Матери Беслана: шесть лет спустя
Чем сегодня живут матери и другие родственники детей, погибших во время бесланской трагедии, как они вместе помогают друг другу преодолевать трудности, рассказала "Росбалту" в годовщину трагического события руководительница комитета "Матери Беслана" Сусанна Дудиева.
— Сусанна Петровна, какие задачи ставит перед собой комитет "Матери Беслана", пытаясь выяснить обстоятельства произошедшего шесть лет назад?
– Сегодня наш комитет ставит перед собой те же самые задачи, что и в момент своего создания, – способствовать объективному расследованию и принимать активное участие в нем. Я могу сказать, что хотя мы стараемся активно влиять на ход расследования произошедшего, но это расследование все равно продолжает топтаться на месте. Следствие не хочет называть виновников случившегося шесть лет назад и вообще разбираться в обстоятельствах.
Мы настаиваем на том, чтобы допрашивали и передопрашивали членов оперативного штаба. Вина террористов понятна, они – нелюди, они захватили детей и издевались над ними. Но власть допустила теракт, ведь известно, что руководители республики к тому моменту уже были предупреждены и информированы о том, что готовится теракт по "буденновскому сценарию". Они должны были принять меры, но оставили эту информацию без внимания, поэтому произошел беспрепятственный захват бесланской школы террористами.
И мы требуем от следствия, чтобы оно разобралось именно в этих обстоятельствах – почему власть не сработала и допустила совершение теракта.
А потом эти же руководители республики были членами оперативного штаба и, являясь руководителями штаба, тоже не справились с ситуацией – они допустили массовую гибель заложников, допустили применение тяжелого вооружения для обстрела школы, и дети сгорели в огне.
По всем этим вопросам мы продолжаем работать, продолжаем теребить следствие, чтобы на поставленные нами вопросы были даны ответы. Если нас убеждают в том, что это были необходимые меры для спасения заложников – стрельба по школе из танков, из огнеметов и гранатометов, то я не знаю, как можно назвать такую спецоперацию.
Эти вопросы мы ставим перед следствием, но до сих пор на них нет ответов – уже на протяжении шести лет. Мы считаем, что следствие, наверное, не получило команды разобраться, кто виноват, кто допустил преступную халатность, захват школы и такие непрофессиональные действия по спасению заложников.
Вот по этим вопросам мы работаем со следствием, и добиться ответов на них – это одна из важнейших задач комитета.
— Как сегодня обстоит дело с помощью и поддержкой пострадавших в теракте?
– Помощь семьям, пострадавшим от террористического акта, оказание поддержки и содействия в организации медицинского обследования и лечения – это важная задача "Матерей Беслана". В этом направлении мы активно работаем с пострадавшими, с теми, кому нужно обследование и лечение.
Мы работаем с детьми, которые учатся в школах, которые заканчивают школы, стараемся сделать все, чтобы каждый выпускник – бывший заложник, закончивший школу, обязательно поступил в тот вуз, который ему по душе, получил образование по той специальности, в которой он себя видит, с которой ему будет легче жить.
Успешно решенной задачей стало то, что в новом многопрофильном медицинском центре, который построен после теракта, будут проходить обследование и лечение пострадавшие в теракте. Очень досадно, что этот центр построен для взрослых, а дети наши не имеют возможности лечиться в нем. Но отрадно то, что пострадавшие взрослые будут там обследоваться.
Сегодня нашей важной задачей и, я бы сказала, нашей мечтой является помощь двум нашим женщинам. Мы хотим помочь двум молодым мамам, которые пострадали в том теракте, которые были в бесланской школе со своими детьми. Это молодая мама Марина Дучко. Она с сыном оказалась в заложниках и получила тяжелое ранение, сейчас находится в инвалидной коляске. И вторая молодая мама – Наташа Сацаева. Она была в школе с тремя детьми, младшим из которых было два и три годика, а старшему сыну –7 лет. Вот с такими маленькими детьми в тот день она пришла к школе, во время теракта сохранила их жизни, а сама получила тяжелое ранение, и сейчас она – в инвалидной коляске.
Мы хотим задействовать все свои силы, связи, хотим привлечь людей с добрым сердцем и, наверное, меценатов, чтобы помочь всем миром и поставить этих женщин на ноги. Это молодые мамы, они еще должны растить детей. Сейчас медицина творит чудеса, есть высокопрофессиональные медики, и будем надеяться на чудо, на то, что есть добрые сердца людей.
— Комитет "Матери Беслана" также ставит вопрос о законодательном оформлении статуса людей, пострадавших в терактах?
– Мы обратились в парламент и правительство Северной Осетии, в Государственную думу и Совет Федерации России с предложением о рассмотрении законопроекта о статусе жертвы террористического акта. В России, к сожалению, есть жертвы терактов, а статуса, который бы регламентировал права пострадавших, социальную поддержку и вообще дальнейшую их жизнь, нет. И в этом вопросе, в его решении мы едины с жертвами трагедии в "Норд-Осте", с жертвами трагедии, которая произошла в Буденновске.
Принятие этого закона необходимо для всех пострадавших. Люди, пережившие ужас, не должны быть забыты, они должны всегда чувствовать поддержку и заботу. Если удастся добиться принятия такого закона, то это станет объединяющим стимулом для всех жертв терактов. Это нужно для всех пострадавших, для того, чтобы они почувствовали заботу о каждом, кому тяжело.
Беседовал Дмитрий Ремизов
