Европейские перспективы Медведева

Первый европейский визит президента России Дмитрия Медведева в Германию никаких сюрпризов не преподнес. К такому выводу пришли российский и немецкий эксперты Федор Лукьянов и Инго Маннтойфель. Но в целом, по их мнению, у России и ФРГ есть все шансы выстроить продуктивное сотрудничество по-новому - с учетом всех прошлых ошибок и разногласий.

Президент России Дмитрий Медведев посетил Германию. Итоги визита специально для ИА "Росбалт" и Deutsche Welle ("Немецкая Волна") прокомментировали эксперты с обеих сторон.

Федор Лукьянов, главный редактор журнала "Россия в глобальной политике":

"Те, кто ожидал, что поездка Дмитрия Медведева в Германию принесет сюрпризы, были разочарованы – президент не сказал ничего принципиально нового. Но в совокупности прозвучавшие высказывания составляют стройную картину.

lukianovfedor_234Если попытаться определить лейтмотив визита, им, наверное, станет популярное ныне слово преемственность. Однако не в узком смысле - как продолжение курса Владимира Путина (хотя все основные позиции по расширению НАТО, ПРО и Косово повторены), а в более широком. В контексте становления России как субъекта международных отношений за последние два десятилетия.

Идея атлантического пространства до Владивостока и Ванкувера громко звучала еще на исходе советского времени, когда горбачевское руководство предлагало радикальную перестройку мировой системы на основе внеблоковых подходов. Предложения по созданию европейской системы безопасности уходят корнями в тот же период, затем они выдвигались вновь уже в 1990-е годы. Об общеевропейском саммите, своеобразном возрождении "конгрессов" XIX века как способе задать принципиально иную повестку дня, тоже говорилось не раз. В чем отличие нынешнего пакета инициатив?

В том, что по сравнению с предыдущими этапами существенно изменилась обстановка в Европе. Когда о "новом политическом мышлении" рассуждал Михаил Горбачев, у партнеров это вызывало разные чувства, но, по сути, не воспринималось как серьезная программа действий. Одни восхищались неортодоксальностью странного генсека, другие недоверчиво искали подвох, третьи поражались его наивности, четвертые прагматично использовали открывавшиеся геополитические возможности.

Расчетливые реалисты в итоге и взяли верх. Рушилась гигантская евразийская империя, и победители идеологического противостояния, которые вначале и поверить не могли, что такое возможно, взялись методично осваивать ее геополитическое наследство. В такие моменты не до "общечеловеческих ценностей".

На следующем этапе Россия объективно оказалась в положении, когда ее международный вес резко сократился. У отечественной дипломатии и в девяностые хватало выдающихся достижений и плодотворных идей, но состояние страны и баланс сил в мире не позволяли надеяться на их воплощение.

При Путине российские подходы не были неизменными. Надежды и ожидания первой половины президентства постепенно превратились в разочарование и раздражение. Тем не менее, общий потенциал внешней политики заметно вырос, что и является главным результатом последних лет.

Европейская перспектива тоже менялась в прошедшие два десятилетия. Эйфория объединения Старого Света, которая началась падением Берлинской стены в 1989 году и завершилась вступлением бывшего "социалистического блока" в ЕС и НАТО в начале 2000-х, начала спадать к середине нынешнего десятилетия. Стало ясно, что события в мире развиваются не так, как предполагалось на заре радикальных перемен, когда оптимисты объявили о "конце истории".

Международная система пришла в состояние дисбаланса, а опора западного мировоззрения – трансатлантическое единство – оказалась под вопросом. С исчезновением общей советской угрозы стало понятно, что два берега Атлантики расходятся в политическом смысле. Хотя базовые ценности Европы и Америки совпадают, представления о формах их реализации все заметнее различаются. Но главное – у США и Евросоюза почти нет общих политических целей. Глобальный взгляд Вашингтона, ориентированного на использование силы, встречает все меньше понимания в европейских столицах. Большинство из них утратили вкус к большой геополитике, а если и сохранили амбиции, то намного более локальные.

Стремительный рост Азии, политическое пробуждение "третьего мира", возрождение национального и религиозного самосознания в различных частях планеты, нестабильность на финансовых, продовольственных, энергетических рынках – все это усугубляет общее чувство неуверенности.

Новая мировая обстановка создает иной фон для идей, которые, вслед за своими предшественниками, высказал в Берлине Дмитрий Медведев. Глобальный контекст, от воздействия которого не может отгородиться никто, диктует жесткие правила игры и сужает коридор возможностей и для Европы, и для России. Снижается влияние США. Переосмысление догм предыдущего периода – прежде всего тех, что остались в наследство от холодной войны, – пока по-прежнему не выглядит вероятным. Но то, что представлялось беспредметными мечтаниями, очень скоро может оказаться просто жизненно необходимым. Поэтому полезно вернуться к истокам новой эры, и попробовать уже на следующем этапе, учитывая негативный опыт минувших лет, обратиться к романтическим идеалам Европы до Ванкувера и Владивостока".


Инго Маннтойфель, руководитель русской онлайн- и радиоредакции Deutsche Welle:

ingo_234"Первый визит нового российского президента Дмитрия Медведева в Германию прошел под знаком последовательности развития германо-российских отношений. Медведев и федеральный канцлер Германии Меркель вновь подтвердили известные позиции по вопросам двусторонних отношений и проблем мировой политики. Медведев подверг критике возможное расширение НАТО на восток и планы размещения элементов американской ПРО в Восточной Европе. Как и его предшественник Путин, он потребовал большего открытия рынков Германии и Европы для российских инвестиций. Медведев и Меркель отметили большое значение экономических контактов Германии и России. Они выступили в поддержку проекта газопровода "Северный поток" и пообещали развеять предубеждения ряда стран. Оба лидера надеются на дальнейшее расширение отношений, особенно после подписания нового базового соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС.

Новое лицо и мягкая риторика

Итак, на деле не произошло ничего существенно нового. Визит Медведева был призван продемонстрировать постоянство российской политики и стабильность германо-российских отношений. Что-либо другое было бы воспринято как сенсация. Президент Медведев следует традициям путинской политики не только в силу своей биографии и обстоятельств взлета своей политической карьеры. Более того, он как многолетний председатель совета директоров "Газпрома" и вице-премьер и сам оказывал влияние на российскую внешнюю политику в экономическом и энергополитическом аспектах. Кроме того, было бы преждевременным ожидать от президента Медведева смены политического курса спустя лишь несколько недель после вступления в должность.

Символические жесты вместо конкретных результатов

Во время визита президента России бросалась в глаза дружеская атмосфера, о которой позаботились как Медведев, так и Меркель. Критика возможных планов по расширению НАТО или американской системы ПРО была высказана российским президентом в дипломатических тонах. В устах президента Путина, к примеру, во время его мюнхенской речи в феврале 2007 года это звучало совсем по-другому.

Федеральный канцлер действовала в том же духе, поддерживая в общении с Медведевым дружеский тон. Различия в оценке ситуации с правами человека в России Меркель замаскировала обтекаемой дипломатической фразой о том, что решено "вести открытый и честный обмен мнениями". И так же осторожно и сдержанно она вела себя, когда на пресс-конференции прозвучал вопрос о дальнейшем развитии ситуации вокруг опального олигарха Михаила Ходорковского. Эту тему она ранее комментировала по-другому. Ни Меркель, ни Медведев не хотели нарушать атмосферу доброжелательности. Оба, по-видимому, увидели в смене лиц в Кремле шанс дать новый толчок несколько запутанным и по ряду позиций не совсем гладким отношениям между двумя странами.

Хорошая основа для большего

Конкретных результатов от первого посещения Германии Дмитрием Медведевым в качестве президента не ожидалось. Но этот короткий визит заложил хорошую основу для углубления и улучшения германо-российских отношений в ближайшие месяцы. В речи, с которой Медведев выступил в заключение перед немецкими политиками, предпринимателями и журналистами, он подчеркнул общность совместных ценностей и пообещал способствовать развитию российского правового государства.

Эти цели были восприняты в Германии с полным одобрением, тем более что и немецкий министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер несколько недель тому назад в своей речи в Екатеринбурге предложил именно такую форму модернизированного партнерства. Остается пожелать только, чтобы за словами теперь должны последовать дела. В противном случае доверие к новому российскому президенту будет утрачено".