Документики в постель!
Среди минувшей недели депутаты Госдумы решили ужесточить президентский законопроект по поводу уголовных наказаний для педофилов. Идея сама по себе хорошая. Вот только у нее могут быть два последствия – драматическое и трагическое.
Уж сколько раз просили депутатов всех уровней: не трогайте, пожалуйста, ничего руками! По крайней мере, не ломайте то, что работает. «Выпивайте, закусывайте, и пусть вас не волнует этих глупостей», как писал Исаак Бабель. К голосу разума в очередной раз не прислушались. И правильно – должны же депутаты доказывать свою нужность хоть самим себе. На сей раз они решили улучшить, то бишь ужесточить, президентский законопроект по поводу наказаний для педофилов.
Замечательно улучшили. Увеличение сроков, несомненно, поможет борьбе с педофилией. Почешет в голове заядлый педофил и скажет: «Десять лет я, пожалуй, готов был отсидеть. Но пятнадцать – это перебор. Забуду-ка я свою преступную страсть».
Значительно менее забавно выглядит введение тяжких наказаний за «развратные действия». Был в Англии такой преподаватель математики – Чарльз Лютвидж Доджсон — по свидетельствам некоторых современников, весьма увлекался фотографированием обнаженных малолетних девочек, и одной из них оказалась всем известная Алиса Плезенс Лидделл. Ни Британию, ни Европу проблема педофилии в тот момент особо не волновала – их значительно больше занимал вопрос гомосексуализма. В силу этого пострадали и даже попали в тюрьму Оскар Уайльд, Поль Верлен и многие другие. А с педофилией было как-то попроще. Будь в то время статья по поводу «развратных действий в отношении несовершеннолетних» — не было бы ни Льюиса Кэролла, ни «Алисы в Стране чудес».
Итак, о драматическом. Идея ужесточить наказание – то есть предусмотреть обязательное тюремное заключение, причем на срок до 4 лет – для всех, кто оказался в постели с подростком от 14-ти до 16-ти, несомненно, прекрасна. В условиях кризиса это дает шанс для заработка гражданам от 14-ти или представляющим их законные интересы опекунам. Вот скажите, как определить, знал ли партнер возраст своего партнера «заведомо», как этого требует закон? Предъявление паспорта перед укладыванием в постель – идея хорошая, но не всегда, увы, реализуемая.
Если перед эсеркой Еленой Мизулиной и коммунисткой Ниной Останиной, лоббистками нового законопроекта, построить десяток девушек (как, впрочем, и юношей) в «боевой раскраске» и соответствующей одежде – вряд ли они догадаются, кому до шестнадцати, а кому – после. Следовательно, есть превосходная возможность для шантажа! Приходит хорошо сформированная девушка или мускулистый юноша на пляж, лучше всего – нудистский… А на следующий день — в суд. В общем, можно не работать. Вообще никогда.
Возможно, у кого-то возникнет мысль, что автор пытается оправдать и защитить педофилов. Отнюдь нет. Более того, я бы ратовал за то, чтобы расстреливать их публично – разумеется, после честного и непредвзятого суда. Но поскольку в нынешних условиях «моратория на смертную казнь» это невозможно, готов предложить другой вариант. Поскольку педофилия – это, скорее всего, болезнь, ее надо лечить. И поскольку это болезнь общественно опасная, лечить радикально. А радикальный метод один – кастрация (не химическая, как предлагают на Западе, а хирургическая). Как говорил по несколько другому поводу наш нынешний премьер, «чтоб больше ничего не выросло».
Но именно здесь мы переходим ко второй части наших рассуждений – не драматической, а трагической. Ведь пропавшие деньги, или даже попадание в тюрьму – это всего лишь драма, дело поправимое. Трагедия – это лишение жизни.
Кастрация, смертная казнь, пожизненное заключение – все это, конечно, оттолкнет какую-то часть злодеев-педофилов от преступлений. А вот другую часть, не готовую побороть или хоть как-то сублимировать свое нездоровое влечение, наоборот, подтолкнет. К чикатиловщине. И об этом наши депутаты со своими законодательными новеллами совершенно не подумали (в отличие, кстати, от президента).
А зачем, собственно, насильнику оставлять свою несовершеннолетнюю жертву в живых, если максимальный срок наказания – что так, что так – двадцать лет? Загляните в статью 105 УК РФ и убедитесь. Надеюсь, вы в курсе, что сроки у нас прямо не суммируются? Стало быть, педофилу проще убить изнасилованного ребенка – срок-то тот же, а вероятность опознания уменьшается. Боюсь, что депутаты в очередной раз постарались улучшить то, что улучшать не стоило. Во избежание.
Мы, конечно, узнаем, кто был прав – президент или депутаты – через пару лет по результатам статистических исследований. Если их не засекретят. Или вырастет число связанных с сексуальными преступлениями против несовершеннолетних убийств – или, наоборот, сократится число таких преступлений. И очень хотелось бы ошибиться в пессимистичных прогнозах.
Но в любом случае эксперимент, увы, проводится не на дрозофилах или крысах, а на наших детях. За что народным избранникам, конечно же, отдельное спасибо.
Человек Среды
