Ловушка для Грузии

После четырехлетней паузы Грузия и Россия открыли, наконец, границу в Верхнем Ларсе, вызвав большой переполох в грузинских политических кругах. Оппозиция обвинила власти в антигосударственной деятельности и даже пособничестве в реализации российского плана "Великая Осетия" за счет исконно грузинских земель.

Официально считается, что Москва и Тбилиси согласились открыть границу по настоянию Армении. С закрытием Верхнего Ларса та фактически оказалась в экономической блокаде. Ереван запустил некоторые экспортные отрасли своей экономики, лишившись при этом российского импорта. Есть, однако, мнение, что в истории вокруг открытия Верхнего Ларса Армения является для России всего лишь "ширмой". То есть Москву вообще не интересует состояние армянской экономики, а открытие границы нужно ей только для расширения российской экспансии на Южном Кавказе, а также прекращения дрейфа Армении на Запад.

Более того, вице-спикер парламента от оппозиционной партии "Христиан-демократическое движение" Леван Вепхвадзе усмотрел в согласии Грузии на открытие Верхнего Ларса содействие России в осуществлении идеи "Великой Осетии". Она основана на объединении Цхинвала, Джавского и Трусского ущелий, Ларса, Владикавказа и Рокского тоннеля.

Как пояснил другой христиан-демократ — депутат парламента Николоз Лалиашвили, в Осетии уже действуют четыре неправительственные организации. Их финансирует ФСБ, которая "рекрутирует" уехавших из Грузии осетин и ориентирует их на возвращение в Казбегский район с четким дальним прицелом — оккупировать и этот приграничный с Россией регион.

Так что, заявил политик, прежде чем соглашаться на открытие Верхнего Ларса, властям Грузии следовало обеспечить безопасность населения приграничного региона и страны в целом, чего сделано не было. "Ни при каких дипломатических реверансах не должен был произойти размен интересов населения Грузии", — заявил он.

Угрозу в открытии Верхнего Ларса видит и партия "Национальный форум". Один из ее лидеров Губаз Саникидзе сообщил, что открытие границы усиливает опасность российских провокаций в регионе. "Этого нельзя допускать, тем более в условиях оккупации Российской Федерацией 20%  наших территорий. Открытие таможенно-пропускного пункта Казбеги — Верхний Ларс является антигосударственным и антигрузинским действием", — считает политик.

Впрочем, не весь грузинский оппозиционный спектр испугался открытия границы. Так, лидер партии "Картули даси" Джонди Багатурия напомнил, что давно рекомендовал властям Грузии сделать это. "С открытием контрольно-пропускного пункта, — считает он, — угрозы не возрастают и не сокращаются. Наши пограничники как-то должны отличить пересечение границы помидорами, картошкой и огурцами от транспортировки тротила и аммонала".

Отсутствие угроз от открытия Ларса неоднократно подчеркивал и МИД Грузии. "Мы оцениваем этот факт как позитивный прецедент, когда отсутствие дипломатических отношений не отразилось на интересах третьего государства", — сообщила замминистра иностранных дел Нино Каландадзе.
 
То есть официальный Тбилиси сделал акцент исключительно на интересах Армении. Это выглядит довольно непрактичным — в отличие от другого соседа Грузии, Азербайджана, Армения не играет существенной роли в грузинских политико-экономических реалиях. Поэтому некоторые эксперты сомневаются в альтруизме грузинских властей. Возможно, считают они, власти Грузии просто "повелись" на глупый шаг. Хотя, скорее всего, в открытии границы они руководствовались серьезными внешнеполитическими аргументами, до сути которых пока сложно докопаться.

Возможно, намек к разгадке мотивов Грузии лежит в сегодняшнем заявлении Михаила Саакашвили, положительно оценившего через своего пресс-спикера открытие Верхнего Ларса. "Открытие контрольно-пропускного пункта в Верхнем Ларсе говорит о том, что Россия, как минимум на этом отрезке, признает границу Грузии", — пояснил грузинский президент. "В конечном счете, — считает он, — это положительное явление. Это будет единственным легальным пограничным пунктом, действующим на нашей территории, и этим российская сторона, хоть и не прямо, но признает, что политика полного эмбарго, действующая с 2005 года, не оправдала себя".

Что же касается "разговоров о политике России в отношении Степанцминда, Коби и Гудаури, у нее есть такие же претензии в отношении всей Грузии и ее столицы". "Все эти заявления являются психологической борьбой, действующей, в первую очередь, на население, инвесторов и развитие страны", — заявил Саакашвили.

Между тем аргументов в пользу закрытия Ларса, считают эксперты, предостаточно. Причем они гораздо более обоснованны, чем аргументы в пользу его открытия. Помимо указанных выше называется стремление Москвы вернуть Кавказ на политическую орбиту России с целью, как минимум, контроля энергетических коридоров этого региона. Кроме того, открытие границы значительно облегчит агентурно-разведывательную деятельность России в Грузии и Кавказском регионе в целом, равно как приток в него нелегальных финансовых средств для дестабилизации обстановки.

Вопрос дестабилизации для экспертов и наблюдателей является особенно актуальным, учитывая очевидный крен на север немалой части грузинской оппозиции. Тем более это касается приграничного Казбегского района с неразвитой экономикой и тотальным отсутствием занятости, усугубившейся закрытием Ларса. По некоторым данным, население Казбегского района до закрытия границы за счет приграничной инфраструктуры получало ежегодно по меньшей мере 3 млн теневых долларов, не облагаемых никакими налогами.

Конечно, с открытием границы экономическая жизнь в этом регионе оживится. Но вместе с тем туда могут вернуться люди, покинувшие его пять лет назад и подавшиеся в поисках лучшей жизни в Северную Осетию. Часть этих людей наверняка вернется с российскими паспортами. Поэтому высока вероятность того, что Россия тотально "паспортизирует" Казбегский район, как это было в случаях с Абхазией и Южной Осетией. То есть, считают противники открытия границы, Россия при желании сможет захватить и Казбегский район, мотивируя свои действия защитой российских граждан.
 
Это, так или иначе, понимают грузины Казбегского района. Многие из них, несмотря на экономические выгоды, сулящие открытие границы, предпочитают держать ее закрытой. Во-первых, по их логике, невозможно прогнозировать, как долго граница останется открытой. Во-вторых, особого экономического эффекта от ее функционирования они не видят, так как Россия не отменила эмбарго на грузинскую продукцию, и, соответственно, грузооборот через границу прежним уже не будет. Кроме того, упрощенный визовый режим для жителей приграничных с Россией регионов упразднен, и рассчитывать на бойкую торговлю им уже не приходится. Более того, в Северной Осетии фон в отношении грузин сейчас неблагоприятный, и им там просто опасно появляться.

Словом, открытие Верхнего Ларса в среднесрочной перспективе может принести Грузии гораздо больше негатива, чем позитива. Понятно, что власти Грузии на данном этапе своего решения не отменят. Но тогда, считают эксперты, они должны позаботиться об экономическом развитии Казбегского района на уровне его не привязанности к границе, а также усилить безопасность региона. Но и первая, и вторая мера видятся оппонентам открытия Ларса малоосуществимой в условиях скудности грузинского бюджета и отсутствия интереса инвесторов к Казбегскому району.

Ирина Джорбенадзе