"Этот кризис – предпоследний"

Почему не разваливается Украина? Каким будет мир после нынешнего кризиса, и когда настанет следующий? На вопросы читателей "Росбалта" отвечает главный редактор Русской службы новостейСергей Доренко. 

Дамир: Сергей, здравствуйте! В ближайшее время исполнится год пребывания на высшей государственной должности Дмитрия Медведева. Можно ли подвести какие-то промежуточные итоги? 

С.Д.:Я думаю, что итоги будем подводить 7 мая. Сейчас рано подводить итоги, потому что он вступил 7 мая в должность. А когда придет этот день – 7 мая – я даже не итоги буду подводить. Я задам вопрос: "Вступил ли он в должность 7 мая?". Торопливое исследование деятельности Медведева со дня избрания мне кажется неправомерным. Я даже не знаю, стоит ли говорить о годе Медведева с 7 мая, а уж говорить о годе Медведева со 2 марта принципиально неверно, потому что он не вступил в должность 2 марта.

Олег: Здравствуйте, Сергей! Жаль, что вас не слышно на "Эхе". Где можно вас увидеть или услышать? Заранее благодарен.

С.Д.: В Интернете – rusnovosti.ru. Идет прямая трансляция. Сеть радиовещания сейчас расширяется, но, насколько я понимаю, в Питере нас нет, к огромному сожалению.

Дмитрий: Есть ли на самом деле конфликт Медведева и Путина?

С.Д.: Отсутствие конфликта Медведева и Путина – это, скорее, чудо, чем странная вещь. Это, скорее, странная вещь, чем естественная. Если исходить из обычной практики, то два честолюбия, два апломба, два государственных деятеля – довольно странно, что конфликта нет. Я считаю себя очень осведомленным человеком, и я вижу, что конфликта действительно нет, и это странно. Я сам создавал предприятие 50 на 50. Такие предприятия, как правило, не живут. Акционеры ссорятся рано или поздно. А в случае с Путиным и Медведевым мы видим, что пока – 50 на 50, и все нормально.

Дмитрий, Казань: Сергей, что все-таки произошло, что вы расстались с радио "Эхо Москвы"?! Если бы вы только знали, как вас нам не хватает (особенно с Deep-ами)! Успел послушать вас на "Русской службе новостей", но от силы месяц, далее трансляцию ликвидировали!

С.Д.: На радио "Эхо Москвы" есть очень эффективный главный редактор. Судя по всему, он будет главным редактором "Эха" еще двадцать лет, а мне здесь предложили быть главным редактором. Ждать, пока освободится пост на "Эхе Москвы", я не смог бы, а мне предложили собственное дело – собственную редакцию – попробовать свои силы на этом поприще. И я счел это очень интересным и привлекательным.

Аноним: Здравствуйте! Думаю, вам часто задают подобный вопрос. Почему после разгромных статей о Лужкове никаких последствий для него так и не последовало?

С.Д.: У меня было очень много документов. Когда узнали, что есть некий центр критики мэра, мне их тащила вся Москва. Всевозможные статьи, документы с печатями. Мне кажется, что у Юрия Михайловича есть несколько очень важных плюсов для любой власти. Во-первых, у него практически бесконечная материальная база для договоренностей с любыми представителями власти. Ведь власть это не некая сущность сакральная, а конкретные люди. Во-первых, он очень быстро умеет договариваться. Во-вторых, он необходим, потому что у него колоссальная база электоральной поддержки среди миллионов московских пенсионеров, которые полагают, что он – их благодетель. Он очень серьезно воспринимается любыми властями как бесконечно сильный элемент, стабилизирующий электоральную ситуацию, и это его важное качество тоже заставляет его держать на этом месте.   

Александра: Как вы думаете, как скоро Украина развалится?

С.Д.: Она все время хочет развалиться, но она не разваливается. Для меня загадка, почему Украина вообще не разваливается каждую минуту. То есть она все время разваливается и все никак не доразвалится. Я думаю, что один из секретов, почему ей не суждено расползтись никогда – это именно ее хаотическое, плазматическое состояние. То есть она не может рассыпаться, потому что она не жесткая. Согласитесь, что разбить хрустальную вазу легче, чем разбить лужу. Вот Украина – это плазма. Она постоянно в хаосе. Текучая куда-то плазма. И ее невозможно расколоть, потому что она представляет собой единое торжество бардака. И это такая шляхетско-казацкая демократия, где все против всех. Где союзы внезапны и недолговечны. Где вражда внезапна и прерывается вдруг союзами, где дружба и предательство соседствует в миллиметрах, и это все перетекает одно в другое. И невозможно понять, куда вбить клин, потому что все мгновенно перетекает. Вы только что заключили соглашение с Януковичем в 2004 году, и он в июне 2004 года мгновенно ограничивает использование русского языка в средствах массовой информации. Вы заключаете соглашение, выгодное России, с Тимошенко – в январе 2009 года. И Янукович обвиняет ее в предательстве родины и в пророссийской политике. То есть вы начинаете сходить с ума, если пытаетесь наделить украинскую политику структурностью. Она внеструктурна, и в этой связи расколоть ее нельзя.     

