Германия: зверь вырвался из клетки

Трагедия в немецком городке Винненден не только потрясла Германию, но и поставила в тупик многих специалистов. 17-летний школьник, завладев оружием отца, устроил бойню, погубив 17 человек и ранив еще более десятка. Он погиб в перестрелке с полицией, успев тяжело ранить двоих офицеров. Мотивы его преступления совершенно неясны.

Германия в шоке. Канцлер Ангела Меркель объявляет 11 марта днем общенационального траура по жертвам трагедии. Ведущие телеканалы отменяют некоторые программы, чтобы "по горячим следам" выдать в эфир сюжеты о том, что случилось в 20 км от столицы одной из самых богатых земель ФРГ – Баден-Вюртемберга. И все, абсолютно все задаются единственным вопросом: почему произошла эта трагедия? Ответа не могут дать ни полицейские, ни психологи.

Скромный 17-летний парнишка родом из небольшого селения Лойтенбах, ученик местной школы второй ступени проснулся рано утром, позавтракал, оделся во все черное, взял из оружейного шкафа отца пистолет, отправился в свою бывшую школу и открыл прицельный огонь. Застрелив девятерых учеников и троих учителей (одна из погибших – молодая практикантка, впервые вышедшая на работу) и ранив еще десять человек (одна девочка скончалась от ранения в больнице), он вышел на улицу и убил сотрудника расположенной через дорогу психиатрической клиники, двоих прохожих, и ранил еще нескольких человек. Угрожая пистолетом, он взял в заложники водителя припаркованной неподалеку машины и заставил его отвезти себя за 40 километров от родной школы, в соседний город Вендлинген.

К этому времени по его следам уже шла тысяча полицейских, поднятых по тревоге во всем округе. На автомобильной парковке одного из супермаркетов парнишка отпускает своего заложника на все четыре стороны, после чего врывается в торговый зал и вновь открывает стрельбу. Погибли двое и получили ранения пятеро посетителей супермаркета. Наконец, полицейским удалось оттеснить стрелка в одно из складских помещений, где, по одной версии, он погиб от пуль полицейских, а по другой, застрелился.

С 2002 года в Германии ежегодно отмечается траурный день так называемого "Эрфуртского побоища". В тот год 27 апреля в столице Тюрингии произошла подобная трагедия. Погибли 16 учеников и преподавателей местной школы, однако там мотивы были совершенно ясны. Бывший ученик этой школы, исключенный за неуспеваемость, явился в альма-матер, чтобы "отомстить".

В данном случае мотив мести допустить сложно, по крайней мере, на первый взгляд. Проходя обучение в реальной школе "Альбертвилль", Тим (так звали парня) получал хорошие оценки, не ссорился с соучениками и преподавателями. Аттестат его, в конце концов, выглядел приличным. В новой школе дела шли не так хорошо, но это списывалось на трудности адаптационного периода. Тим занимался спортом, не чурался компании, хотя близких друзей у него и не было. Семья его также не считалась "проблемной". Отец – предприниматель средней руки, мать – домохозяйка. Денег в доме всегда хватало, и родительским вниманием парень не был обойден. Что же могло повлиять на него так, что в один прекрасный день он превратился в массового убийцу? Ответа не могут дать ни родители, ни следователи, ни психологи. Неизвестно даже, видел ли Тим во вторник утром по телевизору репортаж о трагедии в Америке. Всего за несколько часов до трагедии в Виннендене "школьное побоище" произошло в американском штате Алабама – погибли 11 человек.

Таким образом, можно констатировать, что Тим был абсолютно средним, ничем не примечательным "нормальным" парнем – таким, от которого меньше всего можно было ожидать "слета с катушек". Винненден – городок маленький и, если можно так выразиться, чисто немецкий. Здесь нет пресловутых межнациональных школьных проблем, с которыми сталкиваются учебные заведения в больших городах – просто потому, что здесь почти нет иностранцев. "Не приживаются" в Виннендене и экстремистские группировки любого толка. В зажиточной бюргерской среде радикальные идеи как неофашистов, так и неокоммунистов особой популярностью не пользуются.

Погибший 17-летний убийца раньше даже в драке замечен не был. Его не травили злые члены школьной или дворовой банды – потому что нет их, этих банд, в Виннендене. Он не отличался пристрастием к каким-либо "особенным" фильмам, книгам или музыкальным произведениям – разве что собирал коллекцию видеозаписей детективов (предпочитая так называемые "интеллектуальные", вроде экранизаций приключений Эркюля Пуаро и мисс Марпл) и увлеченно играл в знаменитую онлайн-игру World of Warcraft.

Тим не хранил какую-нибудь "не такую" литературу или видео. Проблем сексуального характера у парня не наблюдалось – с девушками было все нормально. Так что на данный момент у следователей штутгартской прокуратуры нет ни единой зацепки, ни одной идеи насчет того, отчего вдруг в один прекрасный весенний день молодой человек из благополучной семьи превратился в маньяка.

Еще одну загадку таит тот факт, что взятого им в заложники водителя он попросту отпустил, но расстреливал при этом всех остальных, кто имел несчастье попасться ему на глаза. После его гибели выяснилось, что, выходя утром из дому, Тим захватил с собой столько боеприпасов, что мог перестрелять хоть всю школу, в которой учатся 580 человек.

Министр образования Баден-Вюртемберга Хельмут Рау заявил, что принимающие участие в расследовании психологи в качестве рабочей версии выдвинули предположение: Тим страдал раздвоением личности или, по крайней мере, обладал так называемой "двойной идентичностью", то есть в течение многих лет привычно и тщательно скрывал от всех окружающих свои настоящие мысли и чувства.

Подобные случаи известны. Стала ли произошедшая накануне в Алабаме трагедия своеобразным "спусковым крючком", после которого "зверь" вырвался наружу? Неизвестно. Самое страшное заключается в том, что, как утверждают специалисты, подобные случаи спрогнозировать вообще невозможно. Если трагедию 2002 года в Эрфурте, по мнению экспертов, можно было предотвратить, уделив больше внимания и заботы "проблемному" подростку, то в данном случае ни предвидеть ситуацию, ни повлиять на ее развитие было попросту невозможно. "Двойную личность" опытные психологи в состоянии выявить, однако, во-первых, для этого требуются длительные сеансы терапии (поводов для них в данном случае попросту не было), а во-вторых, в маленьком провинциальном городишке вряд ли нашелся бы психолог такого класса, да и что ему делать в обычной, ничем не примечательной реальной школе?

Сейчас с пострадавшими и их родственниками работают 15 "профессиональных утешителей" – это психологи особой медицинской службы, которые специализируются на подобных случаях. Однако что они могут сказать своим подопечным? Заверить, что подобное больше не повторится? Пообещать защиту на будущее? Вряд ли.

Борис Альтнер