"В МВД набилось немало дерьма"

Российская милиция находится в состоянии реформирования, однако подробные параметры предстоящих изменений до сих пор не известны. Ходят даже слухи о скорой замене министра Рашида Нургалиева. О том, какими могут быть основные изменения в системе МВД и можно ли их назвать реформой, "Росбалту" рассказал депутат Госдумы от "Единой России", генерал-лейтенант милиции Александр Гуров.

— Александр Иванович, вам ли не знать, как следует реформировать структуру, в которой вы проработали столько лет?

— Если говорить о президентском указе, то речь идет скорее не о реформе МВД, а о совершенствовании его деятельности. Реформа — это нечто глобальное, а в своем нынешнем виде МВД со своей основной задачей по поддержанию общественного порядка справляется. Поэтому что реформировать?

— То есть планы по сокращению численности сотрудников МВД и оптимизации его кадрового потенциала к реформе не имеют никакого отношения?

— Нет, сокращения нужны, поскольку содержание МВД в его нынешнем виде обходится государству в огромные суммы. Но действовать в этом направлении надо через уточнение функций МВД. Дело в том, что сейчас милиция работает в режиме советского времени, она охраняет всех — бизнесменов, общество, личность. К примеру, в ФСКН работают 60 тыс. сотрудников, а в МВД с наркоманией борются всего 6 тыс. человек, но спрос со всех одинаковый.

Или взять ОАО "РЖД" — это негосударственная структура с собственной службой безопасности. Но если при сопровождении поездов без милиции никак нельзя, то на железнодорожных вокзалах сотрудников в погонах легко могут заменить представители службы безопасности этой компании. Поверьте, наблюдать за слоняющимися по вокзалу милиционерами грустно — карманных краж от этого меньше не становится.

Без милиции могут обойтись и в аэропортах; по крайне мере, в таком количестве, как сейчас, милиционеры там точно не нужны.

Сэкономить миллионы можно, упразднив и федеральные окружные управления внутренних дел. Эти структуры в "лихие 1990-е" годы создавали губернаторы под себя, но сейчас, когда есть вертикаль власти, эти ретрансляторы не нужны.

Еще одна потенциальная зона для сокращений милицейского состава — закрытые города и ЗАТО. Это вообще государства в государстве, поскольку не подчиняются органам внутренних дел. Милиционеров там должно остаться по минимуму, я знаю много случаев, когда ради статистики по раскрываемости преступлений им приходилось их придумывать.

Что касается территориальных органов внутренних дел, то о сокращениях там  речь пока не идет. Вместе с тем необходимо подумать о сокращении милицейских рядов в сельских районах, население которых убывает,  но количество сотрудников милиции остается на одном и том же уровне. Такую милицию переподчинят, в итоге у МВД высвободятся огромные суммы.

Вытрезвители также должны перейти в управление Минздравсоцразвития, и работать в них следует медбратьям, а не милиционерам в погонах. Другой вопрос, что хотя бы один сотрудник должен там остаться, чтобы нести дежурство.

Считаю, что милиция также не должна заниматься регистрацией и расследованием дел по экстремизму. Это забота ФСБ, поскольку мотивация совершения таких преступлений не хулиганство, а квазирелигиозность. Милиция же должна принимать лишь участие в ходе раскрытия экстремистских преступлений.

— В связи с реформой МВД заговорили о демилитаризации милиции. Есть ли смысл снимать с милиционеров погоны?

— Знаете, одно время также хотели снять погоны с сотрудников уголовно-исполнительной системы наказаний, но вовремя передумали. Представляете, как бы тогда стали воспринимать людей в штатском уголовники? Так и здесь. Форма дисциплинирует гражданских людей. Уверен, что если эту идею воплотят в жизнь, гражданским персоналом в милиции никто работать не останется — разбегутся все.

Сейчас же российская милиция — это наиболее боеспособная и управляемая организация. Ежегодно раскрывается более 1 млн преступлений и по 300 тыс. человек отправляется в тюрьму. Это воюющее ведомство, хотя, надо признать, за последние годы там набилось немало дерьма.

Беседовала Елена Земскова