Кто главнее Суркова?

Первый заместитель главы администрации президента РФ Владислав Сурков в последние недели стал одним из наиболее обсуждаемых в экспертном сообществе российских политиков. Причем дискуссия, порожденная слухами о его предстоящей отставке и критикой его политического курса, привела к спору: можно ли вообще считать этого чиновника "главным идеологом" России эпохи Путина и Медведева.

О фигуре Владислава Суркова на этой неделе напомнил очередной скандал вокруг кампании по выборам мэра Сочи, в которой участвует, наравне с прочими достойными соискателями, член бюро оппозиционного движения "Солидарность", бывший вице-премьер российского правительства Борис Немцов. Как сообщил на днях глава его избирательного штаба, экс-лидер "Молодежного Яблока" Илья Яшин, сочинские выборы должны были стать на минувших выходных центральной темой программы "Главный герой" на телеканале НТВ. Причем, помимо Немцова, речь в ней должна была идти также о крупном бизнесмене Александре Лебедеве, нынешнем и.о. мэра Сочи Анатолии Пахомове и депутате от ЛДПР Андрее Луговом, заявивших к тому моменту о своем желании поучаствовать в предстоящих выборах.

Однако, как утверждает Яшин, подготовленный сюжет по выборам мэра Сочи был снят с эфира по личному распоряжению замглавы администрации президента Владислава Суркова. Как рассказывается в интернет-блоге самого Немцова, "по информации, которую я получил из надежных источников, Кулистикову (генеральный директор телекомпании НТВ Владимир Кулистиков – "Росбалт") позвонил главный цензор Сурков и сказал, чтобы программу сняли, а про выборы в Сочи забыли".

Таким образом, в споре о главной функции Владислава Суркова появляется новое определение: "главный цензор". Однако думается, что центральным словом в этом сочетании все же надо считать "главный".

Напомним, что публично обсудить роль Владислава Суркова в российской политике первым фактически предложил руководитель Центра социальной политики РАН Евгений Гонтмахер в газете "Ведомости". Он назвал первого заместителя главы администрации президента "Сусловым наших дней", то есть главным идеологом, а точнее – создателем нынешней официальной идеологии российской власти, от которой Гонтмахер и призвал отказаться как от слишком затратной и вредной в нынешних условиях. В ответ на это многие публицисты и аналитики, которые позиционируют себя как государственники, выступили в защиту Владислава Суркова и его идеологических установок. Некоторые из них даже утверждали, что попытка инициировать отставку первого заместителя главы администрации президента может спровоцировать едва ли не развал существующей политической системы.

Наконец, венчала эту дискуссию статья другого видного "идеолога" — Станислава Белковского, опубликованная Газетой.Ru. Уже один ее заголовок — "Менеджер по утилизации" — свидетельствовал о намерении опровергнуть как критиков, так и защитников первого замглавы администрации президента и "низвести" его до ловкого технолога-управленца. По мнению политолога, "Сурков же просто всегда выполнял свою работу так, чтобы начальству нравилось", поскольку он обычный "политический технолог". Идеологию же формулировал правящий класс, а вовсе не один единственный человек в кремлевском кабинете, полагает Белковский.

Итак, налицо три взгляда на роль Владислава Суркова в отечественной политике: "главный идеолог", он же "главный цензор" со знаком минус, "главный идеолог" со знаком плюс и, наконец, "рядовой" политтехнолог на службе Кремля, высоко поднявшийся в силу обстоятельств, а не собственных уникальных талантов. Причем если не вдаваться в детали, пытаясь оценить роль первого замглавы администрации президента, то подходов фактически два: главный и не главный.

И тут хочется внести уточнение. А почему, собственно, вопрос ставится именно так? Почему не иначе: идеолог или не идеолог? Конечно, один человек не в состоянии сконструировать даже подобие всеобъемлющей идеологической модели, не говоря уже о работающей конструкции, пусть и с большим количеством издержек, как сегодня происходит в России. И в этом Станислав Белковский прав. Но вполне уместным выглядит вопрос: а есть ли сегодня в России другие публичные персоны, которым можно приписать авторство нынешней национальной идеологии? Например, Владимир Путин явно не претендует на авторство. Он — национальный лидер, носитель и гарант этой идеологии, но никак не автор. Дмитрий Медведев, понятно, в еще меньшей степени автор этой идеологии, потому что в то время, когда она формировалась, он занимался совсем другими делами.

Иначе говоря, в российской власти просто нет иных идеологов, кроме Суркова, по крайней мере, в публичной сфере. Поэтому Владислав Сурков – если и не главный идеолог, то уж точно – единственный. Может быть, "суверенная демократия" – модель неудачная, и в будущем способна, особенно в условиях затяжного мирового экономического кризиса, снова завести Россию в тупик, но альтернативной идеологической модели стране пока не предлагается (не считая коммунистической и ультралиберальной, которые себя в прошлом уже серьезно дискредитировали).

И преуменьшать роль Владислава Суркова в формировании этой полноценной идеологической модели, по меньшей мере, странно. Уже тот факт, что некоторые политические шаги, что бы ни утверждал Станислав Белковский, в России делаются исходя именно из идеологических, а не конъюнктурных соображений, — свидетельствует о том, что Сурков — именно идеолог, а не удачливый политтехнолог. И ответственность за происходящее в стране в последнее десятилетие он (как "главный") несет уже хотя бы потому, что его идеи, как и всякая политическая мифология, порождаемая любой властью, начинают жить собственной жизнью и восприниматься населением как естественные национальные догматы.      

Иван Преображенский