Станет ли желанным незваный гость?

Численность граждан России продолжает сокращаться. В 2007 году страна потеряла примерно четверть миллиона человек. Население стареет, количество пенсионеров приближается к 40 млн. Потребность в рабочей силе становится одной из самых острых проблем, и ситуацию лишь отчасти удается смягчить за счет гастарбайтеров. Анализ масштабных перемещений людей из центрально-азиатских стран в Россию подтверждает, что повышенный спрос на внешние трудовые ресурсы отмечается не только в Москве и Санкт-Петербурге. Центрами притяжения мигрантов стали Свердловская, Пензенская, Саратовская, Челябинская, Астраханская, Нижегородская области и Красноярский край. Этот перечень быстро ширится.

Согласно данным ООН, еще два года назад по количеству мигрантов Россия опередила Германию и вышла на второе место после США.Оценивая их число, Федеральная Миграционная Служба называет цифры порядка 7 миллионов человек. На 2008 год один только Таджикистан запросил у России квоту в 800 тысяч рабочих мест. У большинства коренных россиян, встревоженных в 90-е годы наплывом переселенцев и сезонных рабочих из стран СНГ, отношение к ним заметно изменилось. Граждане стали терпимее к "понаехавшим" и постепенно привыкают к ним.

В регионах, испытывающих особенно острый дефицит, уже не только областным администрациям и крупным работодателям, но и населению становится понятно, что труд гастарбайтеров их территориям жизненно необходим. В крупных городах уже сложилась устойчивая система разделения труда, выгодная всем. Растет и понимание того, что мигранты не "грабят" страну, а вполне законно переводят на родину заработанные деньги, ежегодно внося в рост российского ВВП ощутимую долю (не менее 4%).   

Значительная масса мигрантов и возникающие с ними проблемы побудили российских парламентариев внести в законодательство с 1 января 2007 года ряд изменений. Процедура регистрации по месту пребывания и процедура получения разрешений на работу были упрощены, но одновременно с этим были ужесточены требования к работодателям. Результаты новой миграционной политики стали ощущаться практически сразу. Порядка стало больше, а уровень преступлений, совершенных иностранцами в России, за год снизился с 3 до 2,8% от общего числа зарегистрированных.

К настоящему времени практически полностью подтвердились тенденции, предсказанные экспертами для России еще в 90-х годах. Ежегодно растет число мигрантов, отработавших в России теплый сезон и оставшихся "на зимовку". Участились оформленные и гражданские браки мигрантов из центрально-азиатских стран с российскими женщинами. Обозначилась и новая тенденция. Темпы роста населения в Центральной Азии и снижение пахотных площадей в расчете на 1 человека привели к тому, что мигранты стали проявлять интерес к заброшенным российским деревням и к долгосрочной аренде плодородных пустующих земель.      

В азиатских же странах СНГ происходят другие процессы, ранее не свойственные бывшему советскому Востоку. Начиная с марта, население сельских районов Таджикистана, Узбекистана и Киргизстана резко снижается – до 80% мужчин уезжает на заработки. Уровень владения русским языком у молодежи стал намного ниже, чем был до начала массового отъезда русскоязычного населения. Из-за развала системы профтехобразования абсолютное большинство молодых мигрантов способно выполнять только неквалифицированную работу. Длительное отсутствие мужчин повлияло также на традиционно высокую прочность восточных семейных отношений. В семьях трудовых мигрантов растет число разводов. Стремясь сохранить семью, все больше женщин хотят переехать с детьми к мужьям на постоянное место жительство в Россию. Дисбаланс в соотношении женщин и мужчин привел к тому, что многие женщины мирятся с положением второй и третьей жены. Не имеющие семей и работы женщины тысячами стремятся самостоятельно реализовать себя за пределами своих стран.

Интересный процесс наблюдается и в "межнациональном разделении труда". Так, еще в период гражданской войны в Таджикистане 1992 – 1997 годов большинство таджикских маятниковых мигрантов рассчитывали на то, что смогут заняться в России привычной для себя торговлей. Однако продовольственные рынки в российских городах уже были заняты выходцами с Кавказа. Вот почему гастарбайтерам из центрально-азиатских стран пришлось осваиваться в основном в строительной отрасли. Было бы преувеличением утверждать, что, приобретя в России высокую квалификацию,  таджикские и узбекские строители в обозримом будущем создадут в России свои крупные предприятия и потеснят турецкие строительные компании. Однако все идет к тому, что вслед за организованными строительными бригадами в российской провинции уже в ближайшей перспективе появятся созданные бывшими гастарбайтерами малые предприятия для малоэтажного строительства. 

В 2007 году Федеральная Миграционная Служба России официально зарегистрировала 22 тыс. работодателей, имеющих  разрешения на привлечение в Россию иностранных работников. В течение прошлого года в регионах России гражданам из стран СНГ было выдано более 1,8  млн разрешений на работу. Это примерно вдвое больше, чем годом ранее. Однако численность иностранных граждан и лиц без гражданства, поставленных на учет по месту пребывания в России (в 2007 году их было 7,6 млн), пока примерно в 4 раза превышает число легально работающих иностранных граждан. Поэтому средств, поступающих в бюджет в виде госпошлин за оформление разрешений на работу (1000 рублей с одного человека), государство получает в 2,5 раза меньше, чем могло бы получать при системном трудоустройстве мигрантов.

Ситуация с легальным трудоустройством мигрантов действительно далека от управляемой. Массовый отток желающих заработать в России не только повысил уровень коррупции в азиатских странах СНГ, но и открыл новое направление в криминальной деятельности. В странах-донорах рабочей силы появилась масса мошеннических фирм, которые обещают мигрантам выгодное и законное трудоустройство и исчезают после получения авансов за "услуги". Но, признавая остроту проблемы трудоустройства, власти центрально-азиатских стран, пока мало что предприняли для ее решения. Так, по оценкам таджикских экспертов, для обеспечения работой в России полумиллиона трудовых мигрантов, в Таджикистане требуется открыть не менее 700 агентств по трудоустройству. Потребность же в создании таких специализированных агентства в России составляет многие тысячи. Но старт системной работы агентств по трудоустройству мигрантов тормозит отсутствие нормативно-правовой базы.

13 декабря 2007 года участники выездного заседания Комитета Совета Федерации по делам СНГ в Липецке рекомендовали Совету Федерации подготовить проект модельного закона "О деятельности частных агентств занятости". О необходимости принятия этого закона говорилось и на закончившейся 12 марта 2008 года межпарламентской встрече законодателей России и центрально-азиатских стран. По самым благоприятным прогнозам, законопроект будет готов осенью, а принят будет, возможно, до конца года.

Однако, еще в сентябре 2006 года вполне добротный типовой проект законодательного акта "О государственных и частных службах (агентствах) занятости и трудоустройства" был разработан юристами Межпарламентской Ассамблеи Евразийского Экономического Сообщества (МПА ЕврАзЭС), в которое, кроме центрально-азиатских стран входит и Россия. По мнению экспертов, одиннадцатистраничный текст проекта закона вполне соответствовал международному законодательству о труде и, в частности, – Конвенции №181 Международной Организации Труда "О частных агентствах занятости". Он был удобен парламентариям стран ЕврАзЭС для работы по его адаптации к национальным законодательствам. И ровно через год, 20 сентября 2007, Постоянная Комиссия по социальной политике и правам человека другой Ассамблеи – Межпарламентской Ассамблеи СНГ, одобрила проект модельного закона "О деятельности частных агентств занятости".

Почему процесс разработки и согласования трудового и миграционного законодательств в России и в центрально-азиатских странах так затянулся? Какая из межпарламентских ассамблей будет признана автором столь нужного законопроекта? Об этом можно лишь гадать.

Между тем, в ряде стран Евросоюза, открывших свои границы иностранной рабочей силе, уже давно идет настоящая борьба за мигрантов. Собственными трудовыми ресурсами Россия уже не обходится, а безработные в силу многих причин не восполнят потребности страны в рабочей силе. В 90-е годы Россия, занятая переходом к рынку, уже потеряла сотни тысяч граждан, причем не только действительных, но и потенциальных. Значительная часть "миграционных  сливок" из центрально-азиатских стран СНГ перетекла через Россию в Европу и за океан. Если законодательная база по управлению трудовой миграцией будет разрабатываться годами, начавшуюся  борьбу с Европой за мигрантов Россия также проиграет.

Андрей Захватов