Год без войны

Празднование годовщины признания Россией независимости Южной Осетии 26 августа показало, что травмы войны в этом кавказском государстве постепенно уходят в прошлое, а общественные настроения, несмотря на пока не разрешенные до конца социально-экономические проблемы, становятся позитивнее. Московские переговоры президента Республики Южная Осетия (РЮО) Эдуарда Кокойты с председателем правительства РФ Владимиром Путиным, состоявшиеся в день признания, прошли успешно. Цхинвал уверен, что донес до руководства РФ информацию о реальном положении дел в республике и истинных причинах замедленного послевоенного восстановления Южной Осетии, заручившись пониманием и поддержкой российского премьер-министра.

Теперь в Цхинвале считают возможным объяснить собственному народу позицию властей: задержка в восстановлении республики (а за день до начала нового учебного года многие дети еще не знали, в какой школе им предстоит учиться – многие здания оставались непригодными для нормального учебного процесса) вызвана неперечислением средств из РФ, а не разворовыванием их в Цхинвале.

В свое время цхинвальское руководство решило не отвечать на бесконечные обвинения в растратах, на которые не скупилась немногочисленная, по словам властей, но информационно активная и организованная оппозиция. Итогом стал полный провал Кокойты и его единомышленников на информационном поле: не только в Москве, но и в Южной Осетии многие полагали, что виноваты именно республиканские власти. "Я только недавно узнала, что проблема отнюдь не в Цхинвале, — заметила одна из жительниц города. – Мы же верили российской прессе, которая писала, что деньги украло наше руководство. Очень стыдно теперь. Дай Бог, в ближайшее время город все же будет восстановлен".

Внезапный отлет президента Кокойты в Москву стал неожиданностью как для рядовых осетин, так и для высшего руководства республики. Глава республики и сам хотел быть вместе с народом, однако встреча, прошедшая в тот день в столице российского государства, по его словам, "показала всему миру, что эта дата важна не только для Южной Осетии, но и для всей России". Политический эффект не сбросишь со счетов. "Если бы президент не поехал сейчас, следующей встречи пришлось бы ждать очень долго, — рассказал представитель республиканского руководства. — Немного жаль только, что в Кремле выбрали именно этот день, а не, допустим, днем раньше или позже, по всей видимости, недооценив важность присутствия президента в Цхинвале".

Зато после московской встречи в верхах возрождение республики пойдет значительно быстрее, надеются осетины. Это особенно важно, поскольку сентябрь – последний месяц, погодные условия которого позволяют вести качественное строительство. Объемы уже выполненных работ заметны невооруженным глазом — по всему Цхинвалу расчищают завалы и вывозят мусор, латают и восстанавливают здания. По словам президента РЮО, без конфликтов и обид не обходится, но основные проблемы создают сами жители: то брат не готов уступить брату пятьдесят сантиметров земельного участка, а в результате строители не могут приступить к работе, то хозяин требует построить ему дом прежнего размера — в четыреста квадратных метров — вместо 125 стандартных "квадратов", на которые выделены бюджетные средства.

Если люди не согласны с предложенными — одинаковыми для всех — условиями, их просят подписать отказ от участия в программе. "Вот ведь граждане совсем не думают, что Россия могла бы вообще ничего не восстанавливать", — удивляется подобной несознательности один из пострадавших, в доме которого полным ходом идут работы. С другой стороны, в реализуемых проектах частных домов имеются существенные изъяны — в частности, в них не предусмотрены большие подвалы, которые приходится откапывать самим жителям Цхинвала. Причем это не блажь горожан. "В Цхинвале без подвала невозможно", — разъясняет строитель: во-первых, иначе негде хранить вино и многочисленные домашние заготовки, во-вторых, куда прятаться, если вдруг, не дай Бог, снова начнется война?

Впрочем, Цхинвал больше не живет в "тревожном спокойствии", характерном для постоянного ожидания начала боевых действий. "Впервые за много лет люди, зная, что теперь они находятся под защитой России, вздохнули спокойно, — говорит молодая горожанка, выросшая уже в независимой Южной Осетии. — Мы больше не ждем, что по нам в любой момент могут ударить минометы или кое-что похуже". Но страхи еще не изжиты полностью: даже залпы прекрасного салюта, цветы которого вспыхивали в день признания прямо над головами цхинвальцев, вызвали напряжение у некоторых участников празднования. "Уж очень это напоминает выстрелы "Градов", — поежился парень, переживший прошлогоднюю войну. — Если не видишь салюта, всякий раз становится немного не по себе".

Большая надпись "Спасибо, Россия!" теперь выложена камнями на склоне горы на выезде из Южного портала соединяющего Россию и РЮО Рокского тоннеля. Благодарность и любовь — главные чувства, испытываемые по отношению к РФ. Однако последние кадровые решения ведут к тому, что в обществе начинает возникать недоумение. Недовольство вызывает то, что на ответственные руководящие посты назначаются люди, лишь понаслышке знакомые с тем, что такое августовская война и вообще грузино-осетинский конфликт. Местные кадры, вынесшие тяготы почти двадцатилетнего противостояния на своих плечах, оттираются на задний план.

"Прислали русского премьера (Вадима Бровцева – "Росбалт"),- рассказывают в Доме правительства. — Не собираемся говорить о нем ничего плохого, — пока он выглядит вполне адекватным, дальше покажет время, — но дело не в нем, а в том, что есть немало толковых осетин, вполне способных занять эту должность. Если таким образом Москва пытается показать нам, что, мол, вы, осетины, способны только выполнять наши указания, осетинам это не понравится. Приезжий человек, даже если он очень хороший специалист, должен потратить много времени, чтобы просто войти в курс дела, осознать и прочувствовать нашу ситуацию. И сколько бы спецов ни приехало из России, без местных они все равно ничего не смогут".

В то же время не следует отрицать, что молодому государству предстоит многому научиться, и организационно-методическая поддержка РФ окажется здесь неоценимой. Южная Осетия, где будут грамотно отстроена исполнительная вертикаль, налажена социально-экономическая жизнь, возведены новые жилые кварталы и современные школы, подключены телекоммуникации последнего поколения (пока с Интернетом здесь те же проблемы, что и пять лет назад), может стать образцово-показательной витриной России. Сделать из республики "конфетку", разумно потратив выделенные на это отнюдь не малые бюджетные средства, — бесспорно, соответствует как внутри-, так и внешнеполитическим целям Москвы. Примером для всего кавказского региона должна стать не абсурдно претендовавшая на это до недавнего времени Грузия, а Южная Осетия, на которую будут равняться другие государства Кавказа.

Яна Амелина