В Баку решали, как обойти Россию

В Баку 14 ноября прошел IV Энергетический саммит. На бакинскую встречу приехали президенты пяти государств: Турции, Грузии, Украины, Литвы и Польши. На менее высоком уровне были представлены еще более десятка стран — Болгария, Эстония, Венгрия, Румыния, Казахстан, Греция. Также в саммите участвовали министр энергетики США Самуэль Бодман и еврокомиссар по вопросам энергетики Андрис Пиебалгс. На повестке дня стоял вопрос поставок энергоресурсов из Каспийского региона в направлении Европы. В Баку в очередной раз пытались решить вопрос диверсификации европейских поставок, а проще говоря, снятия энергетической зависимости от России.

Еще в преддверии саммита стало ясно, что он не будет прорывным. За день до его начала проходила встреча министров энергетики, которая должна была подготовить к последующему подписанию президентов совместную декларацию саммита. Процесс ее согласования проходил в предельно напряженной атмосфере.

Агентство "Туран" со ссылкой на инсайдера распространило информацию о том, что азербайджанская сторона предоставила проект декларации всего за полчаса до встречи, при этом ряд стран был недоволен текстом, так как он оказался слишком расплывчатым и не ставил акцентированных приоритетов на будущие проекты, а останавливался на констатации успешности уже имеющихся. Так, сообщается, что в первоначальном тексте документа не оказалось ничего о проекте "Набукко".

Примечательно, что декларация, уже позже доработанная и подписанная по итогам саммита, пока что не была предоставлена прессе – о ней лишь высказались официальные лица. Так, министр промышленности и энергетики Азербайджана Натик Алиев сказал, что в декларации отражены вопросы поддержки проектов транспортировки углеводородных ресурсов в рамках энергетического коридора "Восток-Запад", и, в частности, создания газотранспортной системы "Набукко" и нефтепровода Одесса-Броды-Плоцк-Гданьск. В то же время, по данным "Кавказского узла", к бакинской декларации пока не присоединились Молдова, Казахстан и Туркменистан.

Наибольшую удовлетворенность от саммита получила Грузия, которая пытается достигнуть максимальной энергетической независимости от России, сама по себе являясь лишь транзитной территорией. Михаил Саакашвили делал прямые акценты на "российском факторе" в ходе бакинского саммита: "Я убежден, что основной целью агрессии России против Грузии были энергетические объекты: трубопроводы, терминалы, железная дорога, мосты. Россия стремится к 2013 году установить контроль над энергоресурсами региона".

При этом Тбилиси удалось добиться определенных гарантий уменьшения своей энергозависимости от Москвы: с Баку будет подписан пятилетний контракт о поставках газа, что позволит не поднимать цену конечному потребителю в Грузии. По словам Саакашвили, "Азербайджан продемонстрировал большую смелость, и не только ради себя, но и ради энергетической безопасности всей Европы".

Лидеры прибалтийских стран в свою очередь призывали Евросоюз пойти на стратегическое сближение с Азербайджаном. Так, президент Литвы Валдас Адамкус отметил важность проекта Одессы-Броды-Гданьск и призвал Вашингтон поддержать "Набукко": "ЕС должен более плотно работать с Баку и рассматривать Азербайджан как стратегического партнера… Если мы всего этого не сделаем, то поставим под угрозу энергетическую безопасность своих граждан".

Ключевым игроком региона остается Турция, которая, так или иначе, является узловым пунктом для реализации большинства энергетических проектов. Турция выигрывает от запуска "Набукко" и Трансадриатического газопровода. Президент Турции Абдулла Гюль также отметил перспективные направления, над которыми сейчас работает Анкара, а именно – транспортировка через свою территорию иракского и иранского газа. Турции в целом пока удается маневрировать между приоритетами Запада и России, оставаясь выгодным партнером для всех сторон и не идя на конфронтацию ни с кем.

Саммит в столице Азербайджана стал попыткой резкого пересмотра ситуации в Каспийском регионе с учетом мирового финансового кризиса и последствий летних событий на Кавказе. Несмотря на видимые противоречия, все его участники подтвердили приверженность диверсификации поставок энергоносителей в Европу, то есть, задаче уменьшения влияния России.

Если после "пятидневной войны" Азербайджан неожиданно сделал поворот в сторону России, и пошел на фактический отказ от участия в "не-российских" энергетических проектах, например, в том же "Набукко", а Казахстан неожиданно отложил свое участие в заполнении нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан, то теперь предпринимается попытка сделать обратный разворот, при поддержке Европы и США.

Однако, если ослабление России, вызванное финансовым кризисом, приводит к тому, что вновь могут быть пересмотрены уже начатые проекты, все тот же кризис, и как следствие — уменьшение роли углеводородов, может помешать реализации и новых планов, о которых пытались договориться во время саммита в Баку.

На фоне глобального кризиса осуществление тех или иных крупных энергетических проектов будет иметь больше политический, нежели экономический фундамент. О чем открыто заявил на саммите премьер-министр Венгрии Ференц Дюрчань: "В любом случае, проект "Набукко" нельзя осуществить, опираясь только на экономическую составляющую, важно продемонстрировать политическую волю".

Но для решения подобных вопросов (а тот же "Набукко" будет стоить почти $13 млрд) одной демонстрации воли — мало. Если кризис продолжит углубляться, то даже политическая целесообразность не поможет педалировать такие проекты в пользу той или иной сверхдержавы. Тем не менее, саммит в Баку, спустя всего три месяца после войны в Южной Осетии, продемонстрировал, что Россия вновь стала терять свое влияние на страны региона.

Либо в ближайшее время стоит ожидать контрмер со стороны Кремля – в особенности в отношении Азербайджана и Казахстана, либо инициатива в энергетической сфере вновь перейдет в руки Европы и США. Если Западу удастся добиться диверсификации поставок энергоресурсов в Европу, следствием этого станет резкое уменьшение роли России как на этом рынке, так и в политическом плане – на пост-советском пространстве и в отношении Европы. Но чтобы этого добиться, Вашингтону и Брюсселю придется проводить еще не один саммит.

Самвел Мартиросян