На великий и могучий «полОжили»

Чиновники решили в очередной раз препарировать русский язык. Теперь образцом для подражания может стать учительница из "Доживем до понедельника", говорящая "лОжить".

С 1 сентября вступает в силу приказ №195 Министерства образования и науки от 8 июня 2009 года, определяющий список словарей, грамматик и справочников, содержащих нормы современного русского литературного языка. По словам создателей, это делается для упрощения реализации на практике принятого в 2005 году закона "О государственном языке Российской Федерации" и для унификации справочных изданий. То есть закон был, но не было официально утвержденного Минобразования списка методик (грамматик, словарей и справочников), на которые необходимо ориентироваться.

Согласно этому приказу, теперь во всех спорных ситуациях авторы, включая педагогов, чиновников, журналистов и дикторов, будут обязаны аргументировать свою позицию ссылками исключительно на указанные словари. Примечательно, что из всего многообразия известных академических словарей и справочников статус официальных присудили всего четырем: "Орфографическому словарю русского языка" Брониславы Букчиной, Инны Сазоновой и Людмилы Чельцовой, "Грамматическому словарю русского языка" под редакцией Андрея Зализняка, "Словарю ударений русского языка" Ирины Резниченко и "Большому фразеологическому словарю русского языка" с комментариями Вероники Телия. Все они, кстати, выпущены в одном издательстве – "АСТ-пресс". Зато словари корифея русского языка – Дитмара Розенталя – оказались невостребованы и не вошли в обязательный к применению перечень. Якобы, потому, что другие издательства не подавали заявок на исследование в специальную комиссию.

Например, автор одного из утвержденных Минобразования словарей, член Орфографической комиссии при отделении историко-филологических наук РАН, доцент Бронислава Букчина признала, что кофе теперь может быть среднего рода. Поэтому не кривитесь, пожалуйста, на просьбы сварить вам "крепкОЕ кофе с ложкой сахарУ". Букчина и ее коллеги также решили, что люди, вступающие в брак, отныне не "брачУющиеся", а "брАчащиеся". И что теперь подписывать — "договОр" или "дОговор", причем "по срЕдам" и "по средАм" – каждый может выбирать сами. Кстати, подписание "дОговора" можно скрепить "йОгуртом" или "йогУртом", а затем пойти на "каратЕ". Как удобно, так и базарьте. Простите за выражение.

Сторонники очередной реформы считают, что язык должен быть "ближе к народу". По мнению кандидата филологических наук Ивана Леонова из Института русского языка имени Пушкина, словарь лишь фиксирует то, как принято говорить в данном языке в данную эпоху. По словам Леонова, изменение норм обусловлено реальным положением дел. В качестве образца выбирается то слово, которое является нормой, а на втором месте — обиходный, но допустимый вариант.

Если следовать такой логике, то, унифицируя язык и стремясь приблизить его к народу, учиться русскому языку надо у рыночных торговцев и водителей маршруток. То есть чем больше людей говорят неправильно, тем больше надо этому следовать.

"Каждые 25 лет в России происходит попытка издания новых словарей. Развитие языка регулярно путают с изменениями языка, а это не одно и то же, — так прокомментировал "Росбалту" ситуацию писатель Михаил Веллер. – Язык – явление объективное и существует по своим законам независимо от словарей. Задача же словаря – отображать действительность, однако высокоученые лингвисты впадают в иллюзию, что они знают все обо всем лучше, чем народ. Не надо трогать язык без крайней необходимости". Веллер считает, что есть в постоянных попытках реформирования еще один очень важный нюанс: "Это премии, тиражи, гонорары и зарплаты. Именно этим объясняется столь частое появление новых словарей. Лучше всего, если лингвисты оставят словари в покое".

Писатель Андрей Кивинов также убежден, что не правильному русскому языку надо подстраиваться под улицу, а улице подниматься до уровня норм: "Безусловно, какие-то каноны должны быть, иначе люди перестанут понимать друг друга, каждый будет говорить и писать, как пожелает".

Слишком радикальными называет нововведения и тележурналист Павел Шеремет. "Язык – это живая субстанция, он постоянно трансформируется, и это понятно, — считает он. – Однако попытки свести все в жесткий свод правил не всегда оправданы. Здесь же ошибка заключается не в самом своде новых правил, а в принятии нескольких вариантов слов. То есть сбивается система координат, и если раньше мы смеялись над произношением некультурных людей, говорящих "дОговор" или "лОжить", то теперь, получается, это тоже становится нормой. Сама попытка фиксации достижений и развития языка – это правильно, но по форме – ошибочно".

Тенденцию к упрощению русского языка весьма жестко описывает политолог Наталья Андросенко: "Чтобы язык продуктивно работал, ему нужны определенные ограничения. Когда язык размывается, он перестает быть. И получится вместо языка какой-то политкорректный ублюдок, на котором говорят трудолюбивые мигранты в качестве лингво франко".

"Если следовать этим нормам буквально, то к Гоголю или Платонову нужно приставить корректора, но тогда литературы мы не увидим, — считает главный редактор издательства "Звезда" Яков Гордин. – С одной стороны, чем свободней язык и чем больше выбор словарей – тем лучше. С другой – любые декреты о языке неплодотворны. Вспомните весьма крутые языковые реформы Петра I: а ведь со временем все, что ненужно, само собой отпало, умерло. Есть определенные правила, которые надо исполнять при любых условиях. Но есть и понимание того, что язык развивается, в него входят новые слова, ударения, жаргонизмы и профессионализмы. Это тоже надо учитывать. Одно дело – живое течение языка, другое – попытка упростить его в угоду неграмотным людям. А коверкать язык под неправильности – это вообще в корне неверно".

"Язык – это коллективная собственность народа, — комментирует "Росбалту" нововведения писатель Александр Мелихов. – Поэтому без участия народа никому не дано право менять его. Стандарты языка необходимы, язык улицы и государственная казенная речь должны разделяться. Если мы пойдем в ногу с улицей, мы потеряем Толстого, Пушкина, Достоевского. К сожалению, время показывает, что стихия все равно размоет правильную речь, нормативы, стили, но необходимо сражаться за них до последнего, иначе мы потеряем нашу культуру. Дело первостепенной важности каждого интеллигентного человека – стать тормозом таких нововведений. А принимать решения фактически единолично – это самоуправство, это распоряжение общим добром без участия хозяина".

По мнению экспертов, отдельный вопрос – кому можно доверить миссию реформирования языка. Мелихов признает, что выбрать достойных очень непросто, поскольку язык – это коллективная собственность народа, и кто-то, единолично ставящий решающую точку, берет на себя очень большую ответственность. Писатель ссылается на слова Льва Успенского, который полагал, что право изменять язык можно доверить только крупным писателям, достоинство и талант которых подтвердило время.

Марина Бойцова