ваш взгляд, перспективы развития транспортных коммуникаций в странах сообщества?

— Увы, пока плохие. Киргизия по-прежнему делает вид, что "все флаги в гости будут к нам": в проект Китайско-Киргизской железной дороги (ККЖД) уже пытались войти и немцы, и казахи… Между тем, китайцы не намерены отказываться от узкой колеи 1435 мм (в мире приняты 4 крупных стандарта ширины железнодорожной колеи, страны СНГ и Балтии имеют общий с Россией стандарт широкой колеи в 1520 мм. — прим. "Росбалта"). Поскольку ветка до Кашгара в Синьцзян-Уйгурском автономном округе Китая уже протянута, то для интересов России становится существенным риск появления китайской колеи в Ферганской долине.

Возглавляемый соратником Владимира Путина Владимиром Якуниным Международный форум "Стратегическое партнерство 1520" активно работает в деле сохранения единого стандарта широкой колеи. Но, глядя на мнущихся киргизов, и казахи начинают подумывать о независимой от России железнодорожной политике — уже на уровне правительства Казахстана всерьез обсуждается идея принять китайский стандарт узкой колеи при строительстве Трансказахстанской железной дороги от китайской границы до Каспия.
Если намерения казахов и киргизов будут осуществлены, это нанесет непоправимый вред как сотрудничеству в транспортной сфере, так и состоянию военно-политической безопасности вокруг России и стран ЕврАзЭС и ОДКБ.

Столь же плачевная ситуация с авиационными хабами в среднеазиатских странах – практически ни один серьезный проект не согласуется с проектами авиационного сообщения и развития аэропортов в России.

Серьезного диалога в сфере автотранспортного развития просто нет как такового. Нет и попыток скоординировать выпуск различных модификаций грузовиков КамАЗ, "Урал", ГАЗ, МАЗ в трех странах — России, Белоруссии и Казахстане.
Единственное, что удалось достичь в ЕврАзЭС – это хорошо скоординированный механизм разбора встречных претензий. Целый ряд потенциально серьезных конфликтов в 2003-2007 гг. был разрешен буквально в течение 1-3 суток, что сильно радует. Но это решает лишь сиюминутные проблемы, и к транспортному развитию не имеет прямого отношения.

— В Душанбе президент Казахстана Нурсултан Назарбаев вновь высказал инициативу о создании Центрально-Азиатского союза (ЦАС) государств, однако отметил, что этот союз должен особо тесно сотрудничать с Россией. Что стоит за этим? Отметим, что ранее Казахстан, говоря о ЦАС, не упоминал о приоритетном сотрудничестве с Россией. Что изменилось, на ваш взгляд?

— У России сейчас так много вызовов и проблем, что нужно только радоваться, что Казахстан берет на себя такие интеграционные инициативы. Ни президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, ни премьер-министр Карим Масимов, ни в целом правительство Казахстана не будет ни при каких условиях создавать ЦАС как некий противовес России и российским интересам в странах Средней Азии. К счастью, президент Владимир Путин понимает это гораздо лучше многих моих близких коллег – аналитиков и политологов.

— В ЕврАзЭС состоит Армения. Однако тема Кавказа на саммитах организации "задвинута в тень". Почему так происходит?

— Что правда, то правда. Тут нет какой-то одной главной причины, скорее, несколько менее важных причин. Азербайджан быстро реформирует свои вооруженные силы по стандартам НАТО и готовится стать военным плацдармом для США и НАТО на Каспии. При этом Азербайджан и Армения находятся в патовой ситуации по вопросу Нагорного Карабаха. Усиление вооруженных сил Грузии и активная работа в Грузии американских военных экспертов никого из российских военных, включая нашего главнокомандующего, радовать не может. Подготовка США к атаке на Иран фактически надолго замораживает любые крупные экономические проекты на Большом Кавказе. А транспортная оторванность Армении от России не позволяет развивать сотрудничество с Арменией такими же темпами, как это происходит у России со странами Средней Азии.

Но все же главной причиной я бы поставил бедность углеводородами и ураном. В Казахстане, Киргизии, Таджикистане, Узбекистане есть уран. В Казахстане, Туркмении, Узбекистане много нефти и газа. Нефть есть у Азербайджана, но в азербайджанском секторе ее все же меньше, чем на другом берегу Каспия. А у Армении и Грузии собственных нефти и газа ничтожно мало. Учитывая, что предстоящий мировой финансовый кризис усилит позиции сырьевых государств, можно сказать, что в политике ЕврАзЭС страны Средней Азии по-прежнему будут сохранять приоритет, а политика на Кавказе будет всегда находиться под большим влиянием военно-политических факторов.

Мне кажется, что прорыв на кавказском направлении возможен лишь в случае, если Азербайджан будут более активно привлекать в любом качестве, хотя бы и просто экспертном, к деятельности Интеграционного комитета ЕврАзЭС. Но это сугубая компетенция даже не Таира Мансурова, а Путина и Назарбаева.

- Прокомментируйте, пожалуйста, последние кадровые перестановки в интеграционных объединениях?

— Общее во всех них — кадровое усиление практически на всех направлениях.
Назначение Сергея Лебедева исполнительным секретарем СНГ, это, пожалуй, первое за полтора десятка лет назначение реально сильного политика в эту структуру. Раньше СНГ по понятным причинам было этаким никому не нужным пространством для встреч президентов. Позже "серый кардинал" российской политики в СНГ Модест Колеров попытался поставить приоритетом поддержку соотечественников, что оказалось не слишком эффективным по той причине, что говорили-то о соотечественниках, а в реальной практике пытались иметь в виду исключительно славян.
Бывший руководитель Службы внешней разведки Сергей Лебедев сумеет реанимировать целостную и/или скоординированную российскую политику в странах СНГ. Таким образом, ускорение ЕврАзЭС через Таможенный союз будет сопровождаться параллельным усилением России и стран ЕврАзЭС в рамках СНГ. Собственно, тот же Казахстан и так быстро усиливает свое влияние в той же Грузии и на Украине.

Назначение бывшего посла Казахстана в России Таира Мансурова на пост генерального секретаря ЕврАзЭС также весьма позитивное решение. "Деловой совет ЕврАзЭС" не сумел взять на себя роль интеллектуального штаба Сообщества в части экономической интеграции – на примере той же транспортной политики это хорошо видно. В то же время, "Деловой совет ЕврАзЭС" – вполне эффективная структура в части общения деловых союзов, ассоциаций наших стран. Уверен, что Таир Мансуров сумеет расширить компетенцию Интеграционного комитета ЕврАзЭС, сумеет совершить там кадровую революцию, привлечь новые кадры не только из России и Казахстана, но и с той же Киргизии, Таджикистана, Узбекистана. Время изменилось, изменились вызовы и поставленные руководителями наших стран задачи, нужны и кадровые изменения.
Кроме того, я бы особо хотел отметить, что при Таире Мансурове просто на порядок возросло общение российских и казахстанских ученых, аналитиков, политологов, экспертов. Я просто поражался, сколько его усилиями открылось сильных российских экспертов, способных работать по странам Средней Азии и Кавказа. Т.е., новый генсек ЕврАзЭС уже имеет все нужные навыки, а энергии ему не занимать.

Хотелось бы пожелать Мансурову успеха как в ускорении Таможенного союза, так и в более широком плане. Необходимо, чтобы тема интеграции перестала быть темой закулисных переговоров экспертов или тайных встреч бизнесменов, как это часто было в последние годы, и для этой цели Таир Мансуров просто оптимален. Еще хотелось бы пожелать новому генсеку ЕврАзЭС более активно работать не на лоббистском поле интересов отдельных компаний или финансово-промышленных групп, а на поле крупных проектов институтов развития наших стран. В первую очередь, это касается трех стран, где такие институты имеют огромные бюджеты – России, Белоруссии и Казахстана, но также и остальных стран ЕврАзЭС, где пока институты развития представлены слабее и находятся на "ручном приводе" госуправления.

— И напоследок, выделите самое важное по итогам саммитов СНГ и ЕврАзЭС в Душанбе...

— Первое — Путин весной 2008 никуда не уходит. Как это будет сделано, не имеет большого значения. Второе – Россия, наконец, переходит от двусторонних форматов своей политики на постсоветском пространстве к реально интеграционным действиям. Третье — обозначились три экономических и два политических лидера интеграции: в экономической сфере это Россия, Белоруссия и Казахстан, в политической — Россия и Казахстан. Четвертое — "постсоветский колхоз" из отстающего на мировой арене игрока будет быстро преобразовываться в успешный на глобальном уровне и благополучный для своих жителей блок государств.

Беседовал Александр Евграфов