Иран идет ва-банк
Иран официально известил Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ), что начинает с 9 февраля обогащать уран до 20% на предприятии в Натанзе под наблюдением инспекторов ООН. Эксперты называют это шагом к созданию ядерной бомбы, а глава Совбеза России не исключает начала войны в регионе.
Напомним, что обогащение до практически "оружейного" уровня урана началось по приказу президента Ирана Махмуда Ахмадинежада, отданного иранским лидером в воскресенье. Пока это делается в рамках существующих договоренностей Тегерана с МАГАТЭ. Действительно, представитель Ирана в МАГАТЭ Али Акбар Салехи официально известил ООН о начале процесса обогащения урана. Он объяснил такое решение тем, что страна больше не может оставлять больницы и пациентов без радиоактивных элементов, необходимых для лечения рака.
Однако мало кто верит в официальные объяснения Тегерана, поскольку обогащение будет происходить на иранской территории, что заставляет говорить об использовании ядерных технологий не только в медицинских и других мирных целях, но и для создания ядерного оружия.
Ведь ранее, напомним, чтобы избежать введения международных санкций, Иран соглашался отправлять низкообогащенный уран за рубеж в обмен на ядерное топливо, как предлагали МАГАТЭ и представители шестерки переговорщиков, представлявших международное сообщество (РФ, США, Китай, Великобритания, Франция и ФРГ). Россия, Франция и другие страны должны были взамен поставлять в Иран то самое обогащенное на 20 % урановое топливо. Это бы позволило избежать утечек урана, который после минимального дообогащения уже может быть использован для заряда ядерной боеголовки или бомбы.
Неудивительно, что свои опасения по поводу планов Ирана высказали Великобритания и США. Так, министр обороны США Роберт Гейтс не исключил, что следствием решения Ирана станет "гонка вооружений на Ближнем Востоке". После чего он пояснил, что на Иран неизбежно будет оказываться воздействие — экономическое и дипломатическое.
В свою очередь секретарь Совета безопасности России Николай Патрушев на пресс-конференции в Москве выступил едва ли не еще жестче. В частности, он не исключил "возникновения войны в Иране", поскольку ряд стран не исключают для себя такой возможности, хотя и отметил, что "очень важно, чтобы не была допущена война".
Большинство российских экспертов вполне согласны с Патрушевым. Ведь зон "дестабилизации" может быть сразу несколько. В частности, как отмечал ранее специалист по проблемам нераспространения генерал-майор Александр Дворкин, Иран может спровоцировать на активные действия Израиль, который считает очевидным фактом стремление Тегерана к обладанию ядерным оружием. Соответственно, официальный Тель-Авив может принять решение о нанесении упреждающего удара, о чем регулярно заявляют некоторые израильские политики.
С другой стороны, ударить по Ирану могут и страны Запада. Хотя на этот счет мнения российских экспертов расходятся. Так, президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский считает, что приобретение Ираном ядерной бомбы в обозримом будущем практически неизбежно, однако Запад не демонстрирует готовности этому помешать. Иного мнения придерживается директор Центра по изучению современного Ирана Раджаб Сафаров, который ранее заявлял "Росбалту", что Запад сам провоцирует Тегеран на военный конфликт, чтобы завладеть находящимися на его территории углеводородами, а у России нет пока четкой и окончательной позиции по этому вопросу.
При этом пока что более верным представляется мнение Евгения Сатановского: нерешительность политиков и военных из стран, озабоченных ядерной программой Ирана, – налицо. Несмотря на решение Тегерана о самостоятельном обогащении урана до 20%, тот же Роберт Гейтс в унисон с главой российского Совбеза говорит лишь о необходимости при помощи санкций и дипломатического давления усадить официальный Тегеран за стол переговоров.
А переговоры иранцы, как это хорошо видно, вести умеют. Поэтому не исключено, что Тегеран будет их затягивать до тех пор, пока Ахмадинежад не сможет публично в торжественной обстановке сообщить об уже состоявшемся испытании Ираном своей первой атомной бомбы.
Иван Преображенский
