Грузинская леди Б

Крепость берут изнутри.

Тот, кого называешь господином, назовет тебя своим рабом.

Кошка играет, мышь дух испускает. (грузинские пословицы)

Там, где замешано честолюбие, нет места чистосердечию. (Бальзак)

Честь — это внешняя совесть, а совесть — это внутренняя честь.(Шопенгауэр)

Еще недавно Нино Бурджанадзе считалась в Грузии едва ли не самым жестким оппонентом российского руководства, но сегодня, похоже, она пытается вернуться в большую политику именно при помощи "порочного" Кремля. "Крен" экс-спикера грузинского парламента в сторону России в Тбилиси квалифицировали как "предательство" и "измену Родине".

Как и ожидалось, вслед за Зурабом Ногаидели в Москву отправилась бывшая ближайшая соратница Михаила Саакашвили, экс-спикер парламента Грузии и соавтор "революции роз" Нино Бурджанадзе. В числе тех, кому она нанесла визиты в российской столице, — глава МИД Сергей Лавров и премьер-министр Владимир Путин. Уже известно, что в Москву собираются также лидеры Консервативной и Лейбористской партий Грузии, хотя последние пока не получили согласие на визит.

Нино Анзоровна сообщила журналистам, что ее приезд в Москву ориентирован на "конкретный результат" — защиту интересов Грузии и ее народа. "Не существует темы, по которой невозможно разговаривать и искать выход из положения, если отношения будут основаны на взаимном уважении", — сказала она.

Разумеется, Нино Анзоровна не воздержалась в Москве от публичной критики своего президента, поставив ему в вину потерю 20 процентов грузинских территорий: "То, что сделал наш президент, уже не ошибка, а преступление". Напомнила она и об "антироссийской истерии" Саакашвили, помешавшей урегулированию грузино-российских проблем путем переговоров, и о прочих грехах  своего бывшего шефа. Прежде она защищала его с пеной у рта даже тогда, когда на тбилисских улицах митинговали сотни тысяч людей, и их, мягко говоря, негоже было дразнить теорией непогрешимости грузинского президента.

Но, видимо, год или два не есть мерило исторической памяти, а всего лишь миг в меняющейся конъюнктуре политического бытия. Не вдаваясь в длинную хронологию гневных порицаний руководства России со стороны Бурджанадзе, вплоть до обвинений в фашизме, приведем лишь несколько ее не столь давних высказываний. Еще в конце апреля 2008 года она обвинила Россию в "агрессивных действиях против Грузии" и заявила, что власти этой страны "целенаправленно осложняют отношения" с ее страной. "Каждое заявление России было вызовом не только Грузии, но и всему международному сообществу. Это направлено на то, чтобы провокационно втянуть Грузию в военные действия, вызвать нестабильность в стране", — убеждала политик.

Она также неоднократно заявляла, что "Грузия адекватно ответит на любую попытку дестабилизации со стороны России", и призывала к аналогичным действиям международное сообщество. Выступала Бурджанадзе и против вступления России в ВТО: "В имеющихся условиях мы ни в коем случае не поддержим вступление России в эту организацию".

На памяти грузин и гневные выступления Бурджанадзе против расширения российского энергетического капитала в Грузии, и полное оправдание внешнеполитического курса, провозглашенного Михаилом Саакашвили.

Экс-спикер также неоднократно называла Россию "нашим общим врагом", а гонения властей России на грузин осенью 2006 года квалифицировала как "элементарный фашизм". Годом раньше она обвинила Россию в действиях по принципу "сила есть — ума не надо", и прочее, и прочее.

Что же изменилось за неполных два года? Как считают некоторые эксперты, главной и, скорее всего, единственной  движущей силой перехода Бурджанадзе в радикальную оппозицию стал отказ Саакашвили полностью удовлетворить ее властные амбиции, в результате чего Бурджанадзе пришлось подать в отставку. Аналогичная судьба постигла и других грузинских высокопоставленных чиновников — того же экс-премьера Ногаидели и экс-главу МИД Саломэ Зурабишвили: как только их отстраняли от должности, из апологетов Саакашвили они превращались в его ярых противников.

То есть, считают некоторые наблюдатели, бывшими соратниками грузинского президента движут исключительно карьеристские соображения, и им, в принципе, без разницы, какой идеологии придерживаться и кому служить, лишь бы быть на первых ролях.

Здесь же отметим, что недавно Бурджанадзе заявила о своем возвращении в большую политику, и в Тбилиси это не оставили без внимания. Как полагает один из лидеров оппозиционной Республиканской партии Давид Бердзенишвили, по всей вероятности, экс-спикер решила вернуться "посредством оккупантов" и "по блату". "Те, кто объявляет России войну или предлагает себя в рабство, не имеют политических перспектив", — сказал он.

Как заметил один из депутатов парламента, сейчас в Кремле у Путина проходит кастинг грузинских политиков — кто и почем запродаст себя и свою страну. А по словам председателя комитета парламента по  обороне и безопасности Гиви Таргамадзе, в Грузии "идет конкуренция, кто получит статус главного предателя страны, и  кто лучше и прилежнее обслужит врагов Грузии". Он уверен, что вне зависимости от того, кто выиграет в этой конкурентной борьбе, "грузинский народ укажет этому человеку на его место".

Впрочем, против "коллаборационистов" в Грузии выступает далеко не весь политический спектр. Как заявил один из лидеров Консервативной партии Звиад Дзидзигури, подтвердивший свое намерение встретиться с представителями российской власти, Бурджанадзе пошла на "смелый шаг против конъюнктуры, которую создал в стране режим Саакашвили".

По его мнению, контакты грузинских политиков с Кремлем являются "хорошей возможностью защитить Грузию от будущей агрессии (России — прим. ред.)". "При наличии политической воли даже по острым проблемам можно найти разумные компромиссные решения. Пример тому — Переви. Когда патриарх Грузии отправился в Москву и встретился с Медведевым и Путиным, русские вывели войска из Переви", — рассказал Дзидзигури.

Бурджанадзе, однако, не патриарх, и вообще ни она, ни Ногаидели не представляют ни официальную грузинскую власть, ни Церковь. Соответственно, трудно представить, как они путем переговоров с Путиным или Лавровым могут спасти Грузию, а тем более вернуть Абхазию и Южную Осетию.

Вопрос, наверное, в том, что подразумевается под спасением Грузии. Если это отстранение Михаила Саакашвили от власти и водворение их на грузинский престол в качестве наместников Москвы, они, наверно, попали туда, куда следует. Однако помимо кремлевских кабинетов существуют еще и вашингтонские кабинеты, в которые, вероятно, Ногаидели и Бурджанадзе уже не вхожи, и там приветствуют совсем других грузин. Возможно, им больше может повезти в Европе, но она пока не так явно (внешне, во всяком случае) рвется к политическому доминированию в Грузии.

Словом, в Грузии опять сложилась ситуация, при которой электорат не может полноценно доверять ни одному политику, поскольку неизвестно, кто, когда и за какие блага переманит его на свою сторону. Это, в свою очередь, говорит о том, что Грузия никак не может стать по-настоящему суверенной, поскольку ее же политики сделали ее рыбой-прилипалой, и тянут страну то в подбрюшье России, то в подбрюшье США, то еще непонятно куда.

Если Россия, самодостаточная, богатая, влиятельная ядерная держава, отпустит Грузию на вольные политические хлеба, то выйти может следующее: либо Грузия развалится на почве внутриусобицы, либо Европа приведет ее в относительно цивилизованное состояние, либо ее поработят США. В условиях последнего варианта Грузия вряд ли создаст угрозу безопасности России, поскольку Москве придется договариваться уже не с двумя разнородными субъектами — Тбилиси и Вашингтоном, а только с США.

Андрей Николаев