США – Китай: от любви до ненависти один шаг

Резкое обострение американо-китайских отношений стало самым заметным событием начавшегося года. И это может стать определяющим фактором для мировой повестки и в политике, в и экономике на ближайшую перспективу.

Уже в первых числах января информированная "Вашингтон пост" предупредила, что администрация Обамы намерена реализовать контракты на поставки оружия Тайваню, а также провести встречу американского президента с Далай-ламой. И то и другое – едва ли не самые болезненные темы для Пекина.

Ключевой задачей внешней политики Пекина, да и важнейшим внутриполитическим лозунгом является восстановление территориальной целостности Китая, претерпевшего немало унижений от западных держав в течение последних двух веков. Англичане уже вернули Гонконг, португальцы – Макао. Главная задача сейчас – Тайвань, диалог с которым стал медленно, но верно развиваться после возвращения к власти на острове два года назад партии Гоминдан. Санкционированная администрацией Обамы сделка по продаже Тайваню оружия на $6,5 млрд достаточно четко показывает, что Вашингтон против прогресса на пути воссоединения Тайваня с КНР. Тут не будем забывать, что сращивание экономик Тайваня и КНР предоставляет еще больше возможностей Пекину. Так уже было при воссоединении Поднебесной с Гонконгом. А по большому счету, не столько военная, сколько экономическая мощь Китая является главной проблемой для США.

Другой очень болезненной темой для Пекина является сепаратизм в Тибете. Духовным лидером сепаратистов и международным символом борьбы тибетцев за независимость давно уже стал лидер местных буддистов Далай-лама ХIV — лауреат Нобелевской премии мира, высшей награды США – Золотой медали Конгресса, а также многих других почетных званий. Каждая его встреча с американским президентом – отличный повод для обсуждения проблемы Тибета, порицания Пекина и поощрения сепаратистов. Вспомним хотя бы волнения в Тибете в канун пекинской Олимпиады и последовавшие затем шумные антикитайские манифестации во время международной эстафеты олимпийского огня.

Что же послужило причиной этого сдвоенного удара по Китаю? "Вашингтон пост" тогда же предоставила объяснения: зазнался Китай. Газета приводит мнение высокопоставленного источника в Вашингтоне, полагающего, что Китай испытывает чувство триумфа по поводу того, что страна, исповедующая альтернативную политическую и экономическую доктрину, успешно преодолевает экономический кризис, тогда как США и Запад в целом движутся к упадку.

С другой стороны, Пекин, мол, неверно истолковал стремление новой администрации США кардинально трансформировать отношения с КНР. Действительно, реверансы американских политиков в сторону китайцев были немалые. Речь шла о предложении полюбовно поделить мир между США и КНР, создав формат G-2. Еще год назад о целесообразности такого альянса публично заговорили патриархи американской политики Бжезинский и Киссинджер. Параллельно Обама демонстративно уклонялся от традиционной критики ситуации в области демократии и прав человека в Китае, вопреки традициям отказался от встречи с Далай-ламой, предложил Пекину тесное сотрудничество — политическое и технологическое — по самому модному пункту международной повестки — в борьбе с глобальным потеплением.

Китайские эксперты, судя по материалам российского Совета по внешней и оборонной политике, объясняют, что Вашингтон, предлагая Пекину глобальное взаимодействие, в действительности таким образом хотел бы приобщить экономические возможности Китая к решению проблемы выхода из кризиса, а политические – к "расшивке" ситуации в Ираке, Афганистане, а также вокруг Ирана и Северной Кореи. 

А в более широком плане подход китайских экспертов таков: "Американцы в международной политике действуют односторонне. И везде такие столкновения интересов и противоречия будут продолжаться между США и Китаем еще очень долгое время. Поэтому высказывания о том, что Китай с Соединенными Штатами может управлять миром, — это нереально и невозможно. Поэтому Китай не будет ослаблять свои связи со своими стратегическими партнерами. Не будет ослаблять своих связей с широким кругом развивающихся стран. G-2 — немудрый выбор", — считает бывший военный атташе Китайской Народной Республики в России генерал Ван Хайюнь.

После визита американского президента в Китай в ноябре прошлого года стало окончательно ясно, что идея не проходит. А сомнительные итоги декабрьского климатического саммита в Копенгагене показали, что Пекин готов и к продолжению публичной полемики с США по ключевым вопросам.

Войдя в новый год, США резко сменили политику -  поставки оружия Тайваню, возвращение в информационное пространство тибетской проблемы. Как нельзя кстати пришелся и скандал с хакерской атакой на поисковик Google, который трансформировался в проблему цензуры в китайском Интернете. А это – зажим свободы слова, борьба за которую всегда была одним из коньков демократов. 

Реакция Пекина была абсолютно прогнозируема. Это и резкая критика США за вмешательство во внутренние дела и нарушение договоренностей по поставкам оружия на Тайвань, и замораживание контактов по военной линии, и, наконец, санкции в отношении крупнейших американских фирм. Среди них – "Боинг" и другие ведущие производители авиационной техники. Это болезненно. Но что будет дальше?

Заместитель госсекретаря США Джеймс Стейнберг заявил в конце января, что в ближайшем будущем между США и КНР проявится очевидное расхождение во взглядах. По сути, это мягкий прогноз на конфронтацию. По всей видимости, США возобновят полномасштабную критику Китая по правам человека, а также по экономическим проблемам – заниженный курс юаня, демпинг при экспорте товаров в США. А если переходить от слов к делу, то это введение заградительных пошлин на китайские товары, уход американских компаний из Китая (как пообещал Google), приобщение к антикитайским демаршам союзников США. Ну и на сладкое — поставки на Тайвань не только оборонительных, но и наступательных вооружений. Например, истребителей F-16, которые давно просит Тайбэй.

Разумеется, Китай играет очень важную роль в решении международных проблем, которыми озабочен Вашингтон. Это, прежде всего, вопрос введения и поддержания санкций против Ирана и Северной Кореи и в целом борьбы за нераспространение и противодействие терроризму.

Но наиболее серьезным выглядит то обстоятельство, что Пекин располагает государственными облигациями США на $800 млрд и в целом является крупнейшим кредитором Штатов. И здесь в случае обострения отношений между двумя странами кроется существенная угроза для Вашингтона. В последние дни немалого шума наделали воспоминания бывшего министра финансов США Генри Полсона. В своих мемуарах финансист сообщает, что ему в 2008 году, прямо перед началом финансового кризиса, стало известно, что Россия предложила Китаю синхронно сбросить облигации двух полугосударственных американских ипотечных  агентств, но Пекин отказался, не желая дестабилизировать американский финансовый рынок. Вне зависимости от того, правда это или нет, гипотетически вполне можно представить себе, что Китай способен применить против США такое экономическое оружие, если его припрут к стенке.

Как бы то и было, тон выступлений и характер демаршей с обеих сторон свидетельствует, что нынешнее американо-китайское обострение быстро не закончится – слишком уж принципиальные темы задеты. Да и времена, когда Пекин регулярно выступал с "последним предупреждением" в адрес США, прошли. Изменился Китай, и многие почувствовали его силу. Изменились США, и многие почувствовали если не их слабость, то, по меньшей мере, уязвимость. И изменился мир, особенно после начала кризиса. И, видимо, пришло время, когда некие устои и роли мировых лидеров начинают подвергаться проверке на прочность, ревизии и трансформации.  

Тут, помимо прочего, возникает вопрос, как вести себя России при резком ухудшении американо-китайских отношений. Конечно, приятно, следуя китайской стратегии, взобраться на холм и наблюдать, как сражаются два тигра. Но не выйдет – как минимум по иранской проблеме придется четко определяться, и, видимо, скоро. Глава американской дипломатии Хиллари Клинтон уже надавила на Китай, пригрозив международной изоляцией, если тот не поддержит санкции против Тегерана. Без России международная изоляция не будет эффективной. Тут, конечно, непростая задача для российской дипломатии.

Несомненно, крутые зигзаги внешней политики Обамы по Китаю и обострение отношений между этими странами не столько создают коридор возможностей для Москвы, сколько усложняют ее внешнеполитическое положение. "Перезагрузка" в отношениях Москвы и Вашингтона может обернуться перегрузкой по линии Москва-Пекин. США по-прежнему задают тон в мировой политике и экономике, Китай – вечный и могучий сосед России. Выбор непростой.

Андрей Ильяшенко