Доклад ЕС: Грузия – агрессор, Россия – провокатор

О докладе комиссии ЕС по расследованию причин прошлогодней "пятидневной войны" на Кавказе много писали и говорили в минувшие две недели – с тех самых пор, как немецкий журнал Der Spiegel опубликовал свою версию этого документа. Общий настрой российских СМИ вполне можно охарактеризовать как "победный": Европа, мол, официально объявила грузинскую сторону виновной в нападении.

Сегодня этот доклад был официально представлен Еврокомиссии. Оказалось, что до российских читателей, радиослушателей и телезрителей дошла лишь полуправда: на самом деле комиссия ЕС полагает, что грузинское руководство начало боевые действия против Абхазии и Южной Осетии, поддавшись на провокацию с российской стороны. О чем же конкретно говорится в этом докладе?

Вот уже более года прошло с того времени, как Грузия "прославилась", оказавшись в центре внимания мировой прессы: незадолго до начала прошлогодних Олимпийских игр на Южном Кавказе разразилась пятидневная война за отколовшиеся от этой и без того не слишком большой страны регионы – Абхазию и Южную Осетию. Российские войска вошли на территорию Грузии и отбросили противников от абхазских и южноосетинских городов. До сих пор многие военные эксперты полагают, что российская военная операция была исполнена не слишком-то удачно и решающую роль в победе сыграла не столько боевая выучка и тактические таланты командиров, сколько подавляющее превосходство в технике и вооружении.

Как бы то ни было, а Грузия потерпела поражение – как писал некогда поэт, "бежали робкие грузины". Значительная часть грузинской инфраструктуры оказалась уничтожена, а во вновь образовавшихся "независимых государствах" всерьез и надолго укрепились российские дивизии, которые уже даже на бумаге больше не называются "миротворческими". Если пользоваться спортивной терминологией – чистый нокаут.

Для комиссии ЕС, которая в течение года разбиралась в причинах и последствиях этой войны, как минимум один факт является непреложным: несмотря на то, что началу боевых действий предшествовали многочисленные провокации как с российской стороны, так и со стороны руководителей отколовшихся территорий, агрессорами можно однозначно считать грузин – именно президент Грузии Михаил Саакашвили отдал приказ к нападению в ночь с 7 на 8 августа 2008 года. Точно так и написано в представленном Еврокомиссии докладе.

Гораздо меньше внимания уделялось до сих пор вопросу ответственности за эту войну в важнейшем с точки зрения геостратегии регионе, которую несет Запад. Крупные международные организации – ООН, ОБСЕ, НАТО, Евросоюз – все они, как минимум, имели на Южном Кавказе своих представителей. Тем не менее Запад попросту безучастно смотрел на происходящее, во многом недооценил ситуацию и занимал слишком прогрузинскую позицию вместо того, чтобы удержать руководство Грузии от войны, полагают эксперты ЕС.

При этом деструктивная активность России на Южном Кавказе, заявляют они, была давно известна. Северный сосед всеми силами поддерживал отколовшиеся от Грузии регионы и, таким образом, обострял конфликт. С другой стороны, для западных политиков не была тайной и неуравновешенность Саакашвили, умноженная на его агрессивное поведение. Сразу после "революции роз" в январе 2004 года он объявил "сохранение территориальной целостности Грузии" целью своей жизни, ради достижения которой он готов пойти на "крайние меры".

Свои слова он в скором времени подтвердил конкретными действиями: уже в 2004 году грузинские военные спровоцировали в Южной Осетии целый ряд крупномасштабных перестрелок. В 2006 году грузинские силы безопасности взяли под свой контроль Кодорское ущелье в Абхазии – Тбилиси назвал это "полицейской операцией" против вооруженных боевиков. В докладе европейских экспертов, однако, приводятся слова "проболтавшегося" депутата грузинского парламента о том, что "эта операция позволила установить контроль над важнейшим стратегическим районом, от которого до Сухуми – всего пять минут самолетом".

Один из членов комиссии, сотрудник немецкого Фонда Бергхоффа по изучению конфликтных ситуаций Оливер Волле много лет работает в составе международной группы посредников в Грузии. Он присовокупил к докладу особое мнение: Волле полагает, что первыми провокации начали именно грузины. Захват Кодорского ущелья, заявил он, стал прологом к эскалации напряжения в 2008 году.

Грузинская миссия ООН безучастно наблюдала за этими действиями Тбилиси: согласно полученным инструкциям, группа UNOMIG (UNO Mission in Georgia) зарегистрировала факт нападения, а также последующую передислокацию туда значительных контингентов грузинских солдат, техники и самолетов. С точки зрения UNOMIG, эти действия являлись прямым нарушением договора, заключенного конфликтующими сторонами в 1994 году.

Тем не менее Совет Безопасности ООН удовлетворился тем, что выразил в резолюции свою озабоченность и попенял грузинам: вы, мол, должны соблюдать соглашение. Впрочем, в Тбилиси западные дипломаты нашли гораздо более жесткие слова, чтобы вразумить Михаила Саакашвили, после чего попытки посредничества со стороны ООН и ОБСЕ были продолжены. Однако обострения ситуации они не предотвратили. С 2006 года Грузия систематически нарушала договор 1994 года как в Абхазии, так и в Южной Осетии, подчеркивает Оливер Волле, причем российские миротворцы, расположенные в этом регионе, отнеслись ко всем этим провокациям так же безучастно, как и ооновские чиновники.

"Грузин не осадили вовремя – ни русские, ни европейцы, ни американцы с ООН, — заявил Волле. — Никто не попытался оказать политическое давление, никто не сказал своего твердого "нет". По большому счету, нарушение соглашения не стало ни для одной из сторон первоочередной темой". Из этого как абхазцы, так и осетины сделали вывод, что теперь действует "право сильного" и прав тот, кто попросту берет, никого не спрашивая.

Саакашвили, похоже, пришел к такому же выводу: по его мнению, если бы Грузия захватила Абхазию и Южную Осетию и удержала их под своим контролем всего лишь 4 дня, для всего мира это было бы в порядке вещей: Грузия восстановила свою территориальную целостность. По мнению Оливера Волле, российское руководство рассчитывало именно на такую реакцию грузинского президента и отлично к ней подготовилось.

Подобных же взглядов держится и Сабина Фишер из парижского Института исследований проблем безопасности ЕС. Она считает, что ЕС и США слишком часто "спускали на тормозах" националистическую политику Грузии и ее агрессивные жесты, которые сопровождали любые призывы к переговорам. "США и президент Джордж Буш, скорее, поддерживали вызывающую позицию грузинского правительства, — подчеркивает французская исследовательница. — Таким образом, у грузинского руководства возникло впечатление, что в случае военной эскалации конфликта Грузия получит американскую поддержку. Именно это чувство и сыграло значительную роль в разразившейся в прошлом году трагедии".

Как следствие этой безучастности, в начале 2008 года напряжение на Южном Кавказе резко возросло – масла в огонь подлило официальное признание большинством стран ЕС и Америкой Косова, а также саммит НАТО в Бухаресте. Россия усилила свое военное присутствие в Абхазии. Грузинские беспилотники сбивались с завидным постоянством. Тогдашний посол Грузии при ООН Ираклий Аласания, перешедший сейчас в ряды оппозиции, безуспешно старался договориться с Абхазией по поводу соглашения об отказе от насильственных действий. По его словам, против этого соглашения активно действовали как Саакашвили, так и российские представители.

В конце концов с попыткой посреднической миссии выступил министр иностранных дел ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер. Его план мирного урегулирования был отвергнут абхазской стороной.

По мнению экспертов, критикующих Германию и ЕС, европейские представители слишком "зациклились" на грузинской точке зрения. "Евросоюз не воспринимал Абхазию в качестве равноправной стороны в этом конфликте, — полагает Сабина Фишер. — ЕС попросту шел в кильватере политики грузинского правительства, которое все сводило к противостоянию Грузии и России". Кроме того, по мнению составителей доклада, инициатива Штайнмайера и уполномоченного ЕС по внешней политике Хавьера Соланы была обречена на провал еще и потому, что опоздала на три года.

Пока европейские дипломаты делали в начале августа 2008 года ставку на мирные переговоры по абхазскому конфликту в Берлине, в другом отколовшемся от Грузии регионе, Южной Осетии, ситуация полностью вышла из-под контроля. Руководство ЮО отправило женщин и детей в Россию, а с российской стороны в Южную Осетию стягивались добровольцы-боевики – в то время как Саакашвили собирал свои войска вокруг Цхинвала. В Европе почти отсутствовала нейтральная информация об этом конфликте: как грузинская, так и российская стороны обрушили на Запад мощную волну пропаганды, в которой не было ни малейших зацепок для реальной оценки обстановки. Доклады миссии ОБСЕ до европейцев попросту не доходили, подчеркнула депутат немецкого бундестага от партии "зеленых" Мария-Луиза Бекк.

При этом накануне конфликта российские эксперты весьма подробно и открыто предупреждали о том, что он разразится. К примеру, военный аналитик и бывший заместитель командующего российскими войсками на Южном Кавказе Юрий Неткачев еще в конце мая представил читателям "Независимой газеты" (известной и читаемой на Западе в качестве оппозиционной) весьма реалистичный сценарий: "Военные действия против отколовшихся территорий Грузия начнет с Южной Осетии". По прогнозу Неткачева, грузинские войска должны были быстро занять Цхинвал, но всего лишь на несколько часов, после чего осетинские части при поддержке российских военных и добровольцев с Северного Кавказа выбили бы грузин обратно. На помощь НАТО и США грузинам рассчитывать нечего. Как видим, Неткачев ошибся лишь в одном: Цхинвал так и не был взят.

Тот факт, что российские эксперты, как военные, так и гражданские, открыто заявляли в то время о возможном военном развитии конфликта, убеждает экспертов ЕС в том, что Россия была, как минимум, полностью готова к боевым действиям. Несмотря на то, что дипломатические усилия французского президента Николя Саркози остановили продвижение российских частей к Тбилиси, разработанный им договор оказался в значительной степени "дырявым".

После того как Россия признала Абхазию и Южную Осетию в качестве независимых государств, она больше не видела для себя необходимости возвращать свои войска на довоенные позиции. Также Москва позаботилась о том, чтобы в Абхазии прекратила работу миссия ООН, а в Южной Осетии – миссия ОБСЕ. Это решение в данный момент вызывает серьезное сожаление, как минимум, в Абхазии. Новую наблюдательную миссию ЕС здесь встретили с изрядной долей скептицизма – ведь ЕС по-прежнему стоит на позициях сохранения территориальной целостности Грузии и, таким образом, европейская миссия не может считаться беспристрастной.

Возможно, с точки зрения долгосрочного урегулирования, стоило бы пересмотреть существующее положение, так как в данный момент даже некоторые грузинские политики заявляют о том, что Абхазию, в отличие от нестабильной Южной Осетии, лучше было бы предоставить самой себе.

Борис Альтнер