Из людоедов в демократы

Очередная попытка Китая вывести поставки нефти из-под контроля США провалилась. Для этого американцам понадобилась сущая малость - приласкать диктатора маленькой бедной страны.


© Сайт правительства Мьянмы

Очередная попытка Китая вывести поставки нефти из-под контроля США провалилась. Для крупной геополитической победы американцам понадобилась сущая малость - приласкать диктатора маленькой бедной страны.

Президент США Барак Обама впервые в истории посетил Мьянму. Никогда еще лидер глобальной империи не почитал своим визитом эту бедную, не залечившую раны 20-летней гражданской войны, управляемую военной хунтой страну. Еще каких-то пару лет назад Вашингтон критиковал ее как одну из самых кровавых тираний на планете – и вот уже на нее дождем сыплются западные инвестиции, а Обаму встречает многотысячная толпа, растянувшаяся вдоль дороги от аэропорта. Просто фантастика.

По официальной версии, отношения между США и Мьянмой (она же Бирма) улучшились в 2011 году, когда новый президент Тхейн Сейн и глава парламента Шве Манн начали проводить либеральные реформы и освободили «бирманскую Тимошенко» Аун Сан Су Джи. Все это так обрадовало Вашингтон, что сюда прибыла Хиллари Клинтон (первый визит госсекретаря за полвека). В феврале 2012 года США сняли с Мьянмы санкции. И вот теперь Обама объявил о возобновлении деятельности в Мьянме офиса USAID с бюджетом в $170 млн на ближайшие два года.

Эту сказку о вознаграждении за демократию, однако, портят некоторые реалии. По производству опиума Мьянма уступает только Афганистану. Столица Мьянмы, город Янгон (в девичестве Рангун) знаменит суровым ограничением мобильной связи, из-за чего на улицах до сих пор стоят столы с доисторическими дисковыми телефонами и тетушками, которые за небольшую плату дают позвонить. Финансовой свободы тоже нет: банкоматы здесь можно пересчитать по пальцам. Тхейн Сейн и Шве Манн представляют все ту же военную хунту, с которой после их избрания якобы покончено. Оппозиционерка Аун Сан Су Джи по-прежнему под арестом. Так за что же такие почести?

А вот за что. До «победы демократии» в Мьянме эта бывшая британская колония находилась в очень тесных отношениях с Китаем. Сближала их не столько попытка бирманцев построить у себя китайскую версию социализма, сколько очень выгодное стратегическое положение страны.

Дело в том, что 70% нефти Китай получает с Ближнего Востока и из Африки. Вся она идет в Поднебесную танкерами через Индийский океан, и на пути ее следования есть «бутылочное горлышко» - Малаккский пролив. А там, напротив Сингапура, постоянно дежурит 7-й флот США, который в любой момент может оставить громадную китайскую экономику без углеводородов. Поводов хватает: по мере усиления Китая его отношения с Вашингтоном и его союзниками закономерно портятся. Чего стоит один только китайско-японский конфликт вокруг островов Сенкаку или китайско-филиппинский конфликт вокруг островов Спратли, где США уже выступили против Пекина.

Поэтому китайская геополитика последних двух десятилетий была направлена на поиск альтернативных путей снабжения энергоресурсами, а геополитика США – на блокировку этих попыток.

В конце 90-х китайцы договорились качать нефть через Пакистан, который на севере граничит с КНР. Пекин и Исламабад начали углубулять дно в порту Гвадар на Аравийском море, построили дорогу между югом и севером страны и уже были готовы строить нефтепровод. Но тут по странному совпадению случился 9/11, США под предлогом поиска организаторов теракта вошли в Афганистан – и начали бомбить Зону племен в Пакистане, где как раз должна была пройти китайская труба. Вариант отпал.

У Пекина оставался резервный вариант – Мьянма. На севере она тоже граничит с Китаем, а на юге выходит к Индийскому океану. Если построить здесь порт – тоже вполне можно обойтись без Малаккского пролива. Китай начал строить в Мьянме автомобильные и железные дороги, на реке Иравади китайские компании начали сооружение огромной плотины ГЭС. В 2007 году Пекин подписал контракт на добычу природного газа на шельфе Мьянмы. В марте 2009 года было подписано соглашение о строительстве трубопроводов общей стоимостью 2,5 млрд. долл. Нефтепровод длиной 2 380 км и газопровод длиной 2 806 км берет начало в мьянманском городе Кьяукпью и тянется в юго-западные провинции Китая.

Китайские инвестиции в Мьянму достигли $19 млрд. Бирманцы были счастливы. В мае 2011 года президент Тейн Сейн договорился с китайским руководством о "всеобъемлющем стратегическом сотрудничестве и партнерстве". КНР строит в Мьянме военно-морские базы, РЛС и станции для ремонта и дозаправки подводных лодок. На островах Коко китайцы поставили радары слежения за Малаккским проливом.

Реакция США не заставила себя ждать. Вашингтон в разы увеличил финансирование проамериканской оппозиции Мьянмы, ее лидер Аун Сан Су Джи получила Нобелевскую премию мира. Власти бросили ее в тюрьму, обвинив в антигосударственной деятельности. В ответ США ввели жесточайшие санкции, запретив международным организациям, банкам и компаниям кредитовать Мьянму и инвестировать в ее экономику. Параллельно США с союзниками провели рядом грандиозные учения, а тема военного вторжения в Мьянму стала обыгрываться Голливудом.

КНР защитить союзника с моря не может – его флот все еще слишком слаб. И военная хунта дрогнула. В 2011 году после переговоров с Вашингтоном Мьянма заблокировала все крупные китайские проекты. Было свернуто строительство плотины, порта и, конечно же, нефтепровода. Отношения с Пекином фактически заморожены.

Наградой стала отмена санкций и открытие этой «новой демократии» всем глобальным экономическим ветрам. Направление развития Мьянмы теперь предельно ясно: она станет вторым Вьетнамом. Транснациональные компании  понастроят здесь «потогонок» и начнут производить все и вся, причем часть производств перенесут из Китая. Это выгодно и чисто экономически, потому что в Китае средняя зарплата конвейерного рабочего достигла $237, а бирманец готов работать за $100-120. Уже даже ясно, кто снимет первые сливки: на днях Япония объявила о выделении $615 миллионов связанного кредита на строительство заводов Мицубиши, Сумимото и Марубени в особой экономической зоне под Янгоном.

Последствия очевидны. Производство наркотиков в Мьянме вырастет еще больше, и почти все они пойдут в Китай, которому грозит вторая "опиумная война". Пекин будет вынужден снова искать нефть на севере, в том числе в России, что сделает его политику в странах бывшего СССР более агрессивной. Количество бирманских курсантов в военных академиях РФ еще больше сократится. И, видимо, Москва потеряет бирманский рынок оружия. Хотя в этом году «МиГ» продал Мьянме 11 истребителей.

Виктор Ядуха