Гитлер в воспоминаниях потомков
Германия неожиданно вспомнила о Гитлере. Бывшая диктор первого канала немецкого телевидения Эва Херманн, получившая недавно собственную публицистическую передачу, неожиданно с похвалой отозвалась о временах правления фюрера: при нем, мол, и автобаны были выстроены, по которым немцы по сей день ездят, и о семье он трогательно заботился, не то что нынешние… В начале сентября она представила общественности свою книгу "Принцип Ноева ковчега" и призвала спасти немецкую семью так, как это делали неонацисты.
Автобаны немецкая общественность, может, как-нибудь и проглотила бы, несмотря на то что гитлеровская заслуга в их строительстве, на самом деле, – такой же миф, как и множество иных, окружающих его личность по сей день. Строительство автобанов было запланировано и начато еще при Веймарской республике, а фюреру после переворота не осталось ничего иного, кроме как торжественно перерезать ленточку. Однако заботу о семье Эве Херманн не простили: пресловутые "законы о чистоте расы" до сих пор остаются в Германии притчей во языцех. Телеканал ARD закрыл ее программу, другой популярный ведущий, Йоханнес Б. Кернер, отказался от приглашения коллеги в свою передачу...
Впрочем, все эти жизненные невзгоды не слишком ударили по попавшей в опалу журналистке. Она немедленно подала в суд на телеканал, требуя вернуть ее программу в эфир, и выступила с интервью, в котором заявила, что "не обманывается ни насчет Гитлера, ни насчет нацистов, однако рисовать все в черных красках точно так же плохо, как и восхвалять нацизм". Кроме того, Эва Херманн считает, что "в сегодняшней Германии ни один журналист не может позволить себе разговоров на исторические темы без того, чтобы не оглядываться через плечо: а не сказал ли я чего-нибудь лишнего?". Одновременно журналистка объявила, что садится писать вторую книгу о тех временах, в которой готова отстаивать свои взгляды, которые, по ее мнению, ничего общего с восхвалением нацизма не имеют.
Следует заметить, что основным предметом восторга телеведущей действиями Гитлера в области семейной политики стали идеи, в продвижении которых лидер Третьего Рейха вовсе не был новатором – а именно, о роли женщины в обществе. Как известно, Гитлер в этом отношении был весьма консервативен и придерживался знаменитой, придуманной сотни лет назад в Баварии, формулировки "три "К"" об основных женских занятиях: Kinder, Küche, Kirche — то есть, "дети, кухня, церковь". Эва Херманн – известная противница женской эмансипации и, несмотря на то, что сама является великолепным примером "деловой женщины", считает себя приемлемым исключением. Баварские (или, в данном случае, гитлеровские) "три "К"" ее вполне устраивают.
Что ее ни в коем случае не устраивает – так это неожиданно появившиеся в немалом количестве сторонники. Дело в том, что в защиту опальной журналистки неожиданно выступили… немецкие неонацисты. Для начала лидер Немецкого народного союза (DVU) издатель Герхард Фрай, заявил, что готов издать будущую книгу Эвы Херманн, не имеющую еще даже названия, миллионным тиражом. Экс-ведущая от этого предложения во всеуслышание отказалась, подчеркнув, что ни в коем случае не намерена иметь дело с человеком, издавшим книги вроде "Кто есть кто в еврейской мафии" или "Великий фюрер в воспоминаниях современников" — к слову, книги эти были изданы в Канаде, так как в Германии подобные опусы запрещены. Однако на этом изъявления любви неонацистов к новой "единомышленнице" не закончились: партия НДПГ (Национал-демократическая партия Германии) заявила о намерении устроить в Берлине митинг протеста в защиту Эвы Херманн. Журналистка отреагировала подачей иска в суд – она требовала запретить неонацистам пользоваться ее именем для каких-либо манифестаций. Суд пошел ей навстречу и митинг запретил.
Сегодня Эва Херманн думает о минувших событиях несколько иначе. В интервью газете Frankfurter Allgemeine Zeitung она признала, что столь бурная реакция именно праворадикальных партий и группировок заставила ее вспомнить известное изречение: "Скажи мне, кто твой друг – и я скажу тебе, кто ты". "Наверное, — заявила она, — мне следует пересмотреть свои позиции. В конце концов, я – не поклонница Гитлера и не думаю, что в наше время приличные люди вообще могут быть его поклонниками. Если меня берутся защищать "коричневые" — я должна хорошенько подумать, что же сделала неправильно".
Похоже, обещанная Эвой Херманн книга никогда не будет написана – неважно, возьмется ли ее издать кто-нибудь или нет. Однако история про "доброго Гитлера" на этом не закончилась. Проведенный по следам скандала социологический опрос журнала Stern показал, что 25% немцев вполне разделяют ее взгляды, с похвалой отзываясь об автобанах, о нацистском радении за немецкую семью и, в дополнение, о низком уровне преступности. 70% жителей Германии считают, однако, что в правлении нацистов ничего хорошего не было, а снижение уровня преступности произошло не в реальности, а лишь на бумаге. 5% не смогли определиться с ответом.
Примечательно, что тем больше респондентов с похвалой отзывались о "старых добрых временах", чем почтеннее был их возраст: среди опрошенных старше 60-ти лет таких набралось целых 37%, 45-59-летние почитатели нацистского прошлого представлены 15% опрошенных, среди тех же, кто младше 45-ти лет, поддерживают подобные взгляды 20%. Кроме того, весьма важную роль явно играет образовательный ценз: среди тех, кто обладает свидетельством об окончании лишь первой обязательной ступени немецкого образования (Hauptschule), считающих, что нацизм имел свои позитивные стороны, набралось целых 44%. Среди выпускников вузов таковых нашлось 7%.
Борис Альтнер