Людмила: Добрый день, Сергей! Ваши прогнозы по рокировке в губернаторском корпусе в ближайшее время. Спасибо.

С.Д.: Я думаю, что Евдокимова, конечно, уберут в Мурманске. Это в высшей степени очевидно.  Евдокимов нарушил стабильность динамической системы в кризис своим поведением, своей неподдержкой "Единой России". И дело даже не в "Единой России", а в решительном следовании ошибкам. В любом случае смутьяны, типа Евдокимова, будут убраны. Я думаю, это очень прогнозируемое решение. Что касается других, я вообще жду еще перемен, кроме Евдокимова, но жду их с опаской, потому что действия властей, вполне плановые, могут толковаться сейчас как слабость и как некая паника. Может, как раз больших перемен и не устроят, чтобы продемонстрировать силу.   

Валерий: Что вы думаете по поводу массовой отставки губернаторов?

С.Д.: Сегодня ситуация такова, что даже ошибочные кадровые решения нужно защищать, потому что любое сомнение власти прочитывается людьми как слабость. А если оно причитывается людьми как слабость, то это расшатывает ситуацию непредсказуемо. Поэтому сегодня, вообще говоря, нужно беречься от резких движений.

Сергей: Каким Вам видится послекризисное устройство мира?

С.Д.: Совсем по-новому все будет. Совсем по-новому. Сценариев несколько. Я думаю, самый вероятный – что после этого кризиса господство сохранят Соединенные Штаты. Система глубоко больна, и ей суждено вновь сломаться уже окончательно. Я думаю, этот кризис – предпоследний – он не последний. Последний кризис будет в 2017 году. Если угодно – такая знаковая дата для русских людей. Может, в 1916. А еще есть сценарий, при котором за счет внутреннего потребления Китай выйдет на первую линию – станет мегадержавой, которая покорит Евразию. Тогда Китай и Америка будут соседствовать, враждуя. Но самый ужасный возможный сценарий – это если Америка и Китай становятся очень тесными союзниками. Пренебрегая всякими доктринами, они становятся союзниками в экономике, но настолько тесными, что получается некая Кимерика (Китай-Америка), которая будет правитель миром очень долго.

Сценариев много. Я должен сказать, что утро после нынешнего кризиса наступит. Если он предпоследний, то сразу цельтесь уже на следующий, потому что он не за горами. Утро после последнего кризиса тоже наступит. Это будет мир, который будет трудно узнать. Это будет мир Кимерики или другой. В любом случае наша роль, судя по тому, как мы занимаемся модернизацией, в этом мире первой не будет.    

Андрей Захватов: Сколько потребуется лет, чтобы остановить откачку за рубеж прибылей, полученных от продажи сырьевых ресурсов РФ?

С.Д.: Достаточно полдня. Нужно всего лишь политическое решение.

Юрий: Сергей Леонидович, на каком основании вы, глубоко уважаемый мною человек, перенесли начало вашей передачи "Подъем" с 8:00 на 9:00?! Этим действием вы лишили меня и многих других представителей прогрессивного человечества права на "доброе утро"! Теперь каждое утро я вынужден в течение часа пребывать в нервном ожидании начала вашей передачи! Сергей Леонидович, будьте человеколюбивы! Перенесите начало вашей передачи на 8:00!

С.Д.: Я вставал шесть месяцев подряд в 5 утра или даже где-то в 4:40 – 4:50. Дело в том, что всю подготовительную работу по программе "Подъем" я веду сам лично. Конечно, и моя напарница готовится, но я себя готовлю сам. То есть, у меня нет никаких редакторов. И я выхожу ровно за 2 часа – даже больше чуть-чуть. Я приходил на работу где-то в 5:50 и готовился к восьмичасовому выходу где-то 2 часа 10 минут. И это было очень тяжко. Я ложился спать раньше, чем маленькие дети в семье. Это все шло 6 месяцев подряд без перерыва. А сейчас я отдыхаю вот как: встаю где-то в 5:50. И для меня принципиально важно, что я ложусь спать, по крайней мере, одновременно с маленькими детьми. Я не ломаю жизнь семьи – ложусь, как маленькие дети. Я ложусь около 10 и где-то около 6 встаю. Раньше трудно! Трудно! Боюсь – сломаюсь.

Николай: Когда политики в России осознают, что Россия не может быть гегемоном в мире?

С.Д.: А гегемонов вообще не может быть. Я думаю, что политики в России это осознали. Гегемонов теперь вообще не может быть – если только Кимерика нами упомянутая. И тем более гегемоном не может быть Россия, потому что у нас, к сожалению, нет ни экономического, ни человеческого ресурса сегодня для гегемонии. Российские политики стремятся к тому, чтобы их приняли хотя бы в клуб первой лиги в качестве команды, но и это тоже под вопросом.

Ларион: В какой партии вы состоите?

С.Д.: Я член КПРФ. С 26 сентября 2003 года. Я был на Ставрополье и познакомился там с коммунистами, с партийной ячейкой городка Новопавловск. Такие деды монументальные! Такие мужики очень серьезные! А сейчас я в Кунцевской организации города Москвы. Они меня убедили там. И я им помогал на выборах 2003 года и вступил в партию.