Тибет глазами очевидца. Часть II

Обозреватель "Росбалта" в составе небольшой группы российских журналистов по приглашению китайской стороны посетила Тибет. Впечатления от встреч с представителями разных слоев тибетского общества, руководством провинции, от посещения монастырей, деревень, предприятий и научных центров Тибета – в серии материалов о сегодняшней ситуации в Тибете (продолжение, начало читайте здесь).

Считается, что Китай более плавно вошел в капитализм, чем Россия. Наверное, во многом это так и есть. Однако, что касается имущественного расслоения, то по всем классическим расчетам коэффициент имущественного неравенства в КНР более выражен, чем в России. Как и у нас, прежде всего, очень велика разница в уровне жизни в деревне и городе. Правда, российская сельская бедность идет рука об руку с беспробудным пьянством значительной части населения, а китайская деревенская нищета алкоголизацией не отягощена.

На Тибете же разрыв в средних доходах горожан и селян еще больше, чем в среднем по Китаю. Так, в 2003 году в среднем по Китаю горожане получали доход в 2,76 раза больше крестьян. А на Тибете этот разрыв доходил до 4,8 раза! Правда, к 2007 году разрыв на Тибете удалось сократить до 4 раз. А с учетом того, что в целом по стране разрыв, несмотря на все усилия правительства, вырос до 3,3 раза, Тибет по этому показателю подтянулся к другим провинциям.

О каких суммах дохода идет речь? Согласно китайской официальной статистике, средний доход горожан на Тибете в 2007 году составлял 11131 юань ($1590) в год, а селян – 2788 юаней ($398). При этом надо отметить, что сельское население составляет порядка 80% от всего по региону.

Здесь можно увидеть сельские дома очень разного качества, но все более-менее приличные поселки — это результат действия специальных программ по строительству на Тибете нового жилья для скотоводов. Вместе с новыми домами предлагается и иной образ жизни: вместо кочевого скотоводства и жизни в палатке – животноводческая ферма и выращивание сельскохозяйственных культур. Все новые поселки сохраняют отчетливые национальные черты и в архитектуре, и в планировке, и в отделке домов.

При некоторых поселках возникают кустарные производства – например, ткачество (особенно популярны ковры из шерсти яков);

другое ремесло — изготовление традиционной мебели – необычайно ярко расписанной и украшенной резьбой.

Вообще украшение крыльца, ворот, самодеятельная роспись внутреннего двора – приметы современного тибетского сельского дома. Тут вам и драконы – символ власти, и рыбы – символ изобилия, и стилизованные слоны и тигры. Попадаются и многочисленные свастики, столь непривычные для европейцев.

Кстати, символ денег здесь — жаба.

Вопрос обеспечения населения надежным, теплым жильем — один из самых острых на Тибете. И он решается. В 2006-2007 годах в строительство жилых домов для селян было вложено 6,6 млрд юаней ($942 млн). В результате в новые отдельные дома переехали 112 тыс. семей тибетцев, больше полумиллиона человек; при общем населении Тибета в 2,8 млн человек — это огромный прогресс. Вообще же за 11 пятилетку (2006-2011 годы) на строительство 180 важных для региона объектов планируется истратить 77,88 млрд юаней ($11,125 млрд). Среди этих объектов — электростанции, дороги, аэропорты, жилые кварталы… При этом надо понимать, что местные доходы формируют приблизительно десятую часть расходов на регион, то есть основные затраты — это государственные субсидии.

Однако, хотя среднестатистический тибетец – это, безусловно, сельский бедняк, причем живущий в разы скромнее нашего крестьянина, — на Тибете уже сформировалась и прослойка состоятельных людей – "новых тибетцев". В ответ на мои настойчивые просьбы назвать богатейших людей Тибета представители местной администрации привели в пример двух – фермера, занимающегося производством местной водки, и владельца сети предприятий по изготовлению растительного масла и разнообразных препаратов из трав. Нам удалось побывать на фабрике по производству масла и поговорить с ее владельцем не только об экономической ситуации, но и, что называется, "за жизнь".

В 1983 году Тава Дунь Чжу работал учителем, то есть был существенно образованнее большинства тибетцев.

Видимо, поэтому он почувствовал новые экономические перспективы раньше других и сумел в них сориентироваться. Бывший учитель взял кредит в 20 тыс. юаней, приобрел грузовик и занялся перевозками на формирующемся свободном рынке. В течение нескольких лет он поработал на разные частные и государственные компании, а в 1990 году и сам стал предпринимателем с собственным бизнесом. Накопив денег, бывший учитель вложил их в строительный бизнес, одновременно занимаясь и другими направлениями – перевозками, торговлей. К 2005 году Тава определился с теми бизнес-направлениями, которые были ему близки и приносили наибольший доход, и закрыл и перепродал другие предприятия. Так он остановился на производстве масла и разнообразных продуктов из местных трав. Сегодня годовой оборот его компании — порядка 200 млн юаней ($28,57 млн), общий капитал – около 300 млн юаней ($42,86 млн).

Тава Дунь Чжу – тот самый социально ответственный бизнесмен, о котором грезит наше правительство. На территории его предприятия чистота и порядок, построены не только прекрасные дома для рабочих из отдаленных районов, но и библиотека с актовым залом, где проходят совместные праздники и лекции. При этом Тава подчеркивает, что он сознательно набирает рабочих из бедных районов. Средняя зарплата на его предприятии -1500 юаней в месяц — по здешним масштабам очень хорошая. Офис компании оформлен в ярко выраженном национальном духе, сам владелец – в самобытном костюме, надетом, понятное дело, для встречи с русскими журналистами, однако, выглядит он в нем не как ряженый, а исключительно органично.

У Тавы двое сыновей, старший в университете, в Китае, младший — в школе. Подумывает о зарубежной аспирантуре для старшего сына. По словам Тавы, сегодня состоятельные люди здесь делятся на две группы – традиционалистов, отвергающих идею заграничной жизни для своих детей, и глобалистов, которые не против послать своих чад за границу. Между делом успевает отметить, что среди богатых людей не только предприниматели, но и много чиновников, – это нам знакомо.

Сам Тава много ездит по миру, участвует в международных конференциях, завязывает связи, но вот отпуск, как утверждает, предпочитает проводить в родных тибетских горах. В общем, производит впечатление умного делового человека, ценящего открывшиеся возможности и старающегося при этом помочь родному краю и людям вокруг. Кстати, в комнате для приемов в офисе компании на почетных местах, украшенные по тибетской традиции белыми шарфами, висят рядком портреты Мао Цзедуна, Дэн Сяопина, Цзян Цземиня, Ху Цзиньтао.

Как говорит Тава Дунь Чжу, частный бизнес развивается на Тибете быстрыми темпами. Сегодня здесь уже 4700 частных предприятий и 80 тыс. индивидуальных предпринимателей, в 2006 году 60% поступлений в местный бюджет приходились на негосударственный сектор.

Ореол чудодейственности, которым овеяны тибетские травы и разнообразные снадобья, — это, по-видимому, один из главных бизнес-заделов региона. Во всяком случае, наш переводчик-китаец, сотрудник пекинского международного радио, накупил родным и знакомым две огромные сумки разнообразных снадобий и растений и уверял нас, что его близкие будут чрезвычайно рады таким подаркам: "У нас очень ценят тибетские травы и препараты". А поскольку население Китая составляет 1,3 млрд человек, у тибетского традиционного бизнеса отличное будущее.

Татьяна Чеснокова

Открыть галерею